Физрук: на своей волне 5 (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 11

Каждый элемент оценивался отдельно: простые — на полбалла, сложные — на целый балл. К концу упражнения участница получала суммарный результат, который и определял её итоговое место.

Логично? Вроде бы да. Понятно? Формально — вполне.

Но никакой объективности здесь по определению быть не могло. Всё держалось на мнении судей, их вкусе, настроении, симпатиях и связях.

Но лирическое отступление быстро закончилось. Я перелистнул дальше и увидел, что кроме гимнастики есть и командные виды спорта. Футбол, баскетбол — всё привычно. А вот слово «флорбол» заставило меня нахмуриться. Пришлось достать телефон, набрать в поиске и через секунду прочитать на экране: «хоккей с мячом в зале».

Ну окей. Хоккей с мячом — так хоккей с мячом. В целом понятно, играть можно, тренировать можно и выигрывать тоже можно.

Хотя рассчитывать, что Олимпиада возьмётся нахрапом, — это, конечно, глупость. Тут придётся подходить системно, с головой и с планом.

Разобравшись с «практикой», я перешёл к теоретической части. Именно она, на мой взгляд, могла преподнести самые неожиданные сюрпризы. Бумага всё-таки коварная штука. Я углубился в текст:

— «Вам предлагаются задания, основанные на содержании образовательных программ по предмету „Физическая культура“…»

Я вздохнул и почесал висок. Углубился в описание теоретической части, и чем дальше читал, тем сильнее у меня начинало дёргаться веко.

Все задания были аккуратно разбиты на шесть типов: тесты с выбором одного верного ответа, задания, где правильный ответ нужно вписать вручную, процессуальные задания, где требуется указать последовательность действий. И даже какие-то алгоритмические конструкции, от которых у нормального школьника мозг должен был плавиться сходу.

Я пробежался глазами, попытался уловить логику… и только убедился: да, моя формула «понятно, что ничего не понятно» по-прежнему работала идеально.

Судя по всему, организаторы решили, что ученик должен быть одновременно и спортсменом, и маленьким бухгалтером, и историком Олимпийского движения. Для моих ребят это, мягко говоря, не праздник. Но поскольку участие в теории — обязательное, придётся выкручиваться. А значит, нужно заранее придумать, как их хотя бы уверенно провести через весь этот лабиринт.

Я пролистнул примеры заданий.

Первый вопрос выглядел вполне «приятно»:

'Какие события повлияли на то, что игры VI, XII, XIII Олимпиад не состоялись?

А) несогласованность действий стран;

Б) отказ от участия большинства стран;

В) Первая и Вторая мировые войны;

Г) отказ стран-организаторов'.

Я уставился на варианты — да чёрт его знает, кто вообще помнит нумерацию этих Олимпиад? Это же надо сидеть и специально зубрить.

Следом шёл вопрос ещё веселее:

«Слово 'стадион» произошло от:

А) греческой меры длины 192,27 м;

Б) места проведения соревнований по пентатлону;

В) названия здания, где тренировались атлеты;

Г) места проведения соревнований по древнегреческому пятиборью'.

И вот выбери теперь одну букву, чтобы не выглядеть идиотом. Я честно признавался самому себе, что понятия не имею, какая из букв была правильной. Да и в школе такой ерундой, насколько помню, нас не мучили.

Сталкиваться с этим сейчас, в рамках физкультурной Олимпиады… ну что ж, прекрасно.

Я медленно закрыл папку и на секунду задержал на ней ладонь. Честно говоря, всё оказалось не просто «немного» сложнее, чем я ожидал. Нет, это был прямо полноценный квест. Я-то думал: ну олимпиада, побегают, попрыгают, поборются — а там как пойдёт. Как оказалось, здесь нужно пройти и огонь, и воду, и историю спорта.

Но одно я понимал совершенно чётко. Если мы в это ввязались, то будем не просто участвовать. Мы будем выигрывать. Причём выигрывать так, чтобы ни у одной школы и ни у одного судьи или маменькиного спонсора не возникло вопросов.

Я поднял голову и встретился взглядом с Соней. Она всё это время терпеливо ждала, пока я дочитаю документы.

— Так, с твоего позволения я заберу всё это с собой. Хочу нормально сесть, всё перечитать и уже решить, кто у меня на что годится — и по девчонкам, и по пацанам. Надо понять, кто в какой дисциплине может выступать от школы.

— Мне кажется, Володя, что делать всё это нужно как можно быстрее, — сказала Соня.

— Побыстрее — это насколько?

Соня покосилась на дверь, будто проверяя, не услышит ли кто лишнего.

— В идеале — сегодня. Если мы собираемся подавать заявку официально, то со всеми бюрократическими задержками нам нужно успеть максимум до вечера, — потом она едва слышно добавила: — И печать директора… её тоже нужно будет поставить сегодня.

Я задумался на секунду, чтобы прикинуть последовательность действий.

— Раз нужно — значит, сделаем, — отрезал я. — Так, Соня, еще раз конкретно: что от меня требуется для подачи?

— Список участников и список дисциплин, в которых мы будем участвовать. Это главное. Ну и… печать надо раздобыть. И желательно без скандала.

Я хмыкнул, мне почему-то нравилось, как девчонка переживала.

— Хорошо. Ещё один момент. Я же правильно понимаю, что чем больше дисциплин мы закроем, тем лучше?

— Да, Володя, — Соня кивнула. — Тогда у школы будет больше баллов и выше шанс занять место в тройке.

— Нет, — поправил я её. — Не в тройке. Намотай себе на ус, что мы с ребятами идём выигрывать. Так что давай сразу верить в команду, без экономии оптимизма.

Соня чуть улыбнулась.

— Это будет трудно, — призналась она. — Я говорю тебе честно, Володя. Другие школы начинают подготовку совсем не за месяц до Олимпиады. Они тренируются заранее, иногда — по полгода. У них всё расписано, всё выверено… Мы ведь реально выходим в последний момент…

— Да мне, если честно, не впервой работать в условиях повышенной сложности, — перебил я. — Что-нибудь придумаем, выкрутимся. Мы же не из тех, кто сдаётся на старте.

Я поднялся из-за стола, аккуратно убрал папку за пазуху. Сейчас самое время было идти на урок физкультуры и обсудить всё с ребятами.

— Ладно, Соня, жди. Будь на связи, — сказал я, направляясь к двери. — Я могу позвонить тебе в любой момент, как только начну всё собирать в кучу.

— Я поняла, Володя, — кивнула завуч. — Сегодня держу телефон при себе весь день.

Конечно, я понимал, что будет непросто. Это и ежу понятно. Другие школы начали подготовку задолго до нас. Плюс судейский корпус… та ещё лотерея.

Но где наша не пропадала. Приходилось решать вопросы и куда сложнее, и в куда более неприятных условиях.

Тут на первый план выходила мотивация. Ребята из моего класса, пацаны, девчонки — они живут не в тепличных условиях. Им привыкать к трудностям не надо. У них есть голод — жажда доказать, что они могут больше, чем за них решают обстоятельства. И этот голод, если его правильно направить, делает команду неудержимой.

Самое главное — правильно донести это ребятам, чтобы загорелись. У них ведь есть искра, но её нужно разжечь…

Уже у двери я остановился, на секунду задумался, затем снова повернулся к Соне. Завуч сидела за столом и растерянно хлопала ресницами, ожидая продолжения.

— Сонь, подскажи мне один момент, — сказал я.

— Конечно, спрашивай, Володя, — откликнулась она, а потом виновато добавила: — Только, если ты не против, я продолжу краситься. Ну не могу же я сидеть тут как привидение.

— Да ради бога. Красься, сколько влезет, — подтвердил я. — А вопрос такой — что будет школе за выигрыш Олимпиады, мне понятно. А вот нашим ученикам что это даёт? Какие плюсы есть для них? Что они получат за победу?

Соня встрепенулась, видно, я наконец перешёл к теме, по которой она могла провести лекцию хоть на три часа. Экспертность в её глазах вспыхнула мгновенно. Зеркальце щёлкнуло, захлопнувшись.

— Ну, Володя, как тебе сказать… — начала тараторить завуч. — Это же целый ряд преимуществ, тут много всего. И социальные бонусы, и реальные, и долгосрочные преимущества. Для каждого ребёнка это шанс показать себя, вырваться вперёд, закрепить результат, почувствовать уверенность…