"Фантастика 2025-195". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Тарасенко Вадим Витальевич - Страница 186

Рахад сразу привычно для себя отметил, что он неравнодушен Эльдире. Об этом говорили ее блестевшие глаза, ее улыбка, словно приглашающая к безумству. Что ж, он был готов! Их встречи становились все более частыми, а разговоры все более откровенными. Еще чуть и абордажная команда ворвется в вожделенную крепость. Но Рахад Виргул прибыл на Матею, чтобы воевать не только с мужьями чужих жен, но и с кроками. Предстоял рейс на Суриму — кроковской планеты, где разрабатывалась гипербомба. Компьютеры бесстрастно посчитали — должен вернуться каждый десятый. Накануне он пришел к Эльдире с твердым намерением, наконец, стать для нее не только другом, но и ее мужчиной. И где только взялся ее муж, который в это время должен был находиться в учебном центре. И как оказалось, этот муж неплохо дерется. Даже очень неплохо. По крайней мере, Виргулу первый раз в жизни, что называется, накостыляли по шее. И не только по шее. А потом еще и под зад вытолкали с квартиры.

… Компьютеры не ошиблись — с Суримы вернулся только каждый десятый. Погиб отец Эльдиры — Главный Командор Матрул ДарВул, погиб бы и ее муж, но его спас… Рахад Виргул. Спас, рискуя собственной жизнью и жизнями своего экипажа крейсера.

По все законам войны он не должен был его спасать. Никогда и нигде не был написано, чтобы ради спасения жизни даже не офицера, курсанта, рисковать жизнями десятков людей, да еще и крейсером в придачу. Никто бы Рахада Виргула не упрекнул, стартуй он с Суримы без Андрея. Но, это было бы не по-мужски. А Рахад был мужчиной. Конечно, без мужа, Эльдира наверняка бы стала его. Она и с мужем уже почти была его! Но… но Рахад понимал, что где-то в глубине души, непостижимой женской души остался бы темный осадок — он не захотел спасти моего мужа, а теперь спит со мной. Любой осадок портит вино. А Рахад Виргул привык пить только изысканные вина. И любовник, спасший ее мужа, для женщины любовник вдвойне — это закон.

Шахматная партия складывалась просто замечательно. Черной королеве деваться уже было некуда, а черный король был надежно нейтрализован — Рахад всегда привык играть белыми, он привык делать первым ход. Кто же знал, что черный король способен на такой ход. Он пожертвовал собой, но, похоже, таки выиграл партию…

Эльдира очень скоро поняла то, что давно знали опытные женщины — в принципе, физиологически, все мужчины одинаково, несколько сантиметров анатомической разницы большой роли не играют. Главное, как ты воспринимаешь этого мужчину. Поначалу, в глазах Эльдиры Рахад Виргулом был героем — красивый, умный, храбрый, блестящий офицер. Чего только стоит бой, в котором он сумел захватить в плен нескольких кроков или рейд на Суриму, в котором он спас Андрея. А Андрей хоть тоже был красивым и храбрым, но он был обычным курсантом Военно-Космической академии. Она же была обычной девушкой, пусть и дочерью Главного Командора. Сейчас же все кардинально изменилось. Нет, Рахад Виргул остался тем, кем он и был, молодым человским генералом звена. А Андрей же стал национальным героем, спасшим всю фроловскую цивилизации. Такие остаются в истории навсегда. А она стала Главой Совета национального спасения. По рангу это было значительно выше, чем генерал звена.

"Андрей и Рахад…Один мертвый, другой живой. И с тем и с другим мне было хорошо. Было? С Андреем, безусловно, было. С мертвыми всегда все только в прошлом. А с Рахадом тоже было? Или есть"? — Эльдира с ужасом поняла, что ей приятны воспоминания ощущения крепких мужских рук у себя на ягодицах, с силой тянущих ее вперед и вверх, заставляя опрокидываться на спину.

Молодая женщина непроизвольно вцепилась руками в находящийся перед ней поручень, словно боясь, что она сейчас на глазах десятков тысяч людей упадет на спину. И тут же это воспоминание резко сменилось другим, словно в ее мозгу прокручивался фильм, где кадры, относящиеся к разным сюжетам, были смонтированы встык. Мнущие, рвущие ее тело мужские руки. Руки Андрея. И он сам, такой сильный, тяжелый на ней сверху. И сладостная боль внизу живота. А потом ванная комната и бьющий прямо в нее из форсунок мощный обжигающий напор и горячая вода вокруг. И словно в горячечном мареве в ее голове крутятся два лица — Андрея и Рахада.

"Так кого же я люблю? Андрея? Да! Но он мертв и любить можно только память о нем. А Рахада, живого, сильного, люблю?"

— А теперь я с огромным удовольствием предоставляю слово вдове Андрея Кедрова, Главе Совета национального спасения Эльдире ДарВул!

Эльдира в этот миг готова была растерзать своего коллегу по высшей власти, представившей ее таким образом.

Раздался гром аплодисментов, послышались выкрики:

— Эльдира ДарВул!

— Друзья, — первое слово упало в толпу, тут же отсекая все выкрики, — мне трудно сейчас говорить. Ведь Андрей… Андрей Кедров был моим мужем и самым любимым человеком…

Эльдира, как и десятки стоящих на площади Героев людей не знала, что в этот самый миг, совсем недалеко, в каких-то двадцати световых минутах отсюда произошла трагедия. Фроловский эсминец «Безжалостный» при выходе из гиперпространства в районе Матеи отклонился на десять световых минут и оказался в астероидном поясе Арбзира. И через секунду несущаяся со скоростью тридцать километров в секунду ста тысячетонная каменная глыба с маху врезалась в него, размазав корабль по своей поверхности. Операторы, расположенной на этом астероиде боевой лазерной станции, с ужасом смотрели на огненный шар, выросший в нескольких километрах от них. С пространством явно что-то было не то.

Глава 9

Тонкий профиль на фоне раскрытого окна. Смоляные волосы, спадающие на плечи.

— Здравствуй, Камилла.

Мельком взгляд в его сторону.

— Здравствуйте.

— Как себя чувствуешь?

— Хорошо.

— Может, что-то надо?

— Нет, спасибо.

Разговор явно не клеился. Андрей уже два дня приходил к вывезенной им из дагестанского села девушке. Он ее поместил в расположенную на территории базы медсанчасть — двухэтажное здание с несколькими медицинскими кабинетами и десятью койками. Камилла занимала отдельную палату с двумя койками. На никакие контакты девушка не шла. Отвечала односложно: да, нет или отдельными словами: хорошо, спасибо, не надо, а то и просто отделывалась молчанием. О себе сказала лишь то, что ее зовут Камилла. И больше ни слова: ни фамилии, ни информации о своих родных, ни о том, является ли село, в котором с ней столкнулись спецназовцы ее родным или нет. Естественно, о том, как она оказалась в одном доме с полевым командиром Гиляром, девушка тоже молчала.

"С девушкой надо что-то делать. А то это уже начинает пахнуть уголовной статьей — насильственное удержание человека. Кто-нибудь стукнет и здравствуй следователь военной прокуратуры", — Андрей поморщился, словно следователь уже стоял на пороге.

Он подошел к девушке, стоящей у окна и присел на одну из коек.

— Камилла, мне надо с тобой поговорить.

Молчание.

— Сядь, пожалуйста, напротив меня, — в голосе Кедрова чуть прорезались командирские нотки.

Девушка чуть вздрогнула и тут же села на другую койку, напротив Андрея.

"Горная птичка, похоже, хорошо понимает язык команд", — впервые за время общения с дагестанкой, Кедров чуть повеселел, похоже, он нащупал тропинку к контакту с девушкой, пусть и несколько грубоватую, но тропинку. А где вы видели в горах удобные ухоженные тропинки — все над обрывами и пропастями, с колючим кустарником или грубыми, шершавыми камнями по бокам.

— Камилла, давай я обрисую тебе твое положение, — твердо, словно описывая своим подчиненным очередную диспозицию, начал говорить Андрей. — Сейчас ты находишься на базе спецназа в Ростовской области. Мы тебя забрали из села, где ты находилась, потому, что ты была без сознания. Конечно, мы могли бы тебя оставить в том доме, но мы не знали, какие у тебя отношения с жителями того села и как они к тебе отнесутся, после того, как мы оттуда уйдем, — Кедров сделал паузу, чтобы увидеть реакцию девушки на его слова.