Инкубы (ЛП) - Ли Эдвард - Страница 67

- Я искал Стьюи по всему городу. Я решил дать ему эти указания. Так будет лучше. В чем бы ни заключалась проблема, он менеджер Вероники, поэтому он должен обо всем позаботиться. На самом деле, это не мое дело.

Эта информация втайне обрадовала Фэй. Означало ли это, что он навсегда отказался от Вероники? Фэй сомневалась в этом, но это было только начало. Часто требовалось время, чтобы смириться с обстоятельствами.

- Но я все еще удивляюсь этим именам, - прокомментировал Джек. Крейг принес ему содовую с ломтиком лайма. - Может быть, это просто полицейская паранойя, но похоже, что этот богатый парень использует людей, чтобы замести следы.

- Фраус Херрен, - сказала Фэй. - Филип Фо. А потом эта история с телефонами.

- Да. Это беспокоит меня, вот и все.

Фэй воздержалась от дальнейших комментариев. Зачем поднимать эту тему, если общим знаменателем была Вероника? Фэй почувствовала ревность и подчинение этой женщине, которую она даже не знала.

- Как все прошло в библиотеке? Ты читала эту книгу?

- Да, - сказала она, когда мрачные картинки вернулись. - Это подтвердило информацию, которую я обнаружила вчера. Аористы постоянно совершали случайные жертвоприношения, но раз в год они совершали особый ритуал превращения, в котором, в частности, был задействован...

- Треугольник.

- Правильно, и то, что они называли дверью превращения. Первые три жертвоприношения послужили катализатором ритуала. По одному для каждой звезды. Предполагалось, что эти девушки будут страстными и творческими, чтобы умилостивить Баалзефона.

- Первой жертвой была арт-директор, вторыми двумя были поэтессы, - напомнил ей Джек. - И это начало действовать.

- Хм-м-м... Очень творчески, что по вкусу Баалзефону. В любом случае, первые три жертвоприношения были проведены суррогатами - высококвалифицированными спиритуалистами. Вот о чем эта латинская фраза. "Отец Земли, пройди по земле через меня". Это был призыв к превращению. Баалзефон был инкубом. Суррогаты вызывают демона транспозиционно, меняясь с ним местами на короткое время. Они не только приобретают его физический облик, но и становятся проводниками духа Баалзефона. Так что предварительные жертвоприношения совершали не сами суррогаты, а воплощенный аспект Баалзефона.

- Значит, парни, убившие Шанну Баррингтон, Ребекку Блэк и Сьюзен Линн, верят, что на самом деле это сделал Баалзефон? - спросил Джек.

- Да. Это то, во что они верят. Но это были лишь частичные превращения. Полная перестановка происходит в конце.

- Четвертая жертва, о которой ты говорила, - добавил Джек.

Фэй кивнула, потягивая пиво.

- Эта четвертая жертва будет самой важной, и сегодня я узнала почему.

- Не могу дождаться, когда услышу это, - пробормотал Джек.

- Четвертая должна была стать главным подарком Баалзефону. Обычно ее выбирали из нескольких кандидатов.

- Кем?

- Прелатом. В его обязанности входило выбрать ту, которая лучше всего послужит демону. Они часто проходили интенсивную духовную подготовку. Самосознание было очень важно не только для женщин, которые были очень творческими и страстными, но и для женщин, обладавших утонченным чувством собственного достоинства. Прелат проявил бы большую осторожность при выборе оптимальных кандидатов.

Джек помешал лед в своем стакане.

- Но вот чего я не совсем понимаю. Кандидатов для чего?

- Для жены Баалзефона, - ответила Фэй. - Баалзефон каждый год берет себе жену - смертную женщину. Он иерархический демон страсти и творчества, поэтому его жены, должно быть, обладали обоими качествами, - Фэй даже не смотрела на него, пересказывая то, что она прочитала в "Синоде аористов". - Принесение в жертву четвертой женщины приводило к полному переносу инкарнации. Прелат убивал ее с помощью кинжала прямо во время ритуала, устроенного в каком-нибудь низком месте, например, в пещере, каменоломне или даже подвале. К этому и приводили первые три жертвоприношения - к превращению. Баалзефону предстояло открыть треугольник и вознестись, воплотившись к жизни. Встать на ту самую землю, с которой Бог изгнал его, и заявить права на свою невесту.

Джек устало потер глаза.

- Сегодня утром я сказал Нойлу, что, вероятно, будет четвертое убийство.

- Я не думаю, что в этом есть какая-то вероятность, Джек. Это будет сто процентов. Пока что наши убийцы повторяли первоначальный ритуал. Нойл был бы глупцом, если бы не ожидал четвертого убийства.

- Нойл - дурак, - сказал Джек. - Он убежден, что оба убийцы - просто наркоманы или психопаты.

- Не забывай, что убийц как минимум двое. А еще есть кто-то, кто считает себя прелатом, и ты можешь поспорить, что прямо сейчас он готовится к четвертому убийству.

- Отлично, - сказал Джек. - В каком-то смысле я рад, что Нойл отстранил меня от дела, теперь это его проблема, - он встал, роясь в карманах.

Он высыпал на стойку бара мелочь, ключи и клочки бумаги.

"Какой неряха, - подумала Фэй. - Но он все равно мне нравится".

- У меня закончились сигареты, - сказал он, - и если я в ближайшее время не закурю, я умру.

- Ты можешь умереть, если у тебя в ближайшее время будут сигареты.

- Пожалуйста, не запутывай меня фактами.

Джек вытащил из кучи мелочи четвертаки и направился к автомату с сигаретами.

Фэй осталась сидеть за стойкой, погрузившись в размышления.

- Могу я тебя кое о чем спросить, Крейг?

- Конечно, - Крейг ловко жонглировал четырьмя бокалами с сигаретой Marlboro 100, держа ее во рту. - Люди постоянно спрашивают меня о разных вещах.

- Должна ли я отказаться?

- Я не могу дать тебе совет по этому поводу. Но я могу сказать, что никогда не стоит сдаваться, - Крейг говорил и жонглировал одновременно.

- Ты мне очень помог, Крейг. Надеюсь, ты не уронишь эти бокалы.

- Я ронял таких много. Как, по-твоему, я стал таким хорошим? - Крейг ухмыльнулся. - Подумай об этом.

Фэй ухмыльнулась ему. Он говорил, что удовлетворение приходит путем проб и ошибок. Она и сама в жизни уронила несколько стаканов.

- Но тебе стоит кое-что обдумать. На стене мужского туалета есть небольшая истина, так что ты знаешь, где ее искать.

- Граффити - это голос правды? - спросила она с сарказмом.

- Ты никогда не была в нашем мужском туалете.

- Хорошо, Крейг. Что?

Он умело поставил каждый бокал на стойку бара.

- Женщина должна делать то, что должна.

Фэй нахмурилась еще больше. Когда она снова отхлебнула пива, то заметила листок бумаги, который Джек достал из кармана. Она моргнула.

Затем подняла его и внимательно рассмотрела. Лист бумаги был исписан каракулями, но только сверху. Джек вернулся, открывая новую пачку "Кэмела".

- Что... это... такое? - спросила Фэй, и невероятность того, что она увидела, растянула ее слова, как жир.

Джек взглянул на листок бумаги.

- Это те подсказки, о которых я тебе говорил, как добраться до дома богатого парня.

- Богатый парень, - повторила Фэй.

- Да, богатый парень. Я уже говорил тебе, парень, который пригласил Веронику в свое поместье для своего рода уединенного отдыха. Я записал их, когда вламывался в квартиру Джинни.

- Ты вломился в квартиру Джинни? - недоверчиво спросил Крейг.

- Не спрашивай, - сказал Джек.

Но Фэй так настойчиво дергала его за рукав, что чуть не порвала рубашку.

- Джек, Джек, послушай меня!

- С тобой все в порядке, Фэй?

- Заткнись и слушай! - она указала на слово, которое Джек написал над указаниями. Это было слово "Хоронос". - Что это? Зачем ты это написал?

Теперь Джек выглядел совершенно сбитым с толку.

- Это его имя.

- Чье имя?

- Богатого парня, - чуть не закричал он. - Я уже говорил тебе.

- Ты так и не сказал мне, как его зовут!

- Ну и что?

- Богатого парня зовут Хоронос?

- Да! Большое дело! Что с тобой такое?

Она пристально посмотрела на него.