Изъян - Д Алекс - Страница 4

Более простым, теплым и уютным.

Более живым.

Позже я пыталась разбавить холодную обстановку: повесить на стены панно или картины, положить в кресло цветной плед, разбросать по дивану декоративные подушки, расставить по поддонникам горшки с цветами. Но каждый раз, когда я пыталась внести что-то своё, даже самую мелочь, Саша замечал перемены мгновенно и мягко просил убрать «лишнее» или убирал сам. Единственное, против чего он не возражал – это семейные фото в рамках.

Бегло взглянув на одно из них, я невольно задерживаю взгляд на красивом лице мужа на снимке. Он широко улыбается, глядя в объектив, и обнимает меня за талию, а я смущенно прижимаюсь щекой к его плечу, спрятавшись за густой копной темных длинных волос. Никогда не любила фотографироваться, считая, что выгляжу слишком блекло и невзрачно рядом со своим блистательным мужем. Но Саша настаивал на каждом совместном кадре, словно ему было важно снова и снова фиксировать на камеру наш союз, и я, конечно, уступала, потому что никогда и ни в чём не могла ему отказать.

Если бы я только знала, куда это однажды меня заведёт…

До работы я добираюсь на метро, и только благодаря этому удаётся опоздать всего на три минуты. На автомобиле по Московским пробкам дорога могла занять у меня минимум в два раза больше времени, но я представляю, как бы скривился муж, узнав, что я предпочла свой новенький Вольво душной подземке. Саша купил его мне год назад сразу после того, как я, наконец, получила свои многострадальные права. Сдавала сама, без подкупа и взяток, на что у меня ушло без малого два года. Черт, как же неловко было возвращаться домой после каждого неудачного экзамена и плакаться мужу на свою невезучесть. Но Саша ни разу не высмеял меня, не позволил почувствовать себя глупой неумехой, а взял ситуацию под контроль и нанял нового инструктора по вождению, благодаря которому хоть и со второго раза, но мне удалось обуздать свой внутренний страх и получить вожделенное удостоверение.

Офис «Горизонта» занимает несколько этажей в старой деловой высотке на Сущёвском Валу. Здание давно потеряло свой лоск и презентабельность. Серый гранит на фасаде покрыт паутиной трещин, латунные ручки на дверях потускнели, пыльные окна едва пропускают свет и не идут ни в какое сравнение с ослепительным панорамным остеклением бизнес-центра в Москва-Сити, где расположена частная клиника Александра.

Ровно в 9:05 я подношу пластиковый пропуск к турникету, киваю знакомому охраннику в униформе и вхожу в залитый солнечным светом вестибюль. Вечно перегруженный лифт встречает меня дребезжащими дверями и тревожно мигающей лампочкой над кнопками. Я невольно напрягаюсь, боясь, что он вот-вот остановится между этажами. Когда створки все-таки открываются, выдыхаю с облегчением и торопливо стучу невысокими каблучками по серой плитке. В коридоре пахнет дешёвым кофе и приторно сладкими духами Люды Гридасовой. Обычно она приходит после меня, но сегодня мне удалось отличиться. Надеюсь, начальник не заметит, что я задержалась. Не хотелось бы получить дисциплинарное взыскание и лишиться квартальной премии.

В опен-спейсе царит привычная атмосфера. Безликие ряды рабочих мест, разделённых пластиковыми перегородками, в углу громоздятся растрёпанные драцены в пластиковых кашпо, на столах коллег расставлены разномастные кружки и бумажные стаканчики с логотипом кофейного автомата, на подоконнике – забытая коробка с чьим-то вчерашним перекусом.

Моё место ничем не отличается от остальных: монитор, пара ручек, блокнот и таблица с дедлайнами, где почти все даты подчёркнуты красным. Поприветствовав коллег, я сажусь за рабочий стол, включаю компьютер и сразу берусь за дело.

Сегодня на повестке дня опрос для сети аптек. Однотипные вопросы, однотипные ответы. Одним словом – тоска, но мне почему-то нравится. И офис, и обязанности, и дружный коллектив. Рутина и загруженность меня не пугают. Я люблю кропотливое ковыряние в цифрах и чувствую себя здесь как рыба в воде. Механически выделяю пустые ячейки, исправляю опечатки. Затем очередной отчёт – на этот раз для регионального ЖКХ. Те же таблицы, только вопросы теперь про отопление и работу лифтов.

К обеду цифры начинают двоиться перед глазами, концентрация стремится к нулю, и третий по счету стаканчик кофе не спасает положение. Еще и Людка не смолкая трещит за тонкой перегородкой, периодически выглядывая, чтобы в красках рассказать о бурной ночи с парнем, с которым она познакомилась на сайте знакомств. По-моему, это уже третий за неделю.

Я не осуждаю, Гридасова не замужем и может себе позволить перебирать варианты, пока не найдет того самого. К сожалению, не всем везет так, как мне. Кажется, что Саша всегда был в моей жизни, еще до того, как я начала осознанно обращать внимание на противоположный пол, а потом… потом он просто не оставил ни единого шанса другим мужчинам.

– Понимаешь, Ев, я сама не могу понять, что мне надо, – даже не пытаясь понизить тональность своего громкого голоса, удрученно вздыхает Людка. – Нормальный вроде мужик. Неженатый, укомплектованный. Квартира, машина, дача. Работает программистом, зимует в Тае, ищет девушку на постоянку. Говорит, что влюбился в меня с первого взгляда, – тараторит она, крутя головой с упругими светлыми кудряшками и одаривая широкой улыбкой заинтересованных коллег-мужчин, слушающих ее откровения с куда большим энтузиазмом, чем я.

– Вот так сразу и влюбился? – проверив очередной столбец с показателями, я поднимаю на Людку смеющийся взгляд. – С первого раза?

– Ну ему вроде все понравилось, – нахмурившись, кивает Гридасова, но в голубых глазах с густыми наращёнными ресницами проскальзывает сомнение. – Думаешь, врет? – мрачно спрашивает она. – А зачем ему? У нас же все уже было. Какой смысл?

Я пожимаю плечами и, взяв стаканчик с холодным кофе, делаю небольшой глоток. Фу, ну и мерзость.

– Хочет повторить? – предполагаю я наобум, так как особо не вникала в подробности Людкиных ночных приключений.

– Ну это понятно. Все они хотят, – фыркает Гридасова, одергивая блузку с глубоким декольте и выпячивая высокую объёмную грудь. – Только не все могут. Этот вон вроде бы идеальный вариант, а как до секса дошло: раз, два и потек. Обалдел, говорит, от твоей красоты. А мне это, типа, должно польстить? Алле, парень, мне от тебя качественный секс нужен, а не возня на пару минут. Ему-то хорошо. Он кайфанул, а я?

– Люд, давай не здесь. После работы поболтаем. Хорошо? – вспыхнув, я смущенно отвожу взгляд, заметив, как в офисе сразу стало тихо, как в гробу.

Бесцеремонность и откровенность Гридасовой похоже не только меня ввела в краску. Многие, конечно, уже привыкли, но иногда Людка серьезно перегибает, размахивая своим «грязным бельем» на весь офис.

– Да ладно тебе. Тут все свои, и, вообще, у мужиков это распространенная проблема, – небрежно отмахивается она, подмигнув побагровевшему Ивану Протасову, руководителю нашего отдела и по совместительству Людкиному бывшему визави. – А если с этим делом полный порядок, так или женат, или блядун, или и то и другое вместе, – с ехидным смешком добавляет Гридасова.

Если память мне не изменяет, то Иван Протасов как раз третий вариант. Жена и трое детей не мешают ему заводить интрижки с каждой симпатичной сотрудницей отдела. Он даже ко мне пытался подкатить, но резко отступился, когда в офис внезапно нагрянул мой ослепительный муж с букетом цветов и огромной коробкой с пирожными для сотрудников.

У Сашки часто случаются подобные приступы внимания, приводящие в щенячий восторг женскую половину нашего коллектива и откровенно раздражающие мужскую. Потому что после его ухода офис еще долго гудит восхищёнными обсуждениями моего идеального супруга и накопившимися упреками в адрес всех остальных мужчин.

– Слушай, может, со мной что-то не так, раз я только бабников и скорострелов привлекаю? – никак не угомонится Людка. – Ев, успокой меня, скажи, что твой шикарный Демидов тоже хоть в чем-то не фонтан, – шмыгнув носом, тянет она. – Мозгоправы же все с придурью. Да?