Гаст (ЛП) - Ли Эдвард - Страница 62

- Это на жилье и обучение, дорогая, - сказала она тебе. - Все девочки должны платить, но, глядя на тебя, я могу сказать, что ты быстро заработаешь на свое содержание.

Именно тогда ты узнала, что такое бордель.

Здесь ты узнала гораздо больше, чем в лагере. Ты узнала, что есть мужчины, которые платят деньги девушкам, позволяя им класть в них свои штуки. Ты узнала, что их штуки называются членами, а место, куда они больше всего любят засовывать свои члены, называется влагалищем, а сопливая белая масса, которая вытекает, называется спермой. Ты узнала, что если после того, как мужчина трахнул ее, девушка выплеснула во влагалище уксус, то ребенка обычно не бывает. Ты узнала, что есть такая штука, как аборт, которая убивает растущего внутри тебя ребенка, и многие девушки делали это, потому что так они могли заработать больше денег в борделе. В городе был врач, который мог сделать это для девушки, но это должно было быть тайной, потому что это было против закона.

Ты также узнала, что город больше не назывался "Три дороги", а назывался "Гаст", по имени высокого мужчины в красивой одежде, который приносил в город много денег. Большинство мужчин, приезжавших к Белле, работали на мистера Гаста, и им платили много денег, потому что они строили для него железную дорогу. Мистер Гаст никогда не приходил в бордель Беллы, но он построил его, чтобы у его людей было место, где они могли засовывать свои члены во влагалища и рты девушек.

Ты не нравилась другим девушкам, и однажды ты узнала, почему.

- Это потому, что ты сосешь, - сказал ей один из железнодорожников однажды вечером, после того как она сделала это за два доллара, - и трахаешься хорошо. И сиськи у тебя лучше, и задница лучше. Ты, девочка, лучше всех здесь выглядишь.

Ты решила, что это комплимент, и, наверное, это правда, потому что ты зарабатывала больше, чем другие девушки. Некоторые мужчины доплачивали за то, чтобы засунуть свой член тебе в задницу или выплеснуть свою сперму тебе в волосы. Однажды один чокнутый мужчина с бородой даже заплатил тебе за то, чтобы ты дрочила его член рукой и заставляла его выплескивать свою струю тебе в пупок, и он заплатил три доллара! Но самым смешным был маленький человечек, который выглядел еще страннее, чем немец. У него был золотой нос, он носил красную шапочку, которая выглядела глупо, и он платил за то, чтобы посмотреть, как ты испражняешься в ведро. Тогда-то до тебя и дошло, что многие и многие мужчины действительно странные.

А еще были мужчины, которые были плохими...

* * *

- Возьми ты его, сука, - огрызнулась Джейн, глядя на тебя. - Ты единственная шлюха здесь, которой нравится сосать. Так что иди и соси его.

- Пошла ты!

- Надеюсь, он оттрахает твою задницу так сильно, что ты не сможешь сидеть.

Ты хочешь ударить ее, но она убегает.

- Да, лучше беги! Ни один человек не захочет платить тебе за два синяка под глазами, а я еще и зубы выбью!

- Хватит, Гарриет, - приказывает Белла с бархатного дивана.

Она ела сахарные шарики из булочной.

- Это тот мужчина, о котором я все время слышу?

Белла только поднимает брови и продолжает есть.

- Тот, который такой злой?

Белла облизывает свои пухлые пальцы.

- О, мистер Моррис - хороший клиент, и он хорошо платит. Просто иногда он бывает немного грубоват, но с тобой все будет в порядке. Ты крепкая девочка, потому что я так тебя учила.

- Я не хочу его, - заявляешь ты.

Белла вскакивает и сильно бьет тебя по лицу.

- Делай, что тебе говорят, девочка. Не зазнавайся только потому, что ты здесь самая любимая. Я подобрала тебя, помнишь? Ты ела траву и пила воду из ручья, когда я привела тебя сюда. И я хорошо помню тот день, милая, как ты была вся в саже. Я никому об этом не рассказывала, даже после того, как услышала о том угольщике, которого нашли в куче пепла возле Бетстауна.

Ты замираешь.

- Ты собираешься еще нахамить мне?

- Нет, мэм.

- Мне нужно, чтобы мои девочки были надежными. Несколько дней назад вернулись железнодорожники мистера Гаста, так что мы будем заняты. Мне нужны девушки, которые хотят работать, слышишь?

- Да, мэм.

- Так что иди туда и позаботься о мистере Моррисе, - затем она одаривает тебя широкой, веселой улыбкой. - Он наверняка даст тебе пять долларов и продержится всего пять секунд!

Ты обмениваешься фальшивым смехом, а затем поворачиваешься к залу ожидания. Но на ходу ты заглядываешь в кладовку и замечаешь мулатку Титу. Она макает оловянную чашку в бочку с водой и у нее только одна рука.

- Железная дорога господина Гаста закончена, как я слышала, - говорит она.

- Правда?

- Они все вернутся в ближайшие дни, так что у нас будет много дел.

- О. Хорошо.

- Некоторые уже вернулись.

- Я знаю. Белла мне сказала.

Глаза мулатки расширились от ужаса.

- Я слышала, что они убили всех рабов, когда закончили. Почти полсотни. В Максоне.

- Это не может быть правдой, - скажешь ты.

- Надеюсь, что это не так.

- Мы постоянно слышим неправду. Например, что янки уже близко. Наши парни разбивают их, как только они приближаются к Чаттануге. Так что не верь почти всему, что слышишь, Тита.

Девушка слегка улыбается и уходит, прихватив с собой бутылку уксуса. Но теперь, когда она ушла, ты можешь посмотреть на календарь на стене. Ты замечаешь, что на нем 3 мая 1862 года.

- О, да, я слышал о тебе, - раздается голос из воздуха, когда ты входишь в гостиную. - Давно пора было на тебя взглянуть.

Ты улыбаешься и прикрываешь глаза, чувствуя внезапную тошноту. Мужчина сидит, расставив ноги, в штанах из палаточной парусины и в мягкой шляпе. Несколько золотых зубов, перемежающихся с гнилыми, сверкают.

- Наконец-то мы вернулись. Пять лет тяжелой работы, и последние четыре года я бывал дома не чаще раза в месяц. Ко всему прочему, последние несколько дней мы с ребятами работали в доме, копали и все такое. Мне нужно немного отдохнуть, - он присматривается. - Ты ведь работаешь уже как год у Беллы?

- Примерно так, сэр, - ты берешь его огрубевшую руку и ведешь через малиновые занавески в коридор.

Ты сразу же замечаешь, что его руки грязные от земли.

- А у тебя отличная задница.

Ты не можешь придумать, что ответить. Когда ты ведешь его в свою комнату, одна из его рук цепляет тебя за задницу. Короткая бородка делает его лицо неописуемым, но ты замечаешь... что-то.

Может быть, дело в освещении комнаты, но его глаза кажутся желтыми, как пятно мочи на белой простыне.

Еще до того, как закрывается дверь, его руки задирают твое платье и стягивают белье. Пальцы, похожие на напильники, сжимают нежные складочки между ног.

- Да, пизда тоже хороша, очень хороша...

Наконец ты заговорила, когда он перегибал тебя через кушетку:

- Простите, сэр, вы должны сказать мне, чего вы хотите, а потом заплатить...

Десятидолларовая золотая монетка падает на пол, крутится, как волчок, и падает решкой вниз. Часть тебя может завизжать от восторга - тебе никогда не платили столько за один раз с мужчиной, но потом твой живот опускается, потому что ты знаешь, что этот человек, Моррис, заставит тебя отработать это. Ты не можешь не заметить очень длинный нож в ножнах на его бедре.

- Сэр, спасибо...

Суставчатый кулак с силой бьет тебя по затылку.

- Заткнись, - и он продолжает возиться с твоим влагалищем, как пекарь с тестом.

Его штаны уже спущены, и ты чувствуешь, как твердая трубка мяса бьется о твою спину.

Он дует сопли из ноздрей в твою щель и...

- Работает лучше, чем слюна, скажу я тебя, - а затем: - Получай.

Твои зубы клацают, когда его член входит в твой кишечник. Ты почти не можешь сдержать крик боли - ты думаешь о тех десяти долларах на полу, и большая часть того, чем ты на самом деле являешься, хочет выбежать из комнаты и никогда не возвращаться. Его член длинный; кажется, он входит в твое тело почти на фут, и ты чувствуешь, как он толкается внутри. Он начинает входить и выходить из тебя, диван трясется, а его яйца шлепают по твоему лобку. Быстрее! Быстрее! Ты умоляешь...