Как достать архимага 3 (СИ) - Котляров Лев - Страница 52

— Что вы меня оба пугаете⁈ Что все это значит⁈ Что такого более серьезного может быть в этом знаке?

— Мы сможем это понять, дорогая моя Василиса Михайловна, если только ты честно расскажешь нам про себя, про свою силу и все, что ты помнишь.

Воцарилась тягучая тишина. Я одновременно слышал свой и ее стук сердца. Ей было страшно, очень страшно. Вот только я не знал, чего именно она боялась.

— Ладно, я готова вам все рассказать, — упавшим голосом сказала она и сбросила с колен косу.

Глава 25

— Я толком ничего и не помню, — начала Василиса. — Какие-то бессмысленные картинки проносятся перед глазами, но они никак не связаны друг с другом. Но одно я поняла точно: у меня никогда не было способностей к магии. Точнее, таких возможностей не было. Не смотрите на меня так! Из-за этого и не говорила никому. Ощущала себя полной бездарностью! Мне сложно это объяснить. Вот, послушайте, к примеру, перед вами ставят тарелку, вы берете ложку и начинаете есть — знакомое, понятное движение. Или же, к примеру, магия. Леш, ты же не задумываешься, когда ее используешь, так ведь?

— У меня опыт, — пожал я плечами.

— Вот. И даже если отобрать у тебя память, ты все равно сможешь сотворить заклинание. По привычке. А у меня такого нет. Вот с супом все нормально, а с магией нет. Сами плетения я понимаю, нити, напитать их силой, а как дальше и что дальше — белый лист.

— Это может говорить только о том, что ты не была обучена или что у тебя были очень слабые способности. Такое бывает, — мягко сказал я.

— Я тоже так подумала, Леш! Но всему же можно научиться! Я же не глупая! И сколько бы мне раз ни показывали заклинания — я их не могу сделать. Точнее, могу, но выходит ерунда какая-то. Взрывная к тому же. Будто я не предназначена для такой силы.

— А прошлое? Может там есть какие-то подсказки?

— Даже описать ничего не могу. Будто теснота, бессилие и какое-то ощущение предрешенности, — с тоской ответила она. — С момента, как я ожила, память ничто не цепляет. Кроме чего-то бытового. Я помню как есть, умываться и что на кровати нужно спать.

— Возможно, с учетом всего описанного, ты родилась в очень закрытом сообществе, где не принято было заниматься магией. А время? Эпоха? Какие повозки были, в чем ходили?

— Ничего такого, что можно четко вспомнить. Платье всегда одно и то же. Дурацкое, к слову!

— Да, это логично. Если это уединенное место, то какие технологии? Думаю, домотканые вещи, самые простые механизмы, — задумчиво произнес я. — А кто-то другой магией обладал? Есть ли такие образы?

— Почти нет. Хотя, когда я в первый раз увидела, как ты сотворил заклинание, то внутри что-то отозвалось. Значит, получается, это я уже видела?

— Вась, когда ты плетешь заклинания, тебе, что дается лучше: стихийная или призрачная?

— Ой, Леша, какая стихийная? У меня к ней, вообще нет таланта.

— А ты проверяла? — я вспомнил слова Григория, что она работала со стихийной, но не замечала этого.

Она замолчала, а я все размышлял. Знал, что в далеком прошлом были какие-то закрытые сообщества, которые ставили во главу угла отказ от магии. Может, Вася жила в таком? Но почему тогда ее убили и запечатали дух в тоннеле? Тем более это было на территории столицы. А вокруг нее таких сообществ не было. Значит, закрытие храма было не просто так, и Васю привезли специально.

Я не мог понять только одного: почему она не говорила мне об этом? Вроде ничего стыдного или страшного в ее рассказе нет. Не дается ей магия, так научим. Делов-то.

— А что сказала дух-хранитель? — вдруг спросил я.

— Что она не знает, что это за знак, и не может дать сведений, кто я такая.

— Ты больше ничего не спрашивала?

— Нет.

— А если поу кроуви определить? — внезапно подала голос Жу.

— А с чем сравнивать? — резонно спросил я.

— Приу чеум тут этоу? По кроуви моужно многоу узнау о маге.

— А почему ты сразу не предложила? — возмущенно спросила Вася, недобро сверкая глазами.

— Яу былау уверенау, чтоу ты знаешь про себя хоуть что-то.

— Ты могла бы хотя бы попробовать и без этих знаний!

— Не ссорьтесь, — строго сказал я. — Мы все знали, что ты не очень любишь поднимать эту тему, и старались не трогать тебя лишний раз.

— То есть, теперь я виновата⁈ — Вася мгновенно оказалась на ногах и топнула. — Нашли дурочку!

— Хватит. У тебя от возмущения сейчас сердце из груди выпрыгнет, и я это прекрасно чувствую. Успокойся.

Вася обиженно засопела, но я сделал вид, что не слышу этого.

Кровь действительно несет в себе очень много информации. Уже есть заклинания, с помощью которых можно определить родственные связи, склонность к болезням и предрасположенность к стихиям.

— Что за определение по крови? — я глянул на Жу.

— Небоульшоу ритуал. Наузывается паумять кроуви. Подумау, моужет, тыу его знауешь?

Поморщившись, я коснулся памяти сектантов. Может, у них что-то подобное в истории было? Но нет. Они использовали ее только для увеличения собственной силы.

— Точно сказать не могу, есть что-то похожее, но оно было настроено на определение силы и ее количества. Сейчас погодите, поищу.

Я лег на кровать вместе с блокнотом и пером. А потом нырнул в чужие воспоминания. Перед глазами появлялись сцены из жизни, я старался прокручивать то, что неинтересно, выдергивая только нужное.

Но все было не то.

Один раз мне попался один ритуал, даже не помню, чья это была память, но в нем сектант не исследовал, а изменял способности мага.

— Вась, — я приоткрыл один глаз, — а нет у тебя в воспоминаниях ощущения острой потери? Пустоты?

Может, ее просто лишили силы?

— Нет, — покачала она головой. — Мне казалось, что у меня просто ничего и не было.

В каюте снова воцарилась тишина. Через несколько минут меня начало мутить от историй сектантов, и я отложил перо. В блокноте не появилось ни одной записи.

— Леш, — тихо позвала Вася, — а может, ты в моей памяти посмотришь?

От внезапности ее просьбы, у меня на мгновение сердце сбилось с ритма.

— Нет. Про это даже и речи быть не может. Ты не понимаешь, о чем просишь.

— А если все же попробовать? Вдруг я знаю что-то важное, что поможет тебе спасти мир и магию?

— Нет, Вась. Это слишком опасно. У меня еще ни разу не получилось сохранить разум.

— А ты пытался?

Здесь мне было нечего ей ответить, потому что да, я даже не пытался это сделать, потому что задача стояла совершенно другая. Попробовать или нет?

Нет, я могу навредить Васе. Даже если и пытаться, то я должен быть уверен, что она не пострадает. Но как это сделать?

Тишина все тянулась, Жу смотрела на меня, Вася — в пол. Но все ждали моего ответа.

— Я сделаю это, только когда буду точно знать, что после этого ты не сойдешь с ума. Мне нужно больше знать об этом заклинании.

— Я выдержу! — Вася ударила кулачком по спинке кресла. — Я переживу!

— Успокойся, — осадил я ее.

— Леша, что ты начинаешь⁈ Да, я необычная, да, странная, но я имею право знать, кто я! Это важно и для твоих целей, и для меня. Жу же сказала, что возвращение меня к жизни — это может быть частью всей цепочки событий! Я не просто прошу тебя, я говорю тебе, что ты должен это сделать.

Я смотрел на нее и думал. Она права. Со всех сторон права.

— Я не могу тобой рисковать, — просто ответил я и рубанул ладонью воздух. — Найдем другой способ и нормального специалиста.

— На другого я на согласна.

У нее бешено заколотилось сердце. С чего вдруг?

— Давай так, Вась, мы сначала пробуем безопасные методы, а потом уже я сам посмотрю твою память. Договорились?

Вася закусила губу, а потом снова топнула ногой и выбежала из каюты. Я удивленно приподнял брови, не понимая смысла ее поступка.

— Что на нее нашло? — пробормотал я.

— Дляу нее этоу очень важноу. Она поустоянно об этоум думает, — укоризненно сказала Жу. — А ты ей оутказал.