Бриллиантовый холостяк. Трилогия (СИ) - Гаврилова Анна Сергеевна - Страница 81

– А если не получится?

– Попробуешь снова.

Тут я задала, пожалуй, один из самых глупых вопросов:

– А если вообще‑вообще не получится? Не активируется?

– Ты сначала попробуй. Зачем тебе эти «если»?

Я состроила невольную гримасу – вот же мужчины! Могу я хоть раз за вечер отключить рациональность и пострадать?

– Давай, – снова подтолкнул Дрэйк.

Спиной я ощущала жар его тела, поза была неоднозначной.

Но не важно. Зажмурившись крепче, я нырнула в ставшее привычным состояние – смотрела на этот мир, на все предметы, как на сгустки энергии разных сортов. В моих глазах шар родового артефакта утратил свою монолитность, я даже различила то самое ядро.

А потом, повинуясь выданной мне короткой инструкции, призвала магию. Невзирая на мой внушительный уровень, проявилась жалкая крупица. Она зависла на кончике указательного пальца, и именно её я отправила в полёт.

Я щёлкнула ногтями и сосредоточилась на траектории. Сначала искра пыталась улететь в район потолка, но передумала и, ведомая моим вниманием, впечаталась в шар. Короткий удар сердца, и блестящая шпунька вошла чётко в ядро.

Я радостно подпрыгнула, а в следующий миг меня швырнуло вверх. Кажется Дрэйк пытался ухватить за ногу, но безрезультатно.

Я выпала из реальности – мир поплыл, превращаясь в нечто туманно‑белое. Словно в воздухе молоко разлили. Словно…

– Кто это у нас? – грянуло поблизости.

Голос был мужским и потусторонним. Принадлежать человеку точно не мог.

У меня появился новый призрак, или… Со мной говорит артефакт?

– Хм… – продолжил голос. – Любопытно.

Пауза и сокрушительное:

– Но ты не Алексия!

Возникло крайне неприятное ощущение, что меня просматривают насквозь. Я стала как бабочка на стекле! Как пациент, которого зафиксировали возле аппарата рентгена!

– Хм… Я помню Алексию, она ко мне приходила. У тебя её тело, но ты… – И подтверждение вердикта: – Нет. Не она.

Очень невовремя вспомнилась история о предке Алексии, которого пытались казнить. О том, как этот же артефакт вмешался, жёстко перебив все планы. А ведь ему противостояли правящие и вся карательная имперская система!

Ох‑ох, во что же я влипла? Сейчас ещё решит, что это я настоящую Алексию убила. Прихлопнет так, что никакой Арти не спасёт.

Мне точно следовало объяснить. Но что‑то мешало, язык не слушался. Словно мы в какой‑то односторонней системе – словно говорить и делать выводы может только он.

Моё жалобное «спасити…» промелькнуло лишь в мыслях, а потом…

– Я тебя не выдам. В тебе наша кровь, а душа… Душа тоже, знаешь ли, интересная. Я призн а  ю тебя Алексией Рэйдс и, ввиду отсутствия других потомков, главой рода. Но ты, новая Алексия, постарайся. Я не хочу снова впасть в беспамятство. Это неприятно.

Всё сделаю! – попыталась ответить я.

Только артефакт ответа не ждал. Вместо этого весь окружающий туман стремительно метнулся ко мне и заключил в кокон. Секунда, и кокон завертелся со скоростью спятившей карусели. Я ощутила то ли боль, то ли щекотку по всему телу, а в финале что‑то обожгло предплечье левой руки.

Я ахнула, но крикнуть, опять‑таки, не смогла.

Зато рухнула вниз – оказалось, всё это время меня держали под потолком, а он был высоким.

Я падала спиной. Мелькнуло понимание, что развернуться не успею, сгруппироваться тем более, и что прощай позвоночник.

Но страшного не случилось, меня подхватил Дрэйк.

Высокий лорд сделал это быстро, с какой‑то особой ловкостью и силой. Правда прижал так, словно облапал. Но не важно. Прямо сейчас мне было абсолютно плевать!

Я смотрела на родовой артефакт… Он не только ожил, но и изменил форму – превратился в подобие ледяного цветка, над которым мерцали искры. Мерцание было тусклым, и Эрон прокомментировал:

– Род пока слабый, это видно по состоянию артефакта. Но мы исправим.

Рука Дрэйка в этот момент, как‑то не совсем в тему, прошлась по моей груди.

Вот тут я уже возмутилась, но меня вовремя поставили на пол и потребовали показать предплечье. Дрэйк знал, что в этом тумане‑коконе меня что‑то обожжёт?

Одарив спасителя строгим взглядом, я справилась с застёжкой манжета и подняла рукав, чтобы обнаружить на коже небольшую серебристую татуировку. Это был схематичный цветок, слишком похожий на тот, который мерцал теперь посередине родового хранилища.

– Мм‑м… – подал голос подлетевший ближе Эрон. – Поздравляю.

– С чем? Что это значит?

– Артефакт признал тебя главой рода, – объяснил недовольный вмешательством деда лорд. – Отметка – дополнительное магическое подтверждение.

Только сейчас я поняла, что всё это время боялась дышать.

– Кстати, Дрэйк! – встрепенулся Эрон. – Смотри как интересно получается. Алексия активировала артефакт, причём сразу, с первой попытки. И артефакт тут же, без всяких испытаний, признал её главой. Значит она соответствует всем требованиям, и вопрос недееспособности тоже отпадает.

Новость? И да, и нет.

Высокий лорд глянул недобро, а Эрон добавил:

– Сообщишь куда следует? Ты всё равно постоянно к ним мотаешься.

Тут Дрэйк не выдержал и возмутился:

– Я у вас что, посыльный?

– Нет, конечно! Ты – правая рука императора. Лучший из лучших! Самый сильный, благородный, умный… – В дедушке снова включилась троллья жилка. – Да и лицом, скажем прямо, не урод.

Я была серьёзна, но в этот момент прыснула. Просто с таким чувством, с таким невероятным артистизмом Эрон всё это сказал.

– Конечно не урод, – парировал рыжий. – Твоя ж порода. А пошёл бы в бабку – был бы красавцем.

– Ну, это было бы слишком. В мужчине должны быть небольшие недостатки.

Насчёт небольших дедушка, конечно, загнул.

Я прекрасно помнила грубые подкаты, которым только что подверглась, но, глядя на оживший артефакт, решила не париться. Было и было. Дрэйк либо почву прощупывал, либо хотел задеть.

Да, он в некотором смысле привлекал, но я ещё не растеряла разум, чтобы впечатляться подобными экземплярами. О любовном интересе речи не шло тем более – не хочу быть очередной сохнущей по высокому лорду дурочкой.

Я в принципе сохнуть не хочу.

Я хочу жить, развиваться и цвести! Если влюбиться, то только в хорошего, подходящего по всем параметрам человека. В кого‑то менее себялюбивого и брутального. Менее властного и более…

– Алексия, – выдернул из этих размышлений Дрэйк.

Я встрепенулась. Потом посмотрела вопросительно и догадалась поблагодарить:

– Лорд Дрэйк, ваша помощь бесценна.

– Именно. – Уж чем, а лишней скромностью собеседник не страдал. – Хорошо, что ты это поняла.

– Это даже я понял, – вклинился Эрон. – Но знаете, детишки, пора бы и поспать.

На последней фразе призрак очень смачно зевнул. Растянул рот так, что утратил плотность и я увидела соседнюю стену. Глаза сразу начали слипаться, на меня навалилась вся усталость мира.

Дрэйк отреагировал гораздо спокойнее. Посмотрел на деда, на активированный родовой артефакт, на меня… И приказал:

– Идём.

Мы пошли.

Едва выбрались из хранилища, стена вернулась на место, прочно запечатывая сокровищницу рода. Я порадовалась, зато там, дальше… По возвращении в основной, заполненный рассортированным хламом подвал, Дрэйк выкинул удивительный финт!

Не успела я сказать «мяу», как этот… хороший человек подошёл к панели управления нашей охранной системой и, ловко проколов палец, оставил кровавый отпечаток. У меня рот от такой наглости и скорости приоткрылся. Вот только…

Пух! Панель этот оттиск сожгла.

Вспыхнуло так ярко, так красиво! А Дрэйк…

– Надо же, действительно сжигает.

Стоп. Откуда он знает? То есть в моём доме всё же есть шпион?

Только сил разбираться прямо сейчас не было. Ещё меньше хотелось пускаться в новые разговоры с Дрэйком. В итоге я сказала прямее некуда:

– Ваша светлость, вы к двери‑то проходите.

– Конечно, Алексия, – хмыкнул он. – Ведь мне ещё про твой изменившийся статус «куда надо» сообщать.