Очень плохая няня (СИ) - Солейн Анна - Страница 62

— Пушок! Пушок, пойдем! Мы поедим — и вернемся! Грифи! Великан, вставай, пора ужинать! Птенец, ты голоден? А хочешь пить?

Спустя несколько минут в комнате остались только мы трое: я, лорд Эмбер и спящий Лиам.

— Хорошо, что у вас получилось… объяснить все Мисси, — после паузы сказала я. — На ней… лица не было с утра.

— Им не стоило слышать то, что они слышали. Это моя вина.

— Что говорят целители?

— Что… — лорд Эмбер хмыкнул и потер лоб рукой. — Я так и не успел закончить разработку лекарства — просто зашел в тупик. Похоже, его просто не существует. Остается… все выглядит так, что остается только надеяться на лучшее. Окклюзия опасна своей непредсказуемостью, Виктория. Мозг, чувства и магия связаны так тесно, что разобраться в этой связи… иногда не представляется возможным. Лиам… заболел после смерти родителей и то, что он услышал… стало последней каплей. Я бы все отдал, лишь бы этого не случилось. Может… ваша матушка права: единственное лекарство, на которое нам стоит надеяться это «от души посмеяться и вволю выспаться».

Я сглотнула.

— Это вы еще про сердце козла не знаете, — неловко пошутила я. — Ее коронный метод. А…

— Я верю, что он поправится. Но ничего другого у меня нет.

Мне показалось, что Лиам во сне шевельнулся.

Но при желтом свете магического кристалла разве скажешь точно?

— Как так вышло, что Лиам и Мисси… оказались у вас? — спросила я, чтобы как-то разогнать повисшую тишину.

Лорд Эмбер помолчал. Ответа я не ждала, но…

— Они дети… мы с их отцом учились в одной академии, изучали магическую медицину. У их отца, его звали Рупертом, всегда были странные взгляды. Он был… — лорд Эмбер поморщился. — Совершенно расхлябанным человеком, по правде говоря. которому ничего нельзя доверить. Сумасшедшие теории, на которые он спускал состояние семьи, научные работы, в которых он опирался на пустую болтовню, бахвальство, глупость… По правде говоря, Мисси и Лиам вовсе на него не похожи. Они… умнее.

— А их мать?

Лорд Эмбер прислонился к изголовью кровати спиной.

— А их мать была моей невестой.

— Что? — едва не упала с кровати, пытаясь заглянуть лорду Эмберу в глаза.

— Нина. Мы были обручены с тех пор, как нам исполнилось по восемнадцать. И очень друг друга любили.

Представить лорда Эмбера влюбленным и обрученным было сложно.

Я помолчала, ожидая продолжения, но он тоже молчал, глядя в потолок.

— А что произошло потом?

— А потом она встретила Руперта — на нашем с ним выпускном, куда я ее привел. Это было за месяц до того, как мы должны были пожениться. Но никакой свадьбы в итоге не было, она меня бросила. Выяснилось, что они с Рупертом — истинные.

— Истинные?

Лорд Эмбер презрительно фыркнул.

— Она вышла за него замуж тем же летом. Я с головой ушел в исследования, через несколько лет узнал, что у них родилась дочь, а потом — сын. Мисси и Лиам, но тогда я не знал имен. Слышал что-то о том, что они в долгах, но мне тогда не было никакого дела до того, как живет женщина, которая из-за какой-то истинности предпочла мне Руперта. Я считал, что она получила по заслугам за свою глупость: позволить каким-то инстинктам управлять своей жизнью…

В его голосе слышалась застарелая боль.

— А потом?

— А потом они погибли в горах из-за лихорадки — потому что Руперт не позаботился о том, чтобы его жена была в безопасности или хотя бы получила прививку. Идиот! Им даже плевать было на детей! Решили искать целебные драконьи камни, чтобы их продать и покрыть долги, — очередная дурацкая затея Руперта.

Он замолчал.

— И вы взяли детей себе?

— Да. Как только вернулся из командировки и узнал, что произошло. К тому же, Нина в завещании назначила меня опекуном. Я ужасно злился. На нее, на Руперта, на себя и даже на Мисси с Лиамом, которые упали на меня, как снег на голову и перевернули всю мою спокойную жизнь. Я знаете ли, всегда ценил одиночество и порядок. А сейчас — все это кажется таким далеким. Я бы все отдал, лишь бы Лиам поправился. Любые деньги. Они с Мисси… я думал, это проклятье, но оказалось, что до встречи с ними я как будто вовсе не жил. До встречи с ними и с одной взбалмошной, отвратительной няней, для которой дисциплина — это пустой звук.

— Лорд Эмбер…

— Вы очень плохая няня, мисс Фицрой, — он скосил на меня взгляд. — Но мамой вы будете прекрасной.

Он потянулся ко мне и переплел наши пальцы. Я вздохнула и…

В комнату вернулась Мисси, держащая Пушка в руках.

— А Лиам уже проснулся? — спросила она с надеждой. — Я слышала шум.

Спать решили укладываться тут же, в детской.

Все.

Совсем все.

— Может, стоит дать Лиаму немного воздуха? — спросила я у Мисси. — Нас слишком много и потому…

— Мы остаемся, — решительно сказала Джоанна. — Все. Он не должен чувствовать себя одиноким, правда, Мириам?

— Абсолютная, — подтвердила моя матушка, довольно улыбнувшись.

Спорить с ними обеими я побоялась. То, что они вдруг стали заодно, и так… тревожило.

Так мы и остались в детской. Все вместе.

Стьюард принес откуда-то тахту, на которую с царственным видом улеглась Джоанна, игнорируя Масика, который тоже хотел бы на нее улечься.

Так, кажется, Масик лишился последнего человека, который в этом доме его боялся.

Матушка и Стьюард устроились в креслах, закинув ноги на пуфик, Мисси заползла на кровать и свернулась клубком поближе к Лиаму.

Великана все-таки удалось спихнуть на пол, а Пушка — не удалось. Птенец где-то спрятался, но я была уверена, что искать его стоит в складках одеяла.

Закрывая дверь, я едва не налетела на грифона, у которого была фантастическая способность оставаться незаметным.

— Грифи, иди сюда! — позвала Мисси. — Иди к нам!

А можно не надо… ладно.

Глядя, как грифон бочком подбирается ближе, я вздохнула.

А так все хорошо начиналось. Он ведь был — не общительным!

Не уверена, что в эту ночь кто-то спал. Я смотрела в потолок, лорд Эмбер, лежащий на противоположной стороне кровати, гладил по голове прижавшуюся к нему Мисси.

— Если приснится кошмар — говори, — тихо проговорил он Мисси. — Я рядом.

— Честно?

— Очень честно.

— А ты всегда будешь рядом?

— Я всегда буду рядом.

— А с Лиамом?

— И с Лиамом.

— А ты нас любишь?

— Люблю.

Мисси поерзала.

— Хорошо. А как ты думаешь, он голодный?

— Кто?

— Лиам.

— Думаю, да.

— А как его покормить?

— Он поест, когда проснется.

— А что он будет есть?

— Не знаю.

— А пирог будет есть?

— Думаю, да.

— А жаркое?

— Возможно.

— А… Ладно. А когда он проснется? — этот вопрос Мисси задала уже в сотый, кажется, раз. Она вообще обожала вопросы.

Лорд Эмбер вздохнул.

— Скоро. Мисс Фицрой…

— М?

— Я вам недоплачиваю.

Против воли я фыркнула и погладила Лиама, а потом и Мисси по голове.

А я говорила! Говорила, что недоплачивает.

Мне казалось, этой ночью я уж точно не смогу уснуть.

Не говоря уже о том, что тесная детская была полна шорохов, шелеста, кряканья, мурлыканья и прочих звуков, которые издавал собравшийся в одном месте зоопарк.

И Джоанна ужасно храпела!

В какой-то момент Мисси подкатилась ко мне ближе, я обняла ее и, кажется, задремала, несмотря ни на что.

Разбудило меня чавканье. Громкое такое.

Я прислушалась.

Нет, правда, чавканье.

— Надеюсь, это кто-то кого-то доедает, — сонно проговорил лорд Эмбер, не открывая глаз. — Одной проблемой меньше.

Мисси у меня под боком заворочалась.

Я села на кровати и прищурилась.

Понадобилось время, чтобы глаза перестал резать приглушенный свет кристалла.

На полу, прямо на хвосте спящего Масика, сидел маленький мальчик. Напротив нижней полки шкафа, которая сейчас была открыта настежь.

С ног до головы мальчик был испачкан чем-то красным. Кровь?