Очень плохая няня (СИ) - Солейн Анна - Страница 60

Буквально спустя минуту птенец принес еще одного.

— Да ты с ума сошел! — возмутилась я и невольно процитировала лорда Эмбера: — Зачем тащишь в дом всякую дрянь?

Птенец, не обращая на меня внимания, чирикнул и попытался засунуть жучка в рот Лиама: «Поешь, мол, тебе надо».

— Святые бисквиты, — вздохнула я, пытаясь его оттолкнуть. — Он такое не ест.

Птенец недоверчиво чирикнул.

«Как? Таких вкусных жучков — и не ест? А мне приносил».

— Тебе приносил, потому что ты их любишь. Хватит!

Но поспорить с птичьей любовью было сложно, так что спустя полчаса на подушке рядом с Лиамом оказалась целая колония жучков (слава богу, призраков жизни они не подавали).

Птенец примостился напротив лица Лиама и пристально на него смотрел. Даже с лежащим рядом Пушком у них, кажется, воцарилось временное перемирие. Пушок вообще неожиданно прижался к хвосту Лиама и затарахтел — я не могла припомнить, чтобы он хоть раз до этого издавал такие звуки.

Когда мне показалось, что дальше уже некуда, в комнату протиснулся грифон. Уже подросший и обзаведшийся перьями, он со скрипом приоткрыл дверь и издал громкий недовольный звук, окинув нас взглядом желтых светящихся глаз. Удивительно, как такой величественный волшебный зверь умудрялся выглядеть так нелепо, но у него получалось. Больше всего грифон походил на четвероногую косматую курицу высотой в человеческий рост. Крайне недовольную курицу.

«Что я тут делаю? — как будто спрашивал весь его вид. — Вы все мне не нравитесь! Вас слишком много!»

Нас и правда было слишком много для одной маленькой детской: один здоровенный Масик чего стоил. Да и Великан уже почти не отставал.

— Или туда — или сюда, — пригрозила я грифону.

Сейчас я совсем его не боялась. Меня пугало только то, что Лиам может…

Нет. Об этом лучше не думать.

— Грифи! Ты к нам пришел, — обрадовалась Мисси.

Грифон издал очередной недовольный звук, и она бросилась к нему на шею.

— Мисси! — вскрикнула я, вскакивая. — Мисси, осторожно!

Грифон издал растерянный звук, но, кажется, не спешил громить все вокруг, как в прошлый раз, когда я решилась к нему подойти.

— Если ты их обидишь, лорд Эмбер сварит из тебя бульон, — пригрозила я.

Меня надменный грифон ответом не удостоил. Он устроился у стены, свернувшись клубком и снова становясь похожим на бесформенную кучу.

На улице начало темнеть.

— А мы ждем, пока Лиам проснется, — рассказывала грифону Мисси, привалившись к его боку. — Он сейчас плохо себя чувствует, но скоро поправится. А потом мы с ним уедем в пансион — а ты хочешь с нами?

— Мисси…

— У нас с Лиамом есть только мы, так всегда было. Скоро он поправится — и мы отсюда уедем. Как ты думаешь, там, куда мы уедем, будет море? В школе нам говорили, что море — это как большое озеро. Хотела бы я увидеть. А ты? А у тебя есть семья? У нас с Лиамом нет, мы совсем одни.

Она запрокинула голову, посмотрев на грифона. Тот издал недовольный звук и принялся чистить перья крыла.

— Мисси, — позвала я. — У вас есть ваш дядя…

— Скоро мы вырастем, и у нас с Лиамом будет дом, — не слушая меня, продолжила Мисси. — На море! Правда, Лиам?

Я обеспокоенно посмотрела на дракончика.

Его дыхание было совсем слабым и тихим.

Еще более тихим и слабым, чем до этого.

От страха у меня переворачивалось все внутри. Не осталось такой молитвы, которую я бы не произнесла за этот день. Не осталось такого бога, к которому бы я не обратилась.

Проклятье!

Что с ним случилось? Почему сейчас?

Неужели это из-за того, что сказала Джоанна? Неужели последствия такие… чудовищные?

Лорд Эмбер говорил, что магия, сознание и чувства связаны, так что… Лиам застрял в драконьей форме после гибели родителей, а сейчас — вовсе впал в… кажется, врачи про себя называли это странным и пугающим словом «кома». Что будет дальше? Об этом не хотелось даже думать.

А Мисси… она была спокойной. Вернее, одеревеневшей. Она не плакала, не капризничала, не злилась и вовсе никак не вспоминала о том, что услышала. Разве только сейчас, пока рассказывала грифону, как они «уедут».

Вся целиком она как будто заледенела — и в этом было что-то пугающе, потому что я привыкла видеть Мисси совсем другой: плачущей, хохочущей, злящейся. Не такой пугающе спокойной и безжизненной.

— Мисси. Лорд Эмбер…

В этот момент дверь открылась — на пороге стоял лорд Эмбер. Он окинул комнату удивленным взглядом.

— Что здесь происходит? Что за цирк? Я неясно обозначил слово «покой»?

— Вы нашли лекарство? — выпалила я, вскакивая.

Нашел? Он ведь правда его нашел?

Глава 38

Лорд Эмбер нахмурился и подошел к Лиаму.

— Как у него дела? — спросил он.

— Х… хорошо. Так же.

Лорд Эмбер кивнул и огляделся. Задержал взгляд на Мисси, которая сидела на полу, прислонившись спиной к грифону. Поднял брови, оглядев Великана, который под шумок разлегся на кровати и растянулся на целую половину.

Великан даже головы не поднял, зато весь напрягся — думал, наверное, что его не заметят, такого… крохотного. И не поймут, что он оказался там, где ему быть нельзя.

— Ты не возражаешь? — поднял брови лорд Эмбер с демонстративно вежливым видом.

Великан никак не отреагировал, и лорду Эмберу со вздохом пришлось его подвинуть, чтобы сесть.

Кровати, стоящей в детской и рассчитанной на одного ребенка, решительно становилось недостаточно для всех желающих на нее влезть.

Мисси замерла, глядя в пол. Грифон, на которого она опиралась спиной, буравил лорда Эмбера напряженным взглядом желтых глаз.

Стьюард, который дремал в кресле, встряхнулся и осоловело завертел головой.

— Лорд Эмбер… — начал он.

В этот момент в коридоре раздался торопливый стук каблуков, и дверь снова открылась.

— Все в сборе! — радостно воскликнула матушка. — О, тебя я еще не видела, здравствуй! — кивнула она грифону. Тот удивленно открыл клюв. — Я принесла пирог для Лиама.

В руках она в самом деле держала тарелку с уже нарезанным пирогом, который пах выпечкой и вишневым джемом.

— Мама…

— Смотри, как поднялся! — она присела, чтобы Мисси могла рассмотреть пирог. — Красота, да? Я добавила еще ваниль, чтобы было вкуснее. Хочешь попробовать?

Та, помедлив, кивнула и потянулась за ближайшим куском.

— Ну и хорошо. — Матушка выпрямилась и еще раз осмотрела комнату. — Скоро братик проснется — пойдем пить чай. Я в газете вычитала еще рецепт пирога с ревенем — но его испеку завтра, к обеду. Он будет вкуснее свежим. К слову, вы знаете, что сейчас, по положению звезд, отличное время для того, чтобы замешивать тесто. Ну что? А почему все грустные такие? Что лица как на похоронах?

— Миссис Фицрой… — начал лорд Эмбер.

— Что — «миссис Фицрой»? Банальная закупорка, сколько я такого видела! От переживаний, все от переживаний! — матушка фыркнула. — Поболит и пройдет. Надо просто подождать.

Мисси несмело улыбнулась, лорд Эмбер сжал зубы.

— У драконов все сложнее. Магии — больше. Она — опаснее.

Повисла тишина.

— Глупости! От души посмеяться и вволю выспаться — вот и лучшее решение. Ну и пирог не повредит, правда? — она подмигнула Мисси. — Все будет хорошо.

Та радостно улыбнулась.

Лорд Эмбер хмыкнул и окинул взглядом комнату.

— Спрячьте пирог, миссис Фицрой. А то здесь на него… много претендентов. Сами не заметите, как он исчезнет, — и виноватого придется искать по следам джема на хитрых мордах.

Он выразительно посмотрел на приподнявшего голову Великана и Масика, который, в целом, расширил свои гастрономические предпочтения, когда понял, что никого живого ему не достанется.

Матушка оглянулась.

— Поставлю сюда. А потом мы его достанем, когда Лиам проснется. Как тебе идея, Мисси?

Матушка потянула на себя дверцу нижней полки шкафа, где когда-то дети устроили гнездо для птенца. Сейчас там было пусто, потому что птенец давно вырос и сам теперь выбирал, где ему спать. Лучше всего для этих целей, по его мнению, подходили домашние туфли лорда Эмбера. То, что лорд Эмбер был против, его не смущало.