Очень плохая няня (СИ) - Солейн Анна - Страница 44

По плану матушки мы с лордом Эмбером должны были появиться на приеме и объявить о помолвке, чтобы мой бывший жених понял, что потерял. Что я не старая дева, над которой смеются все Чистые Пруды, а невеста дракона!

Отличный план, только есть небольшой нюанс: никакой помолвки не существует, как и моих отношений с лордом Эмбером. Я наврала об этом матушке, чтобы ее успокоить.

Не говоря уже о том, что лорд Эмбер ненавидит светские приемы и за время жизни в Чистых Прудах не посетил ни одного. И уж точно он понятия не имеет, почему моя матушка сейчас смотрит на него так многозначительно.

Лорд Эмбер нахмурился и перевел взгляд на меня. «Не хотите ли объясниться, мисс Фицрой?» — читалось в его глазах. Я похолодела.

Глава 27

Секунды текли медленно, слишком медленно. Никто не говорил ни слова.

Я поймала себя на мысли, что очень бы обрадовалась, если бы Масик сейчас вмешался в нашу светскую беседу и попытался меня съесть, к примеру. Ну или доктора Фройда, так еще лучше. Или Джоанну, совсем хорошо!

Может, грифоненок бы решился бы изменить своими привычкам и вышел к гостям. Тогда все бы точно забыли о разговоре!

Может, хоть Пушок?..

Но нет.

Никто не спешил приходить мне на помощь.

— Прием? — подала голос Джоанна. — О каком приеме речь?

На лице матушки не дрогнул ни один мускул.

— О приеме в честь рождения сына Уильяма Денча, разумеется, — еще лучезарнее, чем до этого, улыбнулась она. — Его устраивает мэр Хобард — отец жены Уильяма и счастливый дедушка. Мэр Чистых Прудов.

Только я, наверное, смогла бы почувствовать за доброжелательным тоном матушки желание свернуть шею Уильяму Денчу, его жене, «счастливому дедушке» и, может, еще Джоанне.

— Кроме того… — продолжила матушка, и Джоанна демонстративно зевнула.

— Не понимаю, как может быть интересно провинциальное общество, — произнесла она. — Какой Уильям? Причем здесь Хобард и к чему идти на этот прием? Эдвард? — повернулась Джоанна к лорду Эмберу. — Ты что-нибудь понимаешь?

Лорд Эмбер прищурился, продолжая сверлить меня взглядом.

— Я думаю, Виктория мне расскажет. Возможно, мне стоит, наконец… выйти в свет.

Я похолодела. Виктория не расскажет!

Стоило представить, что я говорю насмешливому и язвительному лорду Эмберу что-то вроде: «Лорд Эмбер, нам стоит заявить о помолвке, чтобы бросивший меня жених понял, что потерял… Ах, кстати, я наврала моей маме, что мы вместе и вот-вот объявим о будущей свадьбе!» — как мне срочно хотелось подойти к Масику, а лучше к грифону и попросить меня сожрать.

Матушка, ничуть не изменившись в лице после слов Джоанны, нашла лучший способ перевести тему:

— Я должна идти, иначе не успею испечь пироги к ужину. Лорд Эмбер, леди Эмбер… благодарю за гостеприимство. — Она слегка наклонила голову в знак прощания, а затем стрельнула глазами в сторону. — Доктор Фройд?

— Да-да, Мириам, — встрепенулся тот, стуча толстой тростью по паркету. — Вы правы! Вы правы, пойдемте. Так что вы там говорили о сердце козла?

— Доктор Фройд! — попыталась остановить ускользающего прямо сквозь пальцы ученого Джоанна. — Вы обещали ответить на мой вопрос! Помните?

Доктор Фройд растерянно замер, и Джоанна для верности вцепилась в его плечо. А матушка тем временем потянула меня к себе.

'Выпрями спину!" — одними губами произнесла она мне на ухо и сунула мне в руки газету — ту самую где, как я уже знала, описан ритуал для того, чтобы добиться от мужчины предложения.

Нужно всего лишь выйти в ночь во время растущей луны голышом на улицу…

Что ж, тому, кто писал эту статью, стоит отдать должное: разгуливая ночью голышом, сложно остаться без внимания. А там, при должной сноровке, и до предложения недалеко.

— Проводишь меня, — без намека на вопросительную интонацию произнесла матушка и потащила меня вперед. — До свидания, лорд Эмбер, леди Эмбер!

— Мам…

А я-то надеялась, что она забыла про меня, встретив доктора Фройда!

— Тебе пора поговорить с лордом Эмбером! — прошипела она, едва мы ступили на нижнюю ступеньку крыльца.

— Мам…

— Никаких «мам», — прошептала она, не забывая цепко держать меня под руку и шагая через калитку к дороге. — И прочитай про ритуал. Сейчас луна как раз растущая.

— Я не буду выходить на улицу голышом. И вообще я в это не верю!

— А доктор Фройд верит! А к нему стоит прислушиваться, уж кое-что в этой жизни он понимает!

Я сжала зубы. Интересно, как так вышло, что куча моих проблем возникла из-за этого… доктора Фройда⁈ Сначала Джоанна и «однодневки», теперь — это. Тем временем матушка продолжила:

— Так что не капризничай, в нашем случае нельзя гнушаться никакими мето… Ах, доктор Фройд! — вдруг воскликнула моя матушка, обернувшись и улыбаясь нагнавшему нас и успевшему запыхаться ученому. — А мы как раз о вас разговаривали. Расскажете мне свои опыты в спиритизме? Я слышала, в столице многие сейчас этим увлекаются, но вряд ли они в самом деле понимают, с чем имеют дело.

— Вы совершенно правы! — воскликнул доктор Фройд, даже потряхивая саквояжем от энтузиазма. — Вы знаете, участвовал я как-то в одном сеансе…

Отпустив меня и напоследок смерив с головы до ног многозначительным взглядом, матушка зашагала рядом с доктором Фройдом, внимательно слушая то, что он говорит о спиритизме. Остановившись посреди дороги, я смотрела им вслед. Какое дивное взаимопонимание!

И, могла бы поклясться, в спину им смотрела не только я, но и Джоанна.

И последняя явно не хорошего вечера желала.

Запоздало — пожалуй, слишком запоздало, — я вдруг задумалась: а как моя матушка, средняя дочь в никому неизвестном роду Хобардов, еще и в младшей ветви, отец которой не имел даже титула, умудрилась выйти замуж за моего отца — наследника Фицроев, рода столичного и достаточно знатного?

Глядя на то, с каким интересом на нее смотрит доктор Фройд, я начинала понимать, как.

И, пожалуй, почему матушку с глаз долой убрали в Чистые Пруды, как только представилась возможность, — тоже начинала догадываться.

Как и о том, что, к примеру, мясник всегда оставлял для матушки лучшие куски.

Я так привыкла к этому, что даже не задумывалась о происходящем. А зря! Может, не стояла бы сейчас, открыв рот.

Жалко, что мне и толики обаяния не перепало. Смешно сказать, но я не смогла привлечь даже собственного истинного — хотя природой вроде бы задумано, что я просто так должна ему нравится. Только потому, что существую.

Матушка обернулась, посмотрела на меня и одними губами произнесла: «Выпрями спину! Улыбайся! Ритуал!»

Я сглотнула.

Нет, голой на улицу выходить — это уже перебор.

Я не настолько отчаялась.

Вернувшись в особняк, я порадовалась, что холл пуст. Должно быть, Джоанна и лорд Эмбер…

— Не так быстро, мисс Фицрой.

Проклятье!

Лорд Эмбер вышел из тени мне навстречу — он там что, прятался в углу?

Если не прятался, то я не знаю, как объяснить происходящее.

— Л-л-лорд Эмбер?

— Извольте объяснить…

— Как моя матушка увела мужчину вашей?

Лорд Эмбер моргнул, и я прикусила язык.

— Нет, в этом я сам разобрался, — невозмутимо откликнулся он. — Расскажите мне, мисс Фицрой, о каком приеме идет речь? Куда именно вы должны меня пригласить?

— Никуда, — выпалила я.

Он прищурился.

— Никуда? Вот как. А Уильям ли Денч — это не тот самый «приезжий», о котором все говорят? Который бросил за пару недель до свадьбы одну небезызвестную особу? Вас? И что же, он счастлив в браке и даже прижил ребенка?

Я сжала зубы.

Когда-нибудь мне перестанет из-за этого быть больно. Но, похоже, время еще не пришло.

На всякий случай я спрятала газету за спину.

— Я не думаю, что это важно. В конце концов, провинциальное общество, как заметила леди Эмбер, довольно безынтересно. Не вижу причин утомлять вас деталями. Прошу прощения, лорд Эмбер, мне нужно к детям. Они слишком давно были одни и наверняка проголодались.