"Фантастика 2025-183". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Раевская Тиана - Страница 166

Ночью, когда стали гаснуть свечи в окнах, внутрь Рим отправился сам.

Был он уставший, голодный, и оттого слегка раздраженный. Внутрь проник без проблем и даже до спальни Великого Инквизитора добрался тихо и спокойно. Охрана для него препятствием не являлась, а слуги все давным-давно спали.

Томас Торквемада ворочался на пуховой перине и никак не мог успокоиться: одолевали мирские мысли, и даже некоторое раздражение. Мирские мысли касались очень богатой еврейской семьи, глава которой, вместе с наследником сыном сейчас сидел в темнице.

«Праведными трудами, такими деньгами не наживаются. А женщин и детей надобно выслать: тут, пожалуй, лучше милосердие проявить.»

Дело было очень привычным, так же как и мысли. Не первая семья евреев расставалась с нажитыми богатствами волею Великого Инквизитора. А две человеческие жизни… Что они такое, по сравнению с возрастающим могуществом Матери Церкви?

А некоторое внутреннее раздражение Томас испытывал, как ни странно, на Господа.

«Нет у церкви сына преданнее и полезнее меня. Неужели Господь в своем всемогуществе не может дать мне чуть больше сил и здоровья…»

Впрочем, такие мысли инквизитор старался гнать из головы. Как ни странно, он был искренне верующим, и часть молитв, когда он просил Господа простить его несовершенство, действительно шли от сердца.

Скрипнула половица, и когда старик неуклюже повернулся посмотреть, кто осмелился нарушить его покой, на рот его легла тяжелая рука, и тихий голос спокойно сказал:

— Сеньор Торквемада, прошу вас, не пугайтесь. Я хочу только поговорить с вами.

Старик слабо трепыхался и Разумовский уже испугался, что тот помрет от испуга. Выждав с полминуты, пока дед успокоится, он продолжил:

— Сейчас я уберу руку. Очень прошу вас не кричать. Я действительно хочу просто поговорить.

Свеча, горящая на столе, слабо озаряла силуэт крупного мужчины в непонятной черной одежде. Тот действительно убрал руку с лица инквизитора, совершенно бесшумно прошел к столу и, легко подняв тяжелый дубовый стул, перенес его к кровати. На стуле он и устроился, глядя на то, как старик неловко пытается сесть на кровати.

— Кто вы? — как ни странно, особого страха Торквемада не испытывал.

Скорее всего, пришелец будет предлагать взятку. И очень может быть, совсем не малую. Были уже, были в жизни Великого Инквизитора такие истории. «Ну что ж, поторговаться никогда не стоит отказываться. Но что же мы такого ценного пропустили в описи имущества? Это же сколько он сейчас собирается предложить?! А сколько он заплатил охране, чтобы пройти так тихо? Ай-яй-яй… Охрану точно пора менять.»

Пожалуй, в этот момент, старик даже чувствовал некое превосходство над гостем.

— Вы можете называть меня сеньор Андреас.

— Какой у вас интересный акцент… Откуда вы?

Ответ был столь неожиданный, резкий и в чем-то даже пугающий, что его Святейшество чуть растерялся.

— Меньше знаете — крепче спите. Я хотел бы получить у вас некий предмет, который сняли с трупа иноземца на рынке.

Несколько мгновений Торквемада приходил в себя. Сейчас, гость уже не казался ему таким безопасным.

— Для чего вам этот предмет?

Мужчина странно хмыкнул, и также странно ответил:

— Это — оружие. Очень мощное. Гораздо мощнее, чем ваши пушки. Но воспользоваться им вы не сможете. Оно мое.

Легкая улыбка тронула губы Великого Инквизитора:

— Сеньор Андреас, зачем бы мне своими руками, отдавать это чудесное оружие в руки незнакомца?!

— Затем, что вы не сможете воспользоваться им по назначению, зато при определенных условиях сможете уничтожить не только себя, а еще и этот город.

Звучало достаточно бредово, но Торквемаде приходилось видеть, какие разрушения способен нанести маленький бочонок с порохом. Он насторожился. Тот взрыв, который он наблюдал, своей чудовищной мощью напоминал проявление Божьего гнева. Потому к словам незнакомца инквизитор отнесся хоть и с некоторой долей скепсиса, но все же достаточно серьезно. Старика одолевали сомнения.

— Что вы сделаете, если я откажусь? Как вы докажете, что это ваше?

Мужчина пожал плечами, хмыкнул и, пошарив в складках плаща, вынул странный предмет — тонкий и плоский прямоугольник черного цвета. Он ткнул в него пальцем, и оттуда выстрелил узкий луч света. Да, не такого голубого и дьявольского, как на том странном оружии, но зато совершенно точно холодного: мужчина держал этот предмет голыми руками. Да и не даст такого яркого пламени обычная свеча или даже масляная лампа.

— Как видите, сеньор Торквемада, эти предметы изготовлены в одной мастерской. Согласитесь, что они очень необычны. И других таких вы нигде не найдете.

Сердце Торквемады зачастило. Этот носитель демонских игрушек, этот слуга нечистого просто не понимает, с кем связался. Азарт настоящего охотника, заставил Торквемаду поднять руку, слабо охнуть и потереть сердце:

— Простите, сеньор Андреас. Что поделаешь, проклятый возраст. Вы говорите, что тот предмет — оружие огромной силы, как же я могу отдать его вам? Ведь вы, я думаю, сможете натворить им немало бед.

Странный сеньор снова хмыкнул и ответил довольно резко:

— Сеньор Торквемада, я хочу получить свое оружие. Кроме того, воспользовавшись им неправильно, вы может натворить гораздо больше бед, чем я. А получив его, я исчезну из вашего города.

— Ну что ж, я слишком слаб, чтобы спорить с вами, — старик снова потер грудь. — Сейчас я позову секретаря, оружие хранится у него.

— Я сам позову. Куда идти?

— Нет-нет, вы зря мне не доверяете, сеньор Андреас. Там, на столе, стоит колокольчик, достаточно позвонить в него.

Незнакомец резко и бесшумно поднялся со стула и через мгновенье затряс звучную игрушку.

Ждать пришлось недолго. Уже через полминуты по полу зашлепали босые ноги, и заспанный Педро Видалес с горящей свечей в руках отворил дверь со словами:

— Вам плохо, Ваше Святейшество?

Он замер на пороге, нелепо взлохмаченный со сна, и растерянно, с трудом сдерживая зевок, уставился на чужака в комнате.

Великий Инквизитор слегка покашлял, привлекая внимание секретаря, и слабым голосом сказал:

— Педро, будь добр, принеси ту странную штуку, которую отдал мне отец Луис.

— Ах, да…

— Еще захвати мои сердечные капли.

Педро Видалес, который двинулся было исполнять распоряжение, застыл на мгновение на пороге, повернулся и уточнил:

— Ваше сердечные капли, Ваше Святейшество?

— Да-да, мои сердечные капли.

Инквизитор снова потер сорочку на груди.

Разумовский наблюдал за этой беседой с каким-то даже удивлением. Этот старик что, считает его конченным идиотом? Жаль, что не получилось решить дело миром…

Педро Видалес практически не заметил движения, только какую-то мелькнувшую тень…

Поза, в которой он оказался, была неловкой, неудобной, и очень болезненной: правая рука до упора завернута за спину, немеющие пальцы касаются лопатки, боль в суставах такая, что ему даже пришлось привстать на цыпочки и слегка наклониться вперед, чтобы не застонать и хоть чуть ослабить напряжение.