"Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Кондакова Анна - Страница 371

— Ну что, Рат, — сказала я, закатывая рукава, — Нам нужно здесь прибраться.

По моей щеке прошёлся пушистый хвост, и мгновение спустя в комнате разразился самый натуральный смерч. Пока я хлопала глазами и делала попытки их протереть, в подвале для вызова номер шесть образовалась такая чистота, какой тут, наверное, не было со времён постройки.

Из ступора меня вывел раздраженный стрёкот паука Жоржа, которого предприимчивый Рат попытался "убрать" тоже.

— Все, не трогай его!

Белка, распушив за спиной внезапно аж три разросшихся до совершенно неприличных размеров хвоста, посмотрела на меня с абсолютно очевидной обидой — ей явно хотелось подзакусить паучатиной. Глядя на подозрительно мерцающие алые огоньки в её глазах, я начала достаточно серьёзно сомневаться, что наш Жорж вышел бы в этой эпической битве победителем.

— Эм… все, нам домой пора. Идём?

Могу поклясться, что у белки сделалось ужасно обиженное выражение мордочки, будто её прервали на самом интересном. но на плечо моё взобралась как миленькая, все так же источая хвойные ароматы. У меня возникло странное чувство: кажется, я все же сдала демонологию, но во что при этом ввязалась?..

Я топала по грязным мостовым Ородио, не уставая ему удивляться. Вот казалось бы, живу тут уже несколько лет, но все равно никак не пойму: как в одном месте вообще может быть собрано столько контрастов? С одной стороны, глянешь на нашу столицу разок, и хоть вешайся: кругом грязища, тут и там орут базарные торговцы, преступники за каждым первым поворотом, улочки узкие, река широченная да такая вонючая, что слезу вышибает (это я про вспухшие трупы, что вечно там плавают, тактично молчу). А все равно что-то в этом городе есть эдакое, отчего он вопреки всему западает в сердце и нравится, навевает вдохновение. Не знаю, что в нём особого, хоть палкой меня бей; может, кривые башенки с часами, или фигурные фиолетовые камни мостовых, или многочисленные мосты, тоннели, катакомбы, или узкие шпили Чёрного Дворца, или орды бесов, кишащие в воздухе, или громадный памятник Безумному Колдуну, этот самый город основавшему. Но вообще-то это, наверное, все вместе, ну и ещё одна мелочь — шанс на достойную жизнь. Идеальная Мечта, история-вдохновитель для любого — каждый может в Ородио стать колдуном, если ему хватит смелости, таланта и удачи.

Даже кто-то вроде меня.

А колунам у нас в государстве открыты все пути: ко власти, почету, деньгам, независимости. Понятное дело, за такой шанс любой выходец из подневольных селений сделает, что должно — убьёт, умрёт, украдёт, солжёт, полюбит или вылюбит, кого надобно, демонов вон вызывать примется… Мне повезло ещё, что у меня к магии истинное призвание имеется, иначе гнила бы уже в земле, как ребята, с которыми вместе поступала. Ну, или в препаратной по кусочкам плавала бы, как Хеся: в одной баночке один глаз, в другой — второй, а внизу подпись от кого-то из весельчаков "Она была слегка не собрана". Придурки бесовы…

Иномирному эльфёнышу этого не понять, конечно — куда уж там, если учителя к нему домой приходят, как миленькие! Он наверняка слушает их, покуривая, развалившись в кресле с особенной вальяжностью и баюкая в руках какое-нибудь баснословно дорогое пойло, за стакан которого у нас тут можно было бы жить месяц. Ох, наплачусь я ещё с ним!

— Грядёт Зверь! — взвыл у меня за спиной глас, не побоюсь этого слова, свыше; только и осталось, что поврнуться и задрать голову, созерцая роскошную бороду и умные мелкие глазищи местного предсказателя.

Ходили слухи, что в родственничках у Блаженного Ивы затесались великаны, потому росточком мужик вышел, чего не сказать об уме. Впрочем, милостыню ему подавали исправно: попробуй тут не подай, когда над тобой эдакая гора нависает, тяжеленным посохом помахивает и задвигает речь о конце света! Я, когда впервые Иву увидала, была уверена, что вот для меня свет сейчас точно кончится, раз и навсегда.

— Грядёт Зверь, и сама Тьма будет смотреть на нас Его глазами, оценивая наши деяния! — просвещал меня между тем Ива деловито, — Будет он черён, как ночь, и когтист, и хвостат, и крылат, да коронами Запада и Востока увенчан! Грядет Зверь, и приведёте его на трон этого мира вы, колдуны!

— Эм… Спасибо за информацию, Ива, но…

— О, я могу рассказать больше, намного больше, если ты угостишь чем-нибудь бедного отшельника!

— Прости, — вздыхаю совершенно искренне, — Саму бы кто угостил, дома жрать нечего.

— Ну да, — хмыкнул мужчина в бороду, — Никто не хочет помогать несчастному провидцу! Всегда приходится показывать дубинку, чтобы привить искреннюю веру и доброжелательность пастве. Не знаешь, почему так?

— Не знаю, Ива. Но в моём случае не поможет — у меня, правда, ничего нет.

— Почему сразу ничего? Вон какой у тебя зверь на плече, редкий. Не хочешь…

Рат зарычал — тихонечко так, прочувственно. Наверное, этот звук — последнее, что слышат некоторые особенно неадекватные искатели приключений, заплутавшие в страшных тёмных лесах, развалинах старинных, заросших травой святилищ или особенно кошмарных сновидениях.

Провидец, кажется, рыком впечатлился и тут же отступил на пару шагов, бормоча какие-то молитвы. Дослушивать я не стала, потопала прочь, походя поглаживая животное по боку. Может, не такие уж и дураки они, эти остроухие?

Так или иначе, жратва сама собой из воздуха не материализуется — по крайней мере, не иллюзорная, потому я навострила ноги к Ночному Базару, на ходу запахивая плащ и накидывая морок, чтобы нашей формы видно не было да ограничивающие чары стекали, как вода.

Мимо охраны удалось проскользнуть без проблем, хотя какого-то менее везучего первокурсничка поймали и всячески стращали. Тут ничего нового: нашу братию, пронырливую, базовой магией владеющую да прожорливую, как саранча, здесь предсказуемо не жалуют. Дело известное, в Академию Чернокнижия принимают почти всех, только вот до пятого года обучения никаких стипендий нам не положено: выживайте, как хотите, и попадаться не смейте — так советуют преподаватели на вступительной речи. Имеет смысл, конечно. Как завещал Безумный Колдун, только самый ловкий, гибкий да хитрый может быть достоин магии, и необходимость выживать — только ещё одна проверка, а кто не прошёл, тех не жалко.

Ночной Базар хорош, в первую очередь, тем, что здесь можно купить все: полуночные и полуденные травы, еду, одежду, украшения, зелья, камни, магические услуги, контракты разной степени законности и живых существ. Несложно догадаться, что толпа тут подбирается соответствующая, и затеряться в ней ничего не стоит. Используя несложный отведиглаз, я легко стянула несколько яблок, пару монет и рыбный пирог — неплохой результат. Выскользнув из толпы, потопала домой, довольная, и чуть не пропахала носом землю, когда меня догнал невесть где и когда затерявшийся Рат с корзиной колбасы, висящей на одном из вновь объявившихся хвостов.

— А… — начала я, посмотрела на гордое выражение беличьей морды и кашлянула, — Ладно. Э… Спасибо?

Рат гордо распушил свой роскошный мех и зашагал за мной. Интересно, какими чарами связал его Мер? Похоже, этот бес помогает мне без малейшего приказа, и даже не нужно применять принуждающие печати. Ощущение, будто белка делает это… по своей воле? Да ну, смешно, право слово: какая уж там воля у этих тварей. Но тогда всплывает другой, слегка тухлый вопрос касаемо остроухого: на каком уровне должна быть демонология в его мире, чтобы походя творить такие вот призывы? Мой внутренний совет постановил после недолгих дебатов, что я просто не хочу знать ответ.

— Эй, Денька, — позвали меня негромко, — Задержишься, попьёшь масаку со старым другом?

— Извини, — говорю, — У меня дома… что-нибудь горит.

— Я должен придумать сам?

— Было бы неплохо, — я улыбнулась максимально лучезарно; думаю, при желании Хаба мог рассмотреть все мои зубы на предмет неровностей.

— Ну, тогда пусть будет непогашенный камин.

— Ага. Годится! Ну, я пойду его потушу?