"Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Кондакова Анна - Страница 368

Вообще, стоит оговориться: я, как наивная селянка, зажимающаяся с конюхом на сеновале от доброты душевной, и думать не думала, что могут быть от этого какие-то последствия. Правда, не из-за веры в "авось", "я осторожненько" и "само рассосётся", а просто потому, что не размножаются крылатые в этом мире — так уж вышло. Да и вообще, будучи условно живым перерождением древней богини в человеческом теле, когда Тари — условно не-демоничесуий дух в теле эльфа, глупо было бы рассчитывать на каких-то там котомков и прочие чудеса. Тут, однако, мне все же не стоило сбрасывать со счетов одного моего знакомого любителя кукол-марионеток и его чувство комического, имеющее, не побоюсь этой формулировки, вселенский масштаб. Но это сейчас, задним ходом понятно, а тогда, заскочив к Мастеру в гости с пирогами и пирожными к чаю, я просто рассчитывала получить ответы на некоторые вопросы и — чего греха таить? — хотя бы пару часиков оправданной свободы от безумной канители, закрутившейся после нашей неэпической недобитвы, занесённой с лёгкой руки Легиона в исторические хроники под гордым именованием — Вторая Магическая Революция.

Мне Мастер обрадовался, пирожным и пирогу — ещё больше. Грустно поведал, что у его подопытных кукол-марионеток кризис самоидентификации, в ходе которого их философы активно спорят: могут ли они считаться живыми или все же нет? На фоне этого начали массово обрезать ниточки, чтобы после вручить их друг другу. Некоторые особенно удачные экземпляры пытаются создать механизм, могущий позволить управлять собой силой своего разума, другие выдающиеся куколки стараются захапать как можно больше чужих нитей и сплести собственную марионеточную иерархию — в общем, типичные для любой расы ступенечки развития, которые Мастера, однако, приводили в некоторое уныние.

— Меня называют вашей посланницей, представляете? Меня! — сообщила я ему тогда между делом, вполне искренне ожидая смеха. Старьевщик, однако, посмотрел на меня почти с сочувствием, подлил чаю и с несвойственной ему мягкостью проговорил:

— Ну, как для не-посланницы ты отлично справилась, верно? Я даже решил сделать тебе подарок, почти уверен, тебе понравится, да-да. Правда, благодаря этому ты станешь ключевой фигурой в гибели ещё парочки миров, но не стоит из-за этого волноваться: такие вещи, они вроде уборки в захламленных комнатках — просто неизбежны.

Я чуть не подавилась чаем и посмотрела на будущее без оптимизма. Мастер между тем заторопился, засуетился — у марионеток намечалась первая мировая война между двумя ловкачами, собравшими в своих руках больше всего нитей.

— А как же подарок? — рискнула напомнить уже на пороге, но от меня только небрежно отмахнулись.

— Как и в прошлый раз, у тебя уже есть все, что нужно!

Это меня несколько подуспокоило — подумала, что опять придётся на алтаре помереть, спасти кого-то — в общем, ничего сверхъестественного. Некоторое время спустя, правда, вяснилось, что сюрприз действительно со мной и ещё какой!..

— Мама, пусть он перестанет!

Флегматично осматриваю чердак, переоборудованный в комнату для игр, уделяя особенное внимание трём дремлющим на солнышке котам. Мой младшенький, затесавшийся между Лу и Ло, лениво приоткрывает глаз и смотрит умоляюще. На самом деле, я его понимаю: сыновья у меня — полная противоположность друг другу, и от неуёмной энергии Шама чернокрылый Мер, будучи добрейшей души и тонкой организации ребёнком, постоянно стремится спрятаться, чтобы подремать в тишине, спокойно полетать над степью или что-то намешать в лаборатории. Отсюда и взялась игра в "угадай кота" — разумеется, младшенький унаследовал от папочки способность к магии высших иллюзий, потому старшенький никогда не угадывает, отчего обижается и злится.

Вообще, если разобраться, распределение характеров получилось совершенно абсурдное: Мера считают будущим темномагического искусства, наследником Западного престола и прочая ерунда в таком же ключе. За ним хвостиком ходит Легион, стремясь начертить то там, то здесь три шестёрки и порываясь с гордостью сообщить окружающим, что он знаком с Великим Зверем. Младшенький от этого жутко смущается, заверяет, что предпочитает мини-ипостась, но по мере сил подыгрывает дядюшке, ибо обожает его истории о магии и дальних мирах.

С Шамом другая история: он жутко комплексует из-за белых крыльев, от этого даже истинный облик стесняется принимать, предпочитая доставшееся от наших тел обличье эльфа-полукровки. Младшенький, кстати, тоже старается пореже показывать крылья — не хочет брата расстраивать, но помогает мало, если честно. Между тем, к Шаму эпизодически приходят всяческие паломники — это они зря, конечно, характер у старшего не сахарный, и это мягко говоря. Нет, слава Предвечной, не могу сказать, что он жестокий или глупый ребёнок, но зубки у него — будь здоров, во всех смыслах, да и силищи немеряно. Правда, склонен только к магии Живых Материй, но будьте покойны — с её помощью можно наворотить такое, что условному злу и в страшном сне не снилось.

— Так, — говорю, прерывая обиженное сопение, — Полетим со мной в степь?

— Полетим!! — тут же раздался хоровой вопль. В чём они едины, так это в любви к полётам, что успокаивает: пока у них на двоих одно небо, все остальные разногласия проходящи.

Пара мгновений — и мы уже взмываем высоко над разросшимся во все стороны домом, который уже вполне себе дотягивает до замка. Как там говорят в городе, Цитадель Тьмы? Излишне пафосно, конечно, но стильненько — этого не отнять. Вообще, на капитальной перестройке настоял Легион, который как-то совершенно незаметно поселился с нами, подружился с Лоркой, приручил Бонни, самоназвал себя дядюшкой и завёл привычку раскуривать с Тари вонючие сигары по вечерам. Как и когда мы согласились на его соседство, не помнили ни я, ни Аштарити, но в этом свойство нового Наместника — куда угодно пролезет.

Вообще, могу сказать, что счастлива: у меня есть крылья, магия, Тари, с которым мы все же иногда выкраиваем время для совместных полётов, малыши, уютненькое святилище в степи, дом и свобода. Последняя, впочем, всегда была: глупо думать, что её может не быть; другой вопрос — способны ли мы её отыскать внутри себя. Но да это, как говорится, личное решение…

Алиса Чернышова

Зачёт по демонологии, или пшёл из моей пентаграммы

Глава 1

О том, что все и всегда идёт не так

Я сопела, как насморочный ёж и, вывалив язык набок, старательно перерисовывала знаки из ветхого фолианта, то и дело перепроверяя — не приведи Тьма ошибиться! Не то что костей, пепла не соберёшь.

Книга, как водится, была не особо довольна нашим знакомством и все время пыталась отгрызть мне пальцы, бормоча на разные голоса что-то о кровавых жертвоприношениях. А вот и шиш ей! Этот трюк для первогодок, может, и сгодился бы, но нам, дожившим до третьего курса, такое уже не в диковинку — и не таких, знаете ли, видали. Я сама покусать и даже сожрать могу, если надо!

Так, вот тут линию и здесь чёрточку, и полукруг вести осторожно, отмерив ровно треть от предыдущего радиуса… Вот! Идеально! Встаю и ещё раз обхожу исчерченный пол, проверяя, чтобы нигде и ничего не смазалось (хоть наш мел и зачарован от подобной оказии так, что без специального заклятья не сотрёшь, а все одно удостовериться надо: отвлечётся какой остолоп из отдела поставки на чьи-то глаза или что пониже, а незадачливого демонолога потом собирают в коробочку али совочек — как повезёт).

Все идеально. Ну, разве я не хороша? Напевая себе под нос, оглядываю помещение. Ничего не изменилось: стеночки все также паутиной увиты, на полках препараты расставлены, паук Жорж знай себе жвалами щёлкает — белого кролика доедает, чертёж мой на полу мерцает, напитываясь силой. Иду по кругу, рассыпаю полынь, зажигаю свечи-пирамидки, пропитанные маслами мирры, корицы и калган-травы. Придёшь, дух иномирный, как миленький! И я получу-таки свой зачёт. Тогда они все увидят и поймут, что Чумазая Денька чего-то, да стоит!