Выбери любимый жанр

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии
оксана2018-11-27
Вообще, я больше люблю новинки литератур
К книге
Professor2018-11-27
Очень понравилась книга. Рекомендую!
К книге
Vera.Li2016-02-21
Миленько и простенько, без всяких интриг
К книге
ст.ст.2018-05-15
 И что это было?
К книге
Наталья222018-11-27
Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни
К книге

"Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Кондакова Анна - Страница 325


325
Изменить размер шрифта:

— Присмотри за Ребеккой, когда она возродится. Сестра не будет ничего помнить, ничего из того, что совершила. В её памяти останется только то время, когда она жила в приюте, и скорее всего, как попала в больницу Святого Патрика. До момента лоботомии. Мой арест и мою смерть она тоже не вспомнит. Скажешь ей, что её брат жив и скоро придёт.

Хлоя вцепилась в мои плечи.

— Куда ты?.. Рэй, куда ты? Я пойду с тобой!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нет. Ты останешься с Херефордом. Мне надо отнять последнюю Печать, и я сделаю это один. А ты собери патрициев в рыцарском зале дворца.

Я посмотрел на волхва и кивнул ему в знак благодарности. Никто, кроме него, не справился бы с тем, что выпало на его долю. Никто, кроме него, не обладал таким ангельским терпением. Хотя чему тут удивляться. Херефорд никогда не был демоном.

Волхв снял с себя ножны для мечей и подал их мне.

— Иди, мой друг, — сказал он. — Заверши то, что мы начали так давно. Я немного подкорректировал твой план, но, уверен, ты был бы не против.

— Ты великий архитектор, — ответил я.

Затем закинул ножны на спину и закрепил их ремнями на груди. В них беззвучно скользнули мечи.

Больше тратить время я не стал. По усыпанному осколками полу вышел из зала и направился дальше, в самую глубь, в самое сердце обители рода Рингов.

Через минуту в одном из коридоров за спиной послышались тяжёлые шаги. Я не обернулся, уже зная, кто за мной идёт.

В свете настенных лампад заскользили по стенам восемь теней. Восемь могучих волхвов выстроились за мной ровным клином.

Они вернулись.

* * *

Интерлюдия четвёртая. Херефорд

Кабинет освещал только огонь камина.

В белом замке Ронстада в последние дни вообще было мало света. В воздухе пахло войной, и все это чувствовали.

К тому же, Херефорд не хотел, чтобы лицо его гостя кто-то увидел. Слишком приметным был этот гость, слишком опасным. Жестокий авантюрист и давний друг, слишком давний, чтобы сомневаться в его дружбе.

Здесь он называл себя мистером Смитом. Забавно, но с любой его блажью приходилось считаться.

Смит пришёл сюда десять минут назад и сразу признался, что это его последние минуты свободы. Он пришёл, чтобы рассказать о своём плане.

Заодно посоветоваться или помощи попросить — об этом он ещё не сказал.

— Ты понимаешь, что погибнут тысячи людей? — спросил Херефорд. — Тысячи невинных людей.

Друг пожал широкими плечами.

В его глазах не отразилось и доли сострадания к людям. Один из них обрёк его на рабство — какое уж там сострадание?

— Ты понимаешь, что падёт целая эпоха? — задал очередной вопрос Херефорд. — Ринги провозгласят империю, и Ронстаду не будет в ней достойного места.

Смит опять пожал плечами.

Ему было плевать на эпоху, он хотел свободы для себя и своей сестры.

— Хозяин требует, чтобы я забрал три Печати из пяти, — сказал он. — Буйвола у Орриванов из Ронстада, Скорпиона у Сильверов из Фориата, Ворона у Дювалей из Эгвуда.

— А остальные?

— Остальные останутся у своих хозяев. Паук у Рингов, а Лев… Лев тоже останется. Юни-Порт мы разрушим просто для вида. Лев давно не в Юни-Порте, Баумы лишились Печати и тайно отдали её другому роду. Тем, кто назвал себя потомками Царя-алхимика, создавшего перстни.

Херефорд повернулся к камину и покачал головой, вглядевшись в оранжевый огонь кодо, горевший без поленьев.

— Значит, это он и есть? Тот, кому ты служишь? Это Лев?

Смит не ответил на его вопрос.

— Я сделаю всё, как он просит, — продолжил он. — Я отниму Печати, но потом… потом спрячу их в надёжном месте. Этот ублюдок никогда не получит их из моих рук, пусть я буду гореть в аду.

— Смешно от тебя такое слышать. — Херефорд опять посмотрел на Смита.

Тот пытливо прищурился.

(Сейчас о чём-то попросит).

— Когда я спрячу Печати, ты сразу же убьёшь меня.

(Что ж, вот и попросил).

Херефорд вздохнул.

— Убить?

— Да, — твёрдо сказал Смит. — Я доверю тебе свой мортем. Он один и тот же у меня и моей сестры. Ты убьёшь нас обоих. Только так можно спрятаться от Хозяина.

Херефорд вздохнул ещё раз.

— Ты хочешь, чтобы я искал каждое твоё перерождение и раз за разом убивал его? Ты считаешь, это единственный выход? Это не свобода, мой друг. Это бегство. Как долго ты собираешься скрываться? Вечно? Ты обрекаешь меня на вечные поиски и убийства собственного друга. А не приходило ли тебе в голову, что это слишком жестоко с твоей стороны?

Смит сжал кулаки, крупные и исполосованные шрамами.

— Я не вижу другого выхода. Может, ты видишь? Ты старше и мудрее меня.

Херефорд улыбнулся. Да, он был старше и мудрее своего давнего друга, зато не так смел, жесток и решителен. Что ж, каждому своя сторона.

— Я подумаю, чем тебе помочь, — ответил Херефорд. — Ну а пока оставим твой план. Кровавый век всё равно наступит, с тобой или без тебя, дорогой друг, но ты станешь тем, кто его начнёт. Надеюсь, тебе хватит мужества и духа, чтобы выдержать это испытание.

Смит кивнул.

— А что будешь делать ты?

Херефорд снова посмотрел на огонь.

— Пойду на службу к Рингам. Им очень не понравится, что ты спрячешь Печати. Лучше быть ближе к врагу, чтобы знать о его планах. Продам дом. Давно хотел, чтобы из белого замка сделали что-то достойное. Как тебе идея устроить тут школу?

Смит улыбнулся.

— А что? Я бы в ней поучился. — Он посерьёзнел и добавил: — Если что, это была шутка.

Херефорд тоже улыбнулся.

Шутки он любил.

* * *

Двести лет.

Двести лет поисков и убийств. Двести лет службы Рингам.

Бесконечные скитания. Но когда-то они должны прекратиться.

Херефорд смотрел на Рэя Питона, парня из трущоб и овеумного наркомана. Очередное перерождение Смита, ещё не знающего, кто он такой.

Парень был без сознания, лежал на столе под люстрой из синего стекла, в зале Ордена Волка. Херефорд не сказал Рингам, что это и есть тот самый вор Печатей и вечный беглец.

Время правды ещё не пришло.

Сначала нужно перенести Смита в другое тело, чтобы дать ему хотя бы временную свободу от Хозяина, а уж потом сообщить Рингам, кого именно они заполучили.

Очень вовремя подвернулся Теодор — неугодный принц, нелюбимый сын, по которому никто не будет страдать. Зато та участь, что из мести приготовил ему Фердинанд, станет первым шагом к свободе Смита.

И пусть он потеряет память… это не так страшно, как вечные скитания.

Херефорд приготовился к ритуалу.

Он готов был стать для своего друга злейшим врагом, готов был угрожать ему, калечить его, пугать, гнать вперёд, открывать ему тайны и заставлять искать Печати опять и опять, пока они не будут найдены, и пока Смит не доберётся до самой главной из них.

Чудовищный план, но чего не сделаешь ради свободы.

* * *

Херефорд, обессиленный проведением ритуала, сидел в углу комнаты, а тэн Зивард наблюдал, как просыпается Теодор Ринг.

Вернее сказать, тот, кто находился внутри него.

Зивард ударил парня по лицу.

— Рэй! — Ударил ещё раз. — Рэй?.. Можешь шевелиться?

Ничего не понимающий парень моргнул и приподнял руку.

— Отлично. Теперь скажи что-нибудь.

Тот снова моргнул.

— Рэй, скажи что-нибудь, — повысил голос Зивард. Затем посмотрел на Херефорда с недовольным видом: — Он точно готов?

— Думаю, да, — ответил Херефорд. — Это моя лучшая работа. После неё мне придётся полгода восстанавливаться, но это стоило того. Посмотрите, тэн, как он хорош. Вросся в носителя, как будто там и был.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

От усталости Херефорд не выказывал волнения и еле заставлял себя говорить. Он, как никто, понимал, что его план намного более рискованный, чем план самого Смита.

Что из этого выйдет, не знал никто, даже тот, кто его придумал.