"Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Кондакова Анна - Страница 169

— Джон? Вы говорили, что это вас зовут Джон.

Дарт даже не замешкался и продолжил:

— Ну конечно, я так говорил. А как ещё мне говорить, сэр? У нас ведь два Джона Морриса. Джон Первый и Джон Второй. Знаете, у нашего папаши туговато с воображением, зато всё отлично с производством детей… а их в нашей семье так много, что папаша порой забывает, как кого зовут, поэтому сильно не заморачивается с именами, но мы не жалуемся… мы его даже любим. Он отличный мужик, если присмотреться…

— Всё! Захлопни пасть, парень, и выйди из автокэба! — перебили Дарта.

— Но сэ-эр, — взмолился тот, — нас уже заждались. Мы везём хлеб, и если он зачерствеет, папаша мне башку выдернет. Можете поверить…

Его опять перебили, более жёстко и угрожающе:

— Выйди из автокэба и открой двери! Я проверю салон.

— Ладно-ладно, — тут же сдался Дарт. — Проверяйте, нам скрывать нечего. Но если бы вы знали моего папашу, то не орали бы, а всплакнули вместе с нами… всё-всё, сэ-э-эр, я выхожу… погодите… уберите винтовку. Ну что вы, в самом деле? Мы же не преступники… мы всего лишь несчастные… эти самые… хэдширские фермеры.

Услышав название местности, я резко открыл глаза и уставился на Терри, безмолвно спрашивая её: «Мне показалось, или мы действительно в Хэдшире? И какого хрена мы тут делаем?».

Девушка прикусила нижнюю губу.

Я сжал кулаки и снова закрыл глаза, выругавшись про себя раз десять. Ну почему, стоит только потерять сознание, как ты вдруг оказываешься в полном дерьме? Причем, в ещё большем дерьме, чем был до этого?..

В памяти промелькнули неприятные картины: оплавленная брешь в стене Ронстада, дым сражения, горящие глаза Софи, адская боль в ноге, напряжённое лицо Хлои, зловещий смех Питера Соло и его требование отдать Печать…

Чёрт.

Печать.

Я провёл большим пальцем по указательному, проверяя, на месте ли перстень, и меня тут же бросило в холод. Печати на руке не оказалось. Я сглотнул и снова посмотрел на Терри, в попытке хоть что-то разглядеть в её глазах.

На этот раз страха и тревоги на лице девушки я не заметил.

Она смотрела на меня куда более спокойно. Правда, её горячая ладонь всё сильнее давила мне на грудь. И тут мои несчастные мозги вдруг вспомнили, что Терри — ментальная чтица, и через прикосновение способна видеть мысли. Срочно захотелось отодвинуться, чтобы не соприкасаться с ней телами и не поддерживать слишком длительного зрительного контакта, да ещё и на таком близком расстоянии.

Едва себя сдержал.

До этого я не позволял ей до себя дотрагиваться (по крайней мере, когда пребывал в сознании и здравом уме). Сейчас же рука Терри одновременно холодила и жгла мне грудь.

— Не вздумай… — беззвучно сказал я одними губами, сверля Терри взглядом.

Девушка еле заметно качнула головой.

Возможно, моё предупреждение сильно запоздало, и Терри Соло уже успела покопаться в моих мозгах вдоль и поперёк, потому что именно сейчас я не почувствовал, чтобы чтица пыталась применить ко мне приём Фильтрации и хоть как-то залезть в мои мысли.

Что ещё необычнее, Терри Соло не пристрелила меня и не сдала родственникам на растерзание, а ведь с её братом Питером я особо не церемонился, как бы она ни умоляла. Моя рука до сих пор хранила холод рукояти того револьвера, из которого я всадил три пули в живот этого говнюка. Вряд ли Питер после такого выжил. А вот мне, похоже, повезло чуточку больше.

Послышался щелчок открываемой двери в салоне автокэба, и бодрый голос Дарта оповестил совсем близко:

— Ну во-от! Хлеб, зерно, брат и сёстры… больше ничего лишнего, сэр. Вон в том углу можете ещё пошарить… там, где хлеб. А вот тут, между сиденьями, лежат мешки с зерном. Ничего криминального. Запасаемся потихоньку.

— Мистер Моррис, — сказали ему, — я хочу, чтобы ваш… э… папаша передал другим фермерам, что поддержка повстанческих отрядов карается не просто тюремным сроком. Ясно? Вы ведь знаете, какая обстановка в Хэдшире? Ваша фамилия не значится в чёрных списках, поэтому я пропускаю ваш автокэб вместе с хлебом, братьями и сёстрами. Но в дальнейшем потрудитесь брать с собой документы. Итак, напомните адрес вашей фермы, мистер Моррис.

— Э-э… ну как его там… — Дарт замялся.

Но тут раздался женский голос:

— Восточные поля, сразу за деревушкой Суон-Рок. Наверняка, вы знаете, где река Суон? Участок триста тридцать семь, ферма называется «Пашня Моррисов». Там ещё такой красный столб перед большими деревянными воротами. И виден загон для лошадей.

Я не сразу узнал этот голос.

Он принадлежал Джозефин Ордо.

Значит, она всё-таки жива.

— Погодите, я проверю по реестру и по карте, — ответили ей. После недолгой паузы и шуршанья бумаг, мужчина добавил: — Да, вижу. Пашня Моррисов, триста тридцать седьмой участок восточнее Суон-Рок. Что ж… братья и сёстры. Ваш папаша, и правда, постарался на славу, народив таких премилых и работящих детишек.

— Спасибо, сэр! — отозвался Дарт. — Мы обязательно передадим ему ваши слова.

Снова послышался щелчок, только уже закрываемой двери салона.

Терри долго и шумно выдохнула, обдав моё лицо горячим дыханием. Мы посмотрели друг другу в глаза, и только сейчас, чуть расслабившись, я почувствовал, насколько сильно затекла моя шея. Всё это время я лежал, повернув голову направо.

Прошла ещё минута.

Потом громко хлопнула дверь, и автокэб, качнувшись, тронулся с места.

— Вот же повезло! — с облегчением сказал Дарт. Его голос снова стал далёким и приглушённым. — А я уж думал, что всё, приехали… Джо, откуда ты знаешь, где эта «Пашня Моррисов»?

— Мы с Генри когда-то жили рядом с Моррисами, — ответила Джо.

В отличие от Дарта радости в её голосе ощущалось немного. Точнее, её не было совсем.

— Эй, Терри! Можешь вылезать! — громко сказал Дарт. — Рэй всё равно бревном валяется, так что могла бы его собой и не прикрывать. Но, уверен, ему бы понравилось, будь он в сознании.

Терри одарила меня странным взглядом, после чего наконец убрала ладонь с моей груди и отбросила покрывало.

В салоне автокэба стоял полумрак, и кроме Терри, никто не заметил, что я пришёл в себя.

Не поднимая головы, я медленно огляделся.

Оказывается, меня спрятали прямо в ногах у пассажиров, на полу между сиденьями, обложив мешками.

Первым я увидел Хиннигана.

Не похожий на себя — притихший и обречённый — он сидел справа от меня, невидящим взором уставившись в окно, за которым царила ночь.

На парне были потрёпанные сапоги, рабочие брюки на подтяжках и видавшая виды рубашка. Он даже причесался иначе, будто специально взъерошив чёлку. От его былой интеллигентности не осталось и следа. Только очки на носу сидели по-прежнему.

Я перевёл взгляд налево.

На другом сиденье о чём-то перешёптывались Хлоя и Джо. Со скромными причёсками, одетые почти в одинаковые серые платья с глухими воротниками и длинными юбками, они напоминали гимназисток из учебных заведений Лэнсома, но никак не адептов из боевой школы Ронстада.

— Рэй очнулся, — оповестила всех Терри и неуклюже от меня отодвинулась, пересев на мешок с зерном.

Она была одета в точно такое же серое целомудренное платье, как и остальные девушки.

Хинниган, Хлоя и Джо разом уставились на меня, будто не веря, что сказанное может быть правдой.

— Рэй! — ахнула и заулыбалась Хлоя, ринулась ко мне, но Джо остановила её, ухватив за плечо и заставляя сесть обратно.

— Пока не доедем, сиди спокойно. Никуда он от тебя не денется. — Джо тоже мне улыбнулась, но куда более сдержанно. — Привет, Рэй. Как ты?

В её голосе чувствовались напряжение и недоверие.

— Куда мы едем? Что происходит? — вместо приветствия спросил я.

— Уже почти приехали, — ответила Джо.

— Куда?

— Как это — куда? Мы в южных колониях, в Хэдшире, вчера пересекли границу, — сказала Джо. — Едем уже четвёртый день. В основном по ночам, а днём пережидаем. Дарт перехитрил отца, и мы смогли покинуть Ронстад до того, как адепты выставили кордоны у стен. С собой мы взяли провизию, одежду, деньги и кое-какое оружие. Спрятали это всё в мешках с зерном, которое купили по дороге, и изобразили семью фермеров. Сделали всё, как ты сказал.