Война в сарае (СИ) - Антонов Михаил Алексеевич - Страница 8

Глава 4

4

Мой грузовой корабль, «Грифон», с широко распахнутой аппарелью медленно пятился назад, заглатывая в свою ненасытную утробу ценную добычу. Целью были относительно целые истребители и торпедоносцы, застывшие неподалёку от дредноута «Империи Зудо». Весь процесс напоминал игру хищной рыбы, заглатывающей обездвиженных жертв.

Тёма вёл «Грифон» с точностью соответствующей машинному разуму, стараясь совместить грузовой отсек с очередным «соколом». Раздался лёгкий стук о борт — и повреждённый истребитель, скользнув по силовому полю, влетел внутрь. Едва он пересекал «порог», как стайка ремонтных дройдов набрасывалась на него. Их манипуляторы с тихим шипением подхватывали груз, моментально оценивая целостность, и быстро оттаскивали вглубь трюма, освобождая место для следующего «клиента».

Внутренности «Грифона» оглашались оглушительным металлическим скрежетом, настойчивым гудением моторов и нервным мерцанием аварийных ламп. Дройды, словно усердные муравьи, уже на месте начинали первичный анализ и фиксацию повреждений.

Но возможности моего грузовика были не безграничны. После того как в его трюме оказались аккуратно зафиксированы пять истребителей, место закончилось. Однако на этом я не остановился. Четыре более громоздких торпедоносца, не поместившихся внутрь, были надёжно захвачены буксировочными тросами. И снова, небольшим караваном — грузовик и его «трофеи» — мы направились к гигантскому силуэту «Громового Кулака».

Влетев в ангарный отсек линкора, я осторожно опустил корабли на палубу. Как только четыре торпедоносца коснулись настила, их тут же оттащили к дальней переборке. Затем штатные буксиры линкора вкатились внутрь «Грифона», подцепили и вывезли все пять истребителей. Они выстроили их рядом с торпедоносцами — эти трофеи не требовали срочного внимания. Их поставили в ровный ряд, пометив в очереди на «не срочное восстановление».

Последующие четыре дня превратились в размеренный, почти медитативный труд. «Грифон» методично курсировал между титаническим корпусом дредноута «Зудо» и могучим «Громовым Кулаком», словно трудолюбивая пчела, собирающая нектар с гигантского металлического поля.

Ритм был выверен до автоматизма. Утро уходило на первую ходку: осторожное маневрирование среди зловещих обломков, забор перспективных торпедоносцев и истребителей. День был посвящён разгрузке на ангарной палубе, где буксиры уже привычно свозили трофеи вглубь ангара. Вечером «Грифон» отправлялся за второй партией, а если везло и не возникало задержек, то мы успевали совершить и третью, заключительную ходку.

Работа была монотонной, но видение того, как ангарная палуба линкора постепенно заполняется будущими боевыми единицами, придавало сил. Каждый новый корпус, занявший своё место в стройных рядах, был маленькой победой.

К концу четвёртого дня на ангарной палубе «Громового Кулака» царило впечатляющее зрелище. Итоги моих «сборов урожая» были следующими. Торпедоносцы: благодаря тому, что за ходку я забирал четыре единицы, а в день совершал в среднем по два с половиной рейса, общее число составило сорок две машины. Истребителей было собрано значительно больше — лёгкие и манёвренные, они помещались и в трюм, и на буксиры в большем количестве. Итоговая цифра составила около восьмидесяти пяти единиц.

В сумме ангар линкора принял сто двадцать семь новых кораблей. Оставалось лишь вдохнуть в них жизнь — задача, которая казалась куда сложнее простого сбора. Сложность заключалась в том, что в наличии оставалось триста десять искинов. Для модернизации остатка флота Псов войны мне требовалось как минимум четыре единицы на каждый корабль — итого восемьдесят восемь штук, и ещё сто двадцать семь искинов на истребители и торпедоносцы. В итоге у меня оставалось всего девяносто пять свободных управляющих модулей.

— Артём, работы по ремонту среднего грузового транспорта «Стриж» завершены.

— Тёма, это замечательно! Значит, мы можем отправляться к планете Фатх: заберём со станции курьера, которого приобрели для Славы, и летим на Землю.

— Не вижу препятствий. Одновременно с этим сообщаю: все нейросети, изъятые из пиратов с двадцати двух кораблей, диагностированы. Работоспособны. И составляют шесть тысяч десять единиц.

— Сколько? Сколько?! Подожди… У нас же и на «Грифоне» более двух тысяч нейросетей. Сколько всего получилось?

— Артём, всего восемь тысяч семьсот сорок две единицы.

— Так… А если по две с половиной тысячи кредитов… Подожди… Да это же почти двадцать два миллиона кредитов! Потенциальных двадцать два миллиона! Да блин, да я на эти деньги… Тьфу, на эти кредиты могу купить серьёзную мобильную верфь и с её помощью такого здесь настроить! Решено — летим на станцию «Демонов Ночи». Мы будем делать бизнес!

Сказано — сделано. Как только все контейнеры с нейросетями на транспортных платформах были погружены на «Грифон», мы стартанули к станции. Никаких проблем с идентификацией не возникло — транспондер нового «Грифона» передал в диспетчерскую службу все необходимые учётные данные. Нам, как и в прошлые разы, передали координаты причала, куда мы направились.

Всё тот же коридор… Вообще-то, не тот же, но очень похожий… привёл меня с транспортными платформами к таможенному терминалу. Всё тот же таможенный сотрудник… А может, и не тот же, но очень на него похожий… проверил декларацию и направил меня — да, вы угадали — в тот самый кабинет, в котором мне когда-то сделали предложение, от которого я не смог отказаться.

И так как я был уже почти постоянным поставщиком станции, мне без лишних слов выдали кристалл, на балансе которого уже было двадцать один миллион восемьсот пятьдесят пять тысяч кредитов.

Дальнейший мой путь лежал к продавцу искинов. Как мне показалось в прошлый раз, мы с Бонаром Лючасом расстались если не друзьями, то уж точно приятелями.

Что интересно, на этот раз продавец заметил меня первым. Мне даже показалось, что он призывно замахал рукой, а затем сам подошёл, излучая неестественное для здешних мест радушие.

— Приветствую вас, Артём! Как я рад снова видеть вас в моём скромном магазине! Как долетели? И что я могу для вас сделать?

—Спасибо, Бонар, всё хорошо. Долетел без приключений. А к вам я, как и в прошлый раз, за искинами.

— О да! Наша прошлая сделка была просто великолепна! Вы, уважаемый Артём, сделали невообразимое — раньше у меня и за год не выходила такая выручка. Ну, а если серьёзно… К сожалению, чем-то весомым я вас порадовать не могу. За это короткое время после вашего визита я, конечно, смог пустить средства в закупку нового товара, но всё же не сумел восполнить достойный объём вычислительных модулей. Мы совместно подберём десяток-другой искинов, но не более.

—Да, негусто. Я рассчитывал на больший объём. Послушайте, уважаемый, а нет ли у вас знакомых, которые могли бы продать мне мобильную судовую верфь?

— Мобильную?.. Если вы дадите мне минуточку, я попробую разузнать.

Я кивнул, давая согласие на ожидание, и неспешным шагом пошёл вдоль стеллажей, заставленных вычислительными модулями. Ряды мерцающих индикаторами кристаллов тянулись вглубь помещения. Ближе ко входу теснились устаревшие модели — потрёпанные корпуса с потускневшими разъёмами, их «мозги» способны были решать лишь базовые задачи. Чем дальше вглубь, тем интереснее становился товар. Вот поблёскивали матовым титаном компактные «искины» для истребителей — шустрые и надёжные, с молниеносной реакцией. В отдельных, опечатанных стеллажах покоились настоящие жемчужины: редкие высокоэффективные модели то что мне было нужно. Их корпуса были испещрены портами для глубокого апгрейда, а процессорные решётки светились изнутри ровным, холодным светом, обещая нечеловеческую скорость расчётов.