Ковыряла (СИ) - Иевлев Павел Сергеевич - Страница 60

Тот, извиняясь, пожал плечами, встал, они отошли в сторону. Разговаривали тихо, но потом Шкворень вскричал, не удержавшись:

— Сколько? — и посмотрел на меня.

Мне стало неуютно.

— Да, Ковыряла, — сказал клановый, вернувшись за столик. — Чего-то реально ценное у той корпы попёрли. Креоновы мудя, как жаль, что не мы! Короче, дро, за тебя объявили награду. Аж полкило. Правда, только за живого, за дохлого всего сотню.

— Мне кабзда, — сказал я уверенно. — Полная и окончательная кабзда.

Глава 23

Семейные ценности

За полкило токов меня будут искать все. Вот реально все. Это много. Для низов и полста токов — невиданный капитал. Даже Горень, я уверен, не выдержал бы, ему токи в общак постоянно нужны. Можно забиться в нору, сидеть у Никлая и не высовываться, но это тупик. Я даже не уверен, что я туда дойду. Механ вон меня опознал, и у него нет ни единой причины не заработать.

— Мне кабзда… — повторил я потерянно.

— Пагодь, — сказал Шкворень, — ща према спрошу. У него к тебе что-то было.

В баре меня корпа не тронет, тут территория клановых, и даже если Механ меня уже слил, то выдать прямо отсюда не по понятиям. Но стоит выйти за дверь…

— Прем пишет, — отвлёкся от комма клановый, — чтобы мы тебя везли к нему. Там как раз тот странный дро, Скриптор, приехал.

— Это который с книгами?

— Ага, он самый. Ты вроде перетереть с ним хотел?

— Ну да, была такая идея. Но сейчас неактуально, есть проблемы поважнее…

— Не сцы. Мы тебя не сдадим. Нам техн нужнее токов.

«Особенно такой, которому деваться некуда», — подумал я. Но ничего не сказал, потому что и правда, некуда.

— Ты сейчас иди наверх, я тебе номер оплачу на сегодня, не надо тут таблом светить на всю Средку. Ближе к ночи придёт машина, сдёрнешь на ней в Пустошь.

Номер достался тот же, в котором мы один раз уже ночевали с Козей. Может быть, он тут вообще один такой люксовый. Клановые, как я понял, к бытовому комфорту не привыкли.

Написал Козе, чтобы они с Никлаем меня не ждали, отбываю, мол, в кланы. Ветер в волосах, песок в трусах и прочая романтика. Не то, чего я хотел от жизни, но вот так уж сложилось. Лучше в пустоши, чем в утилизатор.

Весь вечер тупо сидел и пырился в рекламу, стараясь ни о чём не думать, а когда стемнело и на Средке зажглись огни, в дверь постучали. Я думал, это Шкворень пришёл сказать, что пора ехать, но оказалось, что это Козя. И не побоялась же одна гулять!

— Я еду с тобой! — заявила она таким тоном, что я сразу понял, что отговаривать бесполезно. Только оглушить и связать.

— Нафига?

— Хочу поспрашивать о маме. Никлай сказал, что она долго жила в Пустошах, вернулась оттуда беременная, кто-то может что-то знать.

— Пятнадцать лет прошло, — напомнил я. — И ты не знаешь, в каком она была клане. Они не все между собой общаются, некоторые терпеть друг друга не могут, а то и воюют даже. Вероятность что-то узнать небольшая.

— Я хочу попробовать!

— Ну… Почему бы и нет. Не получится — клановые тебя без проблем отвезут обратно. Всё равно чуть не каждый день кто-то в город мотается. Надо спросить у Шкворня, не будут ли они против, если ты…

— Не будут, — перебила девчонка, — я спросила уже. Они удивились, что спрашиваю, я ведь из клана теперь.

— Точно, — сообразил я. — У тебя же айдишка от клана Чёрных Песков! Ты им реально своя. Они скорее меня не повезут, чем тебя.

— То-то же! — торжествующе посмотрела на меня Козя. — Могу у тебя разрешения и не спрашивать! Это мой клан тебя приглашает!

— Уела, — согласился я. — Порвала просто. Ну, давай, унижай, доминируй…

— Не обижайся, Тиган, я не всерьёз. Одна бы не поехала, а раз ты едешь, то и я с тобой.

В лагерь клана Чёрных Песков мы приехали под утро, только-только стало светать. Зевая и ёжась от утренней прохлады, отправились в модуль, который нам указала сестра према, Дербана.

— Будет пока ваш, — сказала она небрежно, — потом разберёмся.

Мы не стали спорить и завалились досыпать, потому что в машине поспать толком не получилось, трясло сильно. Проснулись ближе к обеду, умылись. Вода течёт еле-еле, душ принять сложно, а о такой роскоши, как ванна, знают, наверное, только те клановые, что на Средке в люксе над баром останавливаются. Придётся мне ко всему этому привыкать. Учиться ездить на моте, чинить машины, ориентироваться в пустошах, жить без сети и видеостен, мотаться на Окраину разбирать железо, забыть про школу и Средку, забить на планы учиться дальше.

Ожидая, пока Козя выйдет из санблока, смотрю в пыльное, почти матовое снаружи от многолетней обработки песком окно. Пустоши до горизонта. В одну сторону виден вдали смутными чёрточками башен город. В другую — только рыжеватая голая земля с редкими жёсткими кустиками. Даже на низах пейзаж повеселее. Там, конечно, мусор, грязь и небо Средкой загорожено, но хоть неон горит. Тут неона нет, ночью туман подсвечивается луной, шуршит по стенам ветер с песком. Сложно мне тут будет с непривычки.

— Пойдём пожрём? — предложила Козя, вытирая волосы.

— Пошли, — согласился я.

В модуле-столовке на этот раз людно. Татуированная тётка на раздаче наваливает в миски тот самый «картофан». Я взял, потому что к этому тоже надо привыкать. Оказалось, что, если не задумываться, что он в говне растёт, то ничего, съедобно. Нажористо. Миска картофана, стакан компота, проваливай. Хочешь чего-то ещё — садись на мот, вали на Средку, покупай за токи. Если ты, конечно, настоящий клановый, а не приблудный незнамо кто.

— Здаров, Ковыряла, — хлопнул меня по плечу стальной рукой прем, подсаживаясь. — Лопай-лопай, мелкая! Тебе расти надо! — это Козе.

— Слышал про твои напряги с корпой.

Про проблемы с безами я клановым, разумеется, не сказал. Не стоит проверять границы моей востребованности.

— Не сцы, молодой, тут они тебя не достанут. Средки ты, конечно, надолго лишился, но и без неё люди живут. У нас тут многие её и не видели вовсе. Ничего себе, полкило токов за тебя дают! Да не дёргайся, не сдадим. Не по понятиям. Говоришь, что-то ценное у них со склада спёрли?

— Мне так предъявили. Решили, что я спелся со смотрящим и вас навёл. Типа всё подстроено, налёт не настоящий, а прикрытие.

— Скорее всего, — пожал широкими плечами Дербан, — что-то в этом роде и было. Небось их смотрящий товар налево слил, а ребята наши оказались просто удачным отмазом. Ну да что уж теперь. Пожрали? Тогда пошли, познакомлю со Скриптором. Ты же хотел с ним перетереть?

— Типа того, да.

— Ближе к вечеру соберёт народ и вещать будет, ну а пока один сидит, как раз можешь поспрашивать всяко.

Машина у Скриптора большая, внедорожный фургон на зубастых колёсах, похоже, что он в ней и живёт.

— Привет, прем, — поприветствовал он Дербана.

— Вот, молодь к тебе, — представил он нас с Козей. — Чот спросить хотели. Насчёт книжек вроде, или типа того. Если не в напряг, побазарь.

— Когда молодёжь интересуется книжками, — сказал Скриптор, глядя на нас с интересом, — это радует.

Мужчина неопределённо-средних лет, по виду не рендовавшийся (во всяком случае, на виду имплов нет), но крепкий, хорошо сложенный, с чёрными густыми волосами, карими глазами и неожиданно тёмной, почти как у Кози, кожей.

— Поднимайтесь в фургон, — сказал он. — Чего на улице торчать. Хотите синтокофе?