Архитектор Душ VI (СИ) - Вольт Александр - Страница 24

Я отскочил назад, разрывая дистанцию и вставая в стойку.

Грабитель развернулся ко мне лицом. Грязная куртка, глубокий капюшон, скрывающий глаза, и оскаленный рот с желтыми зубами. В руке он сжимал самодельную заточку — кусок напильника, заточенный до бритвенной остроты, с обмоткой из изоленты вместо рукояти.

— Ты еще кто такой, фрайер? — прохрипел он, перекидывая нож из руки в руку. — Жить надоело? Вали отсюда, пока кишки не выпустил!

— Я тебе предлагаю уйти отсюда подобру-поздорову, пока полиция не приехала. Марать о тебя руки у меня нет ни малейшего желания. И с зубочисткой своей аккуратнее будь, ненароком поранишься.

— Я тебе щас гланды вырежу, умник! — взревел он и бросился в атаку.

Удар был примитивным — прямой выпад в живот. Классика подворотни.

Я не стал блокировать, просто сделал шаг в сторону, пропуская лезвие мимо себя, и одновременно хлестнул тростью по его запястью.

ХРЯСЬ!

Дерево встретилось с костью. Звук был сухим и неприятным.

Грабитель взвыл, но нож не выронил — изолента на рукояти, видимо, прилипла к потной ладони.

Он крутанулся, пытаясь достать меня снизу, целясь в пах.

Я отбил его руку концом трости как рапирой и тут же нанес колющий удар в солнечное сплетение.

Кончик трости врезался в мягкие ткани.

Грабитель согнулся пополам, хватая ртом воздух.

— Это за даму, — прокомментировал я.

Он попытался выпрямиться, замахиваясь для нового удара, уже беспорядочного, отчаянного.

Я перехватил трость за тонкую часть как дубинку.

Шаг вперед. Уклонение. Замах.

Тяжелый серебряный набалдашник с глухим стуком встретился с его виском.

Грабитель рухнул на пол как мешок с картошкой. Заточка с лязгом отлетела в сторону, проскользив по паркету.

В зале повисла тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием поверженного врага и тихой музыкой Вивальди, который продолжал играть как ни в чем не бывало.

Я выпрямился, поправил манжеты рубашки и одернул пиджак. Плечо ныло, но ничего критичного.

— Звоните в полицию, — бросил я женщине, которая так и стояла за стойкой, прижав руки ко рту. Голос мой звучал спокойно, даже буднично. — И скорую заодно. У него, скорее всего, сотрясение и трещина в лучевой кости.

Я подошел к лежащему телу и носком ботинка отшвырнул нож подальше.

— Манеры — лицо мужчины, — произнес я, глядя на бессознательного ублюдка. — Слышал про такое?

Женщина наконец отмерла. Она дрожащими руками схватила телефонную трубку.

— Д-да… Сейчас… Спасибо вам… Вы… вы спасли меня!

— Пустяки, — отмахнулся я, опираясь на трость. — Просто удачно зашел за костюмом. Кстати, я его беру. И трость тоже. Кажется, мы с ней сработались.

Я посмотрел на серебряного льва. На морде зверя не было ни царапины, только едва заметный след от удара.

Хорошая вещь. Надежная.

— Вызывайте урядников, сударыня, — повторил я. — А я пока покараулю, чтобы наш спящий красавец не решил сбежать до приезда полиции.

Я опустился в глубокое кожаное кресло для клиентов, положил трость на колени и приготовился ждать. Магии нет? Не беда. Старый добрый удар по голове работает не хуже любого фаербола.

Глава 11

Дождаться патрульных оказалось делом недолгим. Патрульные вошли в ателье с той же неспешной уверенностью, с какой я зашел сюда полчаса назад. Двое крепких ребят в форме, один с планшетом, а другой уже на ходу доставал наручники.

— Что тут у нас? — спросил старший, окинув взглядом распростертое тело грабителя.

— Попытка ограбления с применением холодного оружия, — ответил я, не вставая с кресла. — Вооруженное нападение на сотрудника и покупателя.

Я указал концом трости на валяющийся в стороне нож-заточку.

— Орудие вон там.

Младший урядник, не теряя времени, защелкнул браслеты на запястьях у нападавшего. Тот даже не шелохнулся, только глухо застонал, оставаясь без сознания.

Старший подошел ко мне.

— Ваше имя, сударь? Что случилось?

— Граф Виктор Андреевич Громов, — представился я, доставая из кармана документы. — Я примерял костюм, когда этот гражданин решил пополнить свой бюджет за счет заведения. Угрожал кассиру ножом. Пришлось вмешаться.

Полицейский изучил мое удостоверение, бросил взгляд на женщину за стойкой, которая энергично закивала, подтверждая мои слова.

— Все так, господин урядник! Если бы не Виктор Андреевич… Он… он просто спас меня!

Патрульный вернул мне документы, уважительно козырнув.

— Благодарю за содействие, Виктор Андреевич. Гражданский долг и все такое. Но, — он замялся, — протокол есть протокол. Нам нужно будет взять с вас показания.

— Конечно, — кивнул я. — Записывайте.

Я продиктовал свой номер телефона и коротко, по-деловому описал ситуацию: угроза жизни, самооборона, нейтрализация противника подручными средствами.

— Хорошо, — сказал патрульный, заканчивая запись. — Если возникнут дополнительные вопросы, мы с вами свяжемся.

Младший тем временем уже взвалил грабителя на плечо как мешок с картошкой.

— Тяжелый, зараза, — пробурчал он. — Вроде доходяга, а кости тяжелые.

— Это грехи тянут, — философски заметил я.

Патрульные усмехнулись и потащили неудачливого налетчика к выходу.

— Еще раз спасибо, Виктор Андреевич, — сказал старший урядник на прощание. — Хорошего вам дня.

Дверь за ними закрылась, и в ателье снова воцарилась тишина, разбавляемая лишь Вивальди, который, казалось, играл вечно.

Продавщица, проводив полицию взглядом, повернулась ко мне. Ее лицо все еще было бледным, но в глазах светилась искренняя благодарность.

— Виктор Андреевич… — начала она, прижимая руки к груди. — Я даже не знаю, как вас благодарить. Вы так… так быстро все сделали! Я думала, он меня убьет.

— Не стоит благодарности, — мягко прервал я ее, поднимаясь с кресла. — Я сделал то, что должен был сделать любой адекватный мужчина в такой ситуации. Не оставлять же даму в беде.

Я подошел к стойке и положил на нее выбранный костюм и трость.

— Давайте лучше займемся делом. Заверните мне это, пожалуйста.

Женщина замерла, глядя на меня широко раскрытыми глазами.

— Но… Виктор Андреевич! — воскликнула она. — Какая оплата? После того, что вы сделали? Это подарок от нашего ателье! Владелец, когда узнает, сам будет настаивать!

Я покачал головой.

— Нет, сударыня. Мне очень приятно ваше предложение, но я вынужден отказаться. Вещи стоят денег, а труд портных должен быть оплачен. Я не привык получать подарки за то, что просто поступил правильно.

Я достал карту и положил ее на терминал.

— Посчитайте, пожалуйста, костюм и трость.

Она попыталась возразить еще раз, но, наткнувшись на мой твердый взгляд, сдалась.

— Как скажете… — прошептала она и дрожащими пальцами пробила чек. — Но скидку я вам все равно сделаю. Максимальную, как для VIP-клиента. Иначе меня совесть замучает.

На это я возражать не стал. Скидка — это приятно, да и спорить с женщиной, которая только что пережила стресс и хотела ответить добром на добро, смысла нет.

Я забрал пакеты с фирменным логотипом «Імператорский Портной». Трость я решил не упаковывать — она мне уже пригодилась и, возможно, еще пригодится.

— До свидания, — улыбнулся я ей на прощание. — И берегите себя. Наймите охрану в конце концов.

— Обязательно, Виктор Андреевич! До свидания!

Выйдя на улицу, я полной грудью вдохнул сырой московский воздух. Дождь почти прекратился, оставив после себя лужи, в которых отражались огни витрин и фар проезжающих машин.

Я сел в «Имперор», бросил пакеты на пассажирское сиденье и положил трость рядом. Руки слегка подрагивали — отходняк после всплеска адреналина. Но внутри разливалось странное чувство облегчения.

Словно я сбросил какой-то невидимый груз. Может, это была та самая «напряженность», которую я носил в себе последние дни. Охота на Волкова, ментальные поединки, интриги… Все это давило, выжимало соки. А здесь — простая, понятная драка. Плохой парень, хороший парень, удар в челюсть. Чистая победа. Не могу сказать, что это принесло мне удовольствие, но облегчение точно.