Космический инженер 2 (СИ) - Берс Виктор - Страница 90

Глава 32. Дар

Локация: неизвестный священный мир раката

Время: 3 ДБЯ, середина года

Когда корабль Алекса вышел из гиперпространства, первое, что бросилось в глаза, была сама планета. Даже из космоса было видно, что это не естественный мир. Континенты имели слишком правильные очертания — словно кто-то гигантской рукой перекроил поверхность планеты, создавая идеальную геометрию для своих целей. Но теперь эти континенты зеленели — древние мегаполисы поглотила растительность, превратив некогда величественный мир межзвездной империи в зеленый ковер джунглей.

— Когда-то это был экуменополис… вот так природа берет своё., — тихо сказала Верена, склонившись над приборной панелью.

Алекс молча изучал показания сканеров. Атмосфера была пригодна для дыхания, гравитация близка к стандартной, но энергетические показания показывали лишь слабые всплески — остатки некогда могущественной технологической цивилизации. Как призраки прошлого, эти сигналы мерцали на экранах, напоминая о былом величии.

— Больше Двадцати пяти тысяч лет, — пробормотал он, всматриваясь в зеленые просторы под ними. — Целая эпоха прошла с момента падения их империи.

Планета выглядела обманчиво мирной. Голубые океаны отражали свет местной звезды, белые облака неспешно дрейфовали над континентами. Но Алекс знал истину — под этой идиллической картиной скрывались руины цивилизации, которая когда-то управляла галактикой.

— Садимся возле того комплекса, — указал он на структуры, едва различимые сквозь зеленый покров. Геометрически правильные линии проглядывали сквозь растительность, выдавая искусственное происхождение.

Посадочная площадка заросла мхом и лишайниками. Когда они вышли из корабля, Алекс почувствовал под ногами твердость металла. Несмотря на тысячелетия, покрытие все еще держалось, лишь местами проеденное коррозией. Материал показывал удивительные характеристики прочности — древние строители знали свое дело.

Воздух был влажным и тяжелым, насыщенным ароматами тропической растительности. Где-то в зарослях кричали птицы — потомки фауны, некогда украшавшей сады имперской столицы. Теперь они были единственными хозяевами этого мира.

Перед ними простирались руины столицы Бесконечной Империи.

Зрелище было одновременно величественным и трагичным. Джунгли поглотили город, но не смогли полностью скрыть его грандиозность. Башни, некогда уходившие в небо, теперь служили опорой для гигантских деревьев. Их стволы, толщиной в несколько метров, обвивали древние конструкции, словно пытаясь задушить последние следы цивилизации. Лианы свисали с разрушенных арок, создавая зеленые занавесы там, где когда-то проходили имперские процессии.

Корни прорастали сквозь фундаменты, медленно, но неумолимо разрушая то, что не смогли сокрушить войны и время. По бывшим проспектам, где когда-то вероятно двигался транспорт, теперь бродили стада каких-то зверей — потомки завезенных когда-то животных, одичавшие и приспособившиеся к новой жизни.

Алекс остановился у подножия одной из башен. Половина ее обрушилась, оставив зияющую рану в небе, но оставшаяся часть все еще тянулась ввысь, обвитая плющом. Листья создавали живую мозаику на мертвом камне, зеленое на сером. В трещинах стен гнездились птицы, их щебет эхом отражался от древних стен. У основания башни он заметил нору какого-то крупного хищника — темное отверстие, уходящее в глубину фундамента.

— Двадцать пять тысяч лет, — повторил он, касаясь рукой стены. Камень был теплым от солнца, покрытым мягким мхом. — И природа почти победила.

R4-K9 издал серию тревожных сигналов, указывая манипулятором на движение в зарослях. Листья зашуршали, ветки затрещали под чьими-то шагами. Из кустов выглянуло существо, и Алекс направил в ту сторону штурмовое ружье.

Это был ракат, но какой жалкий! Там, где их предки создавали технологические чудеса, способные уничтожать звезды, перед ним стояло примитивное создание в шкурах, с каменным копьем в руках. Кожа была покрыта шрамами и татуировками, глаза мутные от постоянного страха. Существо дрожало, словно ожидая удара.

Оно закричало что-то, падая на колени… Наречие было непонятным. Это был не бэйсик и не язык раката.

Из зарослей появились другие — целое племя деградировавших потомков некогда великой расы. Они окружили пришельцев, но держались на почтительном расстоянии, явно напуганные видом технологии. Их взгляды метались между кораблем и его экипажем, полные суеверного ужаса.

Алекс попытался говорить с ними, используя фрагменты древнего языка раката, которые изучил по артефактам. Но быстро понял бесполезность попыток. Эти существа не помнили ничего о своем прошлом. Автоматический переводчик пытался распознать их язык, получалось плохо. Для них руины были "домами богов", технологии — "злыми духами". Они боялись даже приближаться к древним устройствам, предпочитая жить в примитивных хижинах на окраинах мертвого города.

Вождь говорил что-то про то, что это Священная земля и они будут наказаны, но Алекс понимал, что дикий раката вряд ли сможет его наказать.

Ему стало это надоедать. Он пальнул из штурмового ружья в воздух.

Раката разбежались, оставив их наедине с мертвым городом и его тайнами.

Следующие два года превратились в методичную археологическую работу. Каждое утро Алекс просыпался с первыми лучами солнца, пробивавшимися сквозь полог джунглей. Воздух был прохладным и влажным, полным звуков просыпающегося леса. Птицы пели в кронах деревьев, где-то вдали ревели крупные животные, начинающие дневную охоту.

Он систематически исследовал руины, ища функционирующие терминалы среди обломков великой цивилизации. Это была кропотливая работа — большинство зданий превратились в груды камня, поросшие растительностью. Ему пришлось активировать нескольких боевых дроидов, что хранились у него на корабле, которые помогали ему. Приходилось расчищать завалы, отдирать корни от стен, осторожно извлекать древние устройства из объятий джунглей.

Большинство систем давно умерло. Энергетические элементы исчерпались, кристаллические матрицы растрескались от времени, металлические компоненты превратились в ржавую пыль. Но кое-где еще теплились слабые энергетические сигналы — как последние угольки костра, который горел тысячелетиями. Это было в каких-то важных узлах города, которые были защищены энергетическими экранами. Алекс поражался запасу прочности изделий древних.

Верена помогала ему, работая с не меньшим энтузиазмом. Она оказалась удивительно способной ученицей, быстро освоив основы археологической методики.

— Смотри, — сказала она однажды, осторожно очищая древний барельеф от грязи. — Здесь изображены раката, но они выглядят… странно.

Алекс подошел посмотреть. На барельефе были вырезаны фигуры раката, но их позы казались неестественными — слишком одинаковыми, слишком синхронными. Словно это были не индивидуальности, а копии одного существа.

R4-K9 между тем сканировал руины, составляя трехмерную карту древнего города. Его сенсоры улавливали энергетические аномалии, скрытые под слоями растительности и времени. Дроид стал незаменимым помощником в поисках — его датчики видели то, что не могли заметить органические чувства.

Первый прорыв произошел в здании, которое когда-то могло быть управляющим центром. Оно располагалось на возвышенности в центре города, и его массивные стены лучше сопротивлялись натиску времени. Фасад украшали колонны, обвитые лианами, а широкие ступени заросли мхом.

Внутри здание оказалось лабиринтом коридоров и залов. Потолки частично обрушились, пропуская солнечный свет, который создавал причудливую игру света и тени.

Под слоем мха и лишайников, в одном из внутренних помещений, Алекс обнаружил терминал, чье кристаллическое сердце еще слабо пульсировало голубоватым светом. Устройство было встроено в стену, его поверхность покрывали сложные узоры из проводящих линий.