Эволюционер из трущоб. Том 16 (СИ) - Панарин Антон - Страница 18

— По рукам, мальчишка. Но у меня есть одно условие, — он вздёрнул подбородок вверх, пытаясь вернуть себе хоть какое-то подобие достоинства. — Ты больше не приблизишься к моей дочери. Держись от Венеры подальше, она никогда не будет с таким отребьем, как ты.

Я расплылся в широкой довольной улыбке, повернулся к Венере, которая всё ещё стояла в углу. А после подошёл к ней и обнял за талию, притянув к себе. Я почувствовал, как она вздрогнула от неожиданности, но не оттолкнула меня, а, наоборот, прижалась сильнее, уткнувшись лицом мне в грудь.

— В просьбе отказано, — произнёс я, поворачиваясь к Водопьянову. — Мы с Венерой сами решим, как нам жить дальше. Вас это не касается, уважаемый тесть.

— Тесть⁈ — Водопьянов так широко распахнул глаза, что казалось, они вот-вот вылезут из орбит, а его рот несколько раз открылся и закрылся, как у выброшенной на берег рыбы. — Какого чёрта ты… мы же только что… ты не можешь…

— Если мы переживём вторжение нежити, — перебил я его, — то я женюсь на вашей дочери. Она удивительная девушка, умная, сильная, красивая. Именно такая женщина мне нужна.

Я посмотрел на Венеру, которая смотрела на меня снизу вверх с выражением абсолютного шока на заплаканном лице. Её губы дрожали, глаза блестели от слёз. Я приподнял её подбородок пальцами, заставляя смотреть мне прямо в глаза, и произнёс как можно серьёзнее:

— Венера Игнатьевна Водопьянова, вы выйдете за меня замуж?

Повисла звенящая тишина, такая, что было слышно, как из разбитого носа Водопьянова на ковёр капает кровь. Венера замерла, не моргая, её дыхание участилось, щёки покраснели, несмотря на бледность, вызванную пережитым стрессом. Затем она медленно произнесла…

Глава 8

Повисла театральная пауза, которая явно затянулась. Венера хотела что-то сказать, но дыхание перехватило от переизбытка чувств. Вместо слов она обвила руками мою шею, привстала на цыпочки и поцеловала.

— Будем считать, что ты согласна, — улыбнулся я.

В этот момент Водопьянов прохрипел сквозь зубы с таким отвращением в голосе, что меня аж передёрнуло:

— Выйти замуж за это отребье? За ублюдка, погрузившего Империю в хаос? Воистину, боги ненавидят меня. Подобного я и в страшном сне не мог представить.

Я оторвался от Венеры, повернулся к нему и усмехнулся:

— Вам я и не предлагал выйти за меня замуж, так что успокойтесь, папаша. Своей жизнью вы уже распорядились, а значит, отойдите в сторону и не мешайте молодым строить новое светлое будущее, — я задумался на мгновение и тут же добавил. — Отставить! Никуда не уходить. Поступаете в распоряжение Шереметева и отправляетесь на охрану Беренгова пролива.

Я окинул взглядом будущего тестя и понял, что он выглядит весьма скверно. Вздохнув, я мягко заговорил, глядя на Венеру.

— Проследи, пожалуйста, чтобы этот лысый ворчливый старикан отправился к лекарям и залечил раны. У него от силы неделя на восстановление.

— Х…хорошо, любимый, — кивнула Венера и снова меня поцеловала.

Прекрасно. Вокруг хаос, разрушения, смерть и гибель мира приближается к нам на полном ходу, а Мишаэль Владыка Каши решил жениться. Впрочем, чего ещё ждать от того, кто и в аду сможет найти спокойное местечко, способное подарить пару счастливых мгновений?

Константин Игоревич Архаров тяжело дышал, опираясь руками на колени и пытаясь восстановить дыхание после чудовищной трансформации. С его рук и плеч клочьями сыпалась шерсть, кожа под ней была красной и воспалённой, словно обожжённая изнутри, мышцы дёргались в непроизвольных спазмах. По лицу ручьями стекал пот.

Вокруг на площади валялись тысячи трупов Имперских гвардейцев, а ещё бойцов рода Архаровых. Кровь залила булыжники, образовав целые лужи, в которых отражалось пасмурное небо. Запах смерти витал в воздухе, вызывая желание зажать нос и больше не дышать. Кругом горе и разрушения.

— Сбылась мечта идиота… — прошептал Архаров осматрвиаясь по сторонам.

К нему подошёл Леший, высокий худощавый парень лет двадцати с копной рыжих волос, торчащих во все стороны. Его глаза лучились весельем, несмотря на окружающую бойню. Он протянул Константину Игоревичу руку, помогая ему подняться в полный рост.

— Ну что, папаша? — весело спросил Леший, хлопая Константина Игоревича по спине, от чего во все стороны полетели крупные клоки шерсти. — Отведал фрицевской плоти? Я видел, как ты грызанул его. Прямо как капусту хрустнул! Неплохо для старого хрена.

Константин Игоревич поднял взгляд на Лешего. Его губы медленно растянулись в улыбке, больше похожей на оскал хищника. Затем его рука метнулась вперёд и схватила рыжего парня за правое ухо, вывернув его под таким невообразимым углом, что казалось, ещё чуть-чуть, и оно просто оторвётся. Леший взвизгнул от боли, его глаза расширились, руки метнулись к уху в попытке освободиться, но хватка Архарова была железной.

— Кого ты назвал папашей, а? — грозно прорычал Константин Игоревич, ещё сильнее выворачивая ухо и заставляя Лешего пританцовывать на месте от боли. — Дерзкий щенок. Я тебе не папаша и не старый хрен, я Константин Игоревич Архаров, глава рода и отец двоих трёх абсолютов. Так что следи за языком, когда разговариваешь со мной, сопляк.

— Ой-ой-ой! Больно же, старик! — завизжал Леший, продолжая пританцовывать и хватаясь за вывернутое ухо. — Отпусти, отпусти, я пошутил! Падла! Оторвёшь же ухо!

— Падла? — возмутился Константин Игоревич, хотя в его голосе уже слышались нотки сдерживаемого смеха. — Сейчас я научу тебя уважать старших.

Леший не стал ждать, пока его научат. Он воробей стреляный, знает, как старшие кулаками да пинками вбивают в голову молодняка знания. Поэтому его рука метнулась за спину и выхватила дробовик, который он носил на ремне. В следующее мгновение ствол упёрся в подбородок Архарова. Глаза Лешего угрожающе вспыхнули ярким светом, а улыбка стала хищной:

— Старый хрен, я не посмотрю, что ты отец Мишки, — процедил Леший сквозь зубы, продолжая прижимать дробовик к подбородку Константина Игоревича. — Сейчас шмальну и снесу тебе полморды. Будешь потом объяснять внукам, почему у дедушки осталась всего одна челюсть.

Повисла театральная пауза, настолько напряжённая, что казалось, будто воздух вокруг сгустился и застыл. Бойцы Архаровых, находившиеся поблизости и наблюдавшие за этой сценой, замерли, не смея дышать, их руки инстинктивно потянулись к оружию, готовые вмешаться, если ситуация выйдет из-под контроля. Серый, стоявший в пяти метрах от них, резко подался вперёд и заорал во всю глотку:

— Лёха, ты чё творишь⁈ Опусти ствол, полудурок!

Но в следующую секунду атмосфера резко переменилась. Константин Игоревич и Леший одновременно расхохотались. Их смех эхом разнёсся по всей площади, заставив остальных бойцов недоумённо переглянуться. Архахов отпустил ухо Лешего и хлопнул его по плечу с такой силой, что парень пошатнулся. Леший убрал дробовик за спину и, продолжив ржать, хлопнул Архарова по груди в ответ.

— Дерзкий говнюк, — довольно произнёс Константин, продолжая улыбаться и разглядывая Лешего с нескрываемым одобрением. — А ты мне нравишься. Лишь единицы отваживались вести себя так в моём присутствии. Это значит, что ты либо смелый, либо слабоумный. Кто твои родители, парень? Должно быть, отважные люди, раз вырастили такого дерзкого сукиного сына.

Улыбка мгновенно сползла с лица Лешего, его глаза потускнели. Он сглотнул, поджал губы и едва слышно пробормотал:

— Беспризорник я. Родителей не знаю, вырос на улице. Воровал, попрошайничал. Короче, нет славной истории, которой я мог бы поделиться, — со стыдом в голосе произнёс он.

Константин Игоревич нахмурился, его лицо стало серьёзным. Архаров положил тяжёлую ладонь ему на плечо и рокочущим голосом произнёс:

— Значит, беспризорник? — задумчиво протянул Константин Игоревич, оценивающе оглядывая Лешего с головы до ног. — Несмотря на это, ты вырос достойным человеком, смелым бойцом и верным товарищем. По крайней мере, мой сын не стал бы дружить абы с кем.