Эволюционер из трущоб. Том 16 (СИ) - Панарин Антон - Страница 10

Маргарита Львовна обнаружила, что стоит на твёрдом полу, придерживаемая высоким мужчиной в тёмном плаще с капюшоном, из-под которого виднелись острые шипы, торчащие из кожи. Ежов смотрел на неё своими тёмными глазами с нескрываемым беспокойством, всё ещё поддерживая старушку под руку, чтобы та не упала от шока.

— Вы в порядке, Маргарита Львовна? — участливо поинтересовался он, помогая ей выпрямиться и отпуская только когда убедился, что она твёрдо стоит на ногах.

Маргарита Львовна тяжело дышала, прижимая руку к груди и пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Ноги дрожали, в глазах всё ещё стояла картинка стремительно приближающейся мостовой. Она огляделась вокруг и поняла, что находится снова на третьем этаже дворца, в том самом коридоре, где только что убила сестру, только теперь здесь было гораздо больше разрушений от взрыва, который выбросил её в окно.

— Ну спасибо вам, шипастый кавалер, — выдохнула она, всё ещё держась за грудь и пытаясь отдышаться. — Я спешила на встречу с мостовой, но благодаря вам опоздала на неё.

Ежов улыбнулся и смущённо кашлянул, отводя взгляд в сторону. Он почесал затылок под капюшоном, отчего шипы на его голове тихо зашелестели, касаясь друг друга. На его лице появился лёгкий румянец, что выглядело довольно комично, учитывая его грозный внешний вид.

— Да ерунда это всё, — пробормотал он, явно не привыкший к благодарностям. — Как я мог не спасти столь прелестную даму? Тем более, что вы бабушка главы рода.

Маргарита Львовна слабо улыбнулась, выпрямляясь, отряхивая с платья пыль и осколки стекла. Порезы на коже от выбитого окна саднили, но это была ерунда по сравнению с тем, что она пережила за последний час. Она подошла к разбитому окну, осторожно выглянула наружу и посмотрела вниз, на парадный вход во дворец.

И замерла, вглядываясь в две фигуры, которые медленно, с трудом выходили из массивных дверей дворца, поддерживая друг друга и оставляя за собой кровавые следы. Даже с третьего этажа она узнала их мгновенно, узнала бы среди тысячи людей, потому что это были её внуки. Михаил и Артём. Израненные, истекающие кровью, еле держащиеся на ногах, но живые.

Её сердце ёкнуло от облегчения настолько сильного, что на глаза навернулись слёзы. Она зажала рот ладонью, пытаясь сдержать рыдания, которые подступили к горлу. Они справились. Её мальчики справились с Императором, с чудовищем, которое терроризировало Империю десятилетиями.

— Хотите, я перенесу вас к внукам? — мягко предложил Ежов, подойдя к ней и также выглядывая в окно. — Думаю, они будут рады узнать, что вы живы и здоровы.

Маргарита Львовна помотала головой, вытирая слёзы тыльной стороной ладони и стараясь взять себя в руки. Она глубоко вдохнула, выдохнула, повторила это ещё раз, успокаивая расшалившиеся нервы и приводя мысли в порядок.

— Не сейчас, — твёрдо ответила она, отходя от окна и оборачиваясь к Ежову. — Сперва мне нужно, чтобы вы кое-что сделали.

Она прошла по коридору к тому месту, где лежало тело её сестры, остановилась рядом с ним. Посмотрела на искажённое мёртвое лицо Розы Львовны с её вывернутой под неестественным углом шеей. Никаких эмоций не всколыхнулось в душе при виде трупа, только холодное удовлетворение от свершившейся мести.

— Заберите эту тварь, — холодно приказала Маргарита Львовна, указывая на труп сестры. — Отправь её куда-нибудь подальше. Труп не должны обнаружить. Можете даже скормить её разломным тварям.

Ежов молча кивнул, не задавая лишних вопросов и не пытаясь выяснять подробности того, что произошло между сёстрами. Он подошёл к трупу, присел на корточки и прикоснулся к холодному лбу Розы Львовны своей покрытой шипами рукой. В воздухе снова сверкнула синяя вспышка, окутала тело с головы до ног, а после труп просто исчез, растворился в воздухе, не оставив после себя даже пятна крови на полу.

— Готово, — коротко доложил Ежов, поднимаясь на ноги и отряхивая руки. — Отправил её во временной карман. Через пару минут тело вашей сестры истлеет, не оставив от себя и следа.

— Отлично, — кивнула Маргарита Львовна, снова подошла к разбитому окну и выглянула наружу, проверяя, что происходит с внуками.

Михаил и Артём уже отошли от дворца и медленно брели по площади в сторону фонтана, который стоял посреди неё. Артём вдруг споткнулся и начал падать, но Михаил подхватил его, обнял за плечи и помог восстановить равновесие. Они о чём-то говорили, судя по движению губ, но с третьего этажа было не слышно, что именно.

— А теперь подождите десять минут, — распорядилась Маргарита Львовна, не отрываясь от окна и продолжая следить за внуками. — Мне нужно прихорошиться перед встречей с внуками.

Ежов снова кивнул, отступил на пару шагов и прислонился к стене, скрестив руки на груди и терпеливо ожидая. Она достала зеркальце и устало провела рукой по волосам. Император мёртв. Роза мертва. Империя наконец-то свободна от тирана и его марионеток. Игорёк отомщён. Её муж, убитый по приказу Императора много лет назад, может наконец-то спокойно покоиться в могиле.

«Мы справились, любимый», — мысленно прошептала она, глядя в небо. «Твой сын оказался не такой бестолочью, как я думала. Сумел воспитать внука, которым бы ты гордился».

Маргарита Львовна свернула за угол. Миновала несколько дверей, прошла мимо тел убитых гвардейцев, лежавших в лужах собственной крови. И наконец остановилась перед массивной дубовой дверью, украшенной золотой инкрустацией и гербом Императорской семьи. Покои Розы Львовны, матери покойного Императора, предательницы и убийцы.

«Интересно посмотреть, как жила эта тварь», — подумала Маргарита Львовна, толкая дверь и входя внутрь.

Комната оказалась просторной, роскошно обставленной, с огромной кроватью под балдахином, резными шкафами из красного дерева, мягкими коврами и хрустальными люстрами, свисающими с потолка. Стены увешаны картинами, зеркалами в позолоченных рамах, а на столике у окна стояли десятки флаконов с духами, баночки с кремами и прочая женская косметика.

Но взгляд Маргариты Львовны остановился на другом. На стене напротив кровати висела целая галерея фотографий в рамках, изображающих Розу Львовну в разные периоды её жизни. Вот она молодая, красивая, с длинными чёрными волосами и сияющей улыбкой, стоит рядом с ней, Маргаритой Львовной, обе в белых летних платьях на фоне родового поместья.

Вот она чуть постарше, держит на руках младенца, будущего Императора, и смотрит на него с такой нежностью в глазах, что сердце сжимается. Вот она уже в зрелом возрасте, в тёмно-синем платье, стоит рядом с сыном, который уже вырос и возвышается над ней, его рука лежит на её плече.

Маргарита Львовна подошла ближе, разглядывая фотографии одну за другой, и в груди разгорелась холодная злость, смешанная с горечью. Когда-то они были близки, две сестры, которые делили друг с другом всё: смеялись вместе, плакали вместе, строили планы на будущее. А потом Роза предала. Предала ради власти. Родила от Императора сына, превратив его в тирана и чудовище.

— Надеюсь, ты встретишься со своим сыном в аду, — прошипела Маргарита Львовна, отворачиваясь от фотографий и направляясь к огромному шкафу в углу комнаты.

Она распахнула створки и принялась рыться в одежде, перебирая платья, блузки, юбки. Большинство было тёмно-синего цвета, любимого цвета Розы, некоторые чёрные, несколько красных. Маргарита Львовна выбрала тёмно-синее платье из плотного бархата, такое же, как было на Розе, когда она её задушила, только чистое, не залитое кровью и не испорченное.

Она стянула с себя окровавленное рваное платье, отбросила его в угол и натянула платье сестры. Оно сидело почти идеально, они всегда были примерно одного размера, разве что Роза была чуть полнее в последние годы. Маргарита Львовна подошла к туалетному столику, села перед зеркалом и принялась изучать своё отражение.

Лицо было избито, в ссадинах, порезах от осколков стекла, губа рассечена, под глазом наливался фиолетовый синяк. Волосы растрепались, седые пряди торчали во все стороны. Она выглядела как старая драная кошка после уличной драки, а нужно было выглядеть как Роза Львовна, степенная, ухоженная, аристократичная.