Эволюционер из трущоб. Том 15 (СИ) - Панарин Антон - Страница 48

Игнат Борисович даже не притормозил. Он мчался со скоростью абсолюта, оставляя за собой треснувший асфальт. Он перепрыгнул через забор, словно того и не существовало, а после рванул к набережной и прыгнул с высокого берега прямо в тёмные воды Амура.

Вода взметнулась вверх фонтаном в добрых десять метров высотой. Волна прошла по реке, переворачивая прибрежные лодки и обливая с ног до головы тех, кто имел несчастье находиться на набережной. Кто-то завопил, кто-то начал браниться на чём свет стоит, но всё это утонуло в рёве бурного потока воды.

Водопьянов вынырнул на поверхность, по привычке встряхнул головой, будто на ней были мокрые волосы, а не идеальная лысина. Он вскинул руки над головой, словно дирижёр перед оркестром. Потянулся к мане, и та откликнулась с готовностью, вливаясь в заклинание, формируя мощный поток воды.

Река ожила. Вода поднялась пятнадцатиметровой волной. Водопьянов стоял на её гребне, раскинув руки в стороны. Волна понеслась вперёд с рёвом и грохотом, который был слышен на весь город.

— Архаров, щенок! — заорал Водопьянов так громко, что его голос эхом разнёсся над рекой. — Я иду за тобой, мразь! Готовься сдохнуть!

По берегу реки, параллельно несущейся волне, мчалась фигура в сером плаще. Вильгельм фон Вольф бежал со скоростью, которую даже многие абсолюты не могли поддерживать долго. Однорукий, но это не мешало ему двигаться так, словно он был соткан из ветра и ярости.

— Не торопись так, Игнат! — крикнул он Водопьянову весело, почти с азартом в голосе. — Я тоже хочу снести пару голов этим архаровским выродкам! Оставь мне хоть кого-нибудь, не жадничай!

— Попробуй догони, калека! — рассмеялся Водопьянов в ответ, явно наслаждаясь моментом.

— Калека⁈ — Вольф хищно усмехнулся. — Сейчас покажу тебе, кто тут калека!

Он ускорился ещё больше, превратившись в серое размытое пятно. Земля под ногами дымилась там, где он касался её.

Позади нёсся Валерий Трубецкой, едва поспевая за обезумевшей парочкой.

— Подождите меня, господа! — крикнул он с ехидной усмешкой.

Позади всех троих бежал, набирая скорость, князь Шереметев. Разряды молний окутали его тело, заставляя мышцы двигаться быстрее, наполняя их невиданной силой. Земля дрожала под его ногами, будто каждый шаг был раскатом грома.

Четверо абсолютов Империи неслись к северной части города, где уже бушевала битва. Архаровцы захватывали кварталы, убивали Имперцев, продвигались к центру. Но теперь в бой вступали абсолюты. Настоящие монстры.

Водопьянов стоял на гребне волны, смотрел вперёд. Видел взрывы, огонь, всполохи магии, освещающие ночное небо северной части города.

— Венера, — прошептал он тихо, так, что никто не услышал сквозь рёв воды. — Ты права, я чудовище. И сегодня я утону в крови твоего возлюбленного.

Волна неслась всё быстрее, приближая Водопьянова к столь желанной мести.

Я стоял посреди поля боя. Руки по локоть в крови, своей, чужой, уже не разобрать. Всё смешалось в липкую красную массу, которая высыхала на коже, неприятно стягивая её. Вокруг бушевал настоящий ад.

Выстрелы разрывали ночь без остановки. Пули свистели мимо ушей с характерным звуком, от которого инстинктивно хотелось пригнуться. Взрывы сотрясали землю под ногами так, что приходилось удерживать равновесие. Здания рушились с грохотом, превращаясь в груды кирпича и деревянных балок.

Крики боли, ярости, отчаяния смешивались в один сплошной гул, от которого закладывало уши и хотелось заткнуть их чем угодно. Как будто на земле разверзся ад, и я слышу вопли грешников.

Вонь дыма разъедала лёгкие. Запах пролитой крови, кишок и испражнений, неизменные спутники любой битвы, заливал всё вокруг так, что хотелось блевать. Тела валялись повсюду, как сломанные куклы. Имперцы в красных мундирах. Архаровцы в чёрной форме. Искорёженная техника стоит тут и там. Вспоротые борта танков, обломки грузовиков и броневиков. Все перемешались в этой мясорубке.

Я оглядел поле боя, активируя Всевидящее Око. Сквозь здания я рассмотрел Егора Егорыча. Он командовал наступлением дивизии на правом фланге. Старый вояка выделялся из общей массы бойцов яркими всполохами маны, то и дело выплёскиваемых из его тела. А команды он орал так громко, что я слышал его хриплый голос даже отсюда:

— Первый взвод, подавляющий огонь по окнам третьего этажа! Второй взвод, подавить Имперских ублюдков на перекрёстке! Магистры, мать вашу! Разнесите уже наконец чёртову артиллерию, работающую по нам! Живее, чёрт вас побери, пока нас не перестреляли как куропаток!

Слева Барбоскин вёл свою дивизию в лобовую атаку по широкой улице. Старлей нёсся впереди всех, как и полагается командиру. Солдаты следовали за ним волной, сметая всё на своём пути. Рубили, кололи, жгли магией без передышки. Только это и помогало сдерживать орды Имперцев, прущих из всех щелей.

Я видел каждый источник маны вокруг, сотни тысяч мерцающих огоньков, словно светлячки в летней ночи. Но среди ярких синеватых огоньков выделялись четыре ярких языка пламени. Они приближались с чудовищной скоростью. Четыре источника маны, затмевающих все остальные своей мощью. Сердце ёкнуло в груди. Адреналин хлынул в кровь, обостряя чувства до предела.

— Абсолюты здесь! — заорал я во весь голос, попутно передавая информацию по ментальной связи командирам. — всем приготови…

Договорить я не успел. Земля задрожала под ногами так сильно, что я едва удержал равновесие. Гул нарастал стремительно, превращаясь в оглушительный рёв, от которого закладывало уши. Откуда-то доносился звук, похожий на приближающийся поезд или обвал горной лавины. В пролёте между зданий показался Барбоскин.

Воды Амура поднялись внезапно, взметнувшись вверх гигантской стеной. Волна высотой с пятиэтажный дом, шириной в несколько сотен метров неслась прямо к нам. Масса воды, которая весила тысячи тонн, навалилась на левый фланг наших войск. Туда, где был Барбоскин со своим батальоном.

Волна накрыла их с чудовищной, нечеловеческой силой. Тонны воды обрушились на людей, как молот на наковальню. Я видел всё это словно в замедленной съёмке, хотя всё произошло за считанные секунды.

Барбоскин в последний момент повернул голову в мою сторону. Наши взгляды встретились и последнее, что я увидел, это как старлей поднял руку к виску, отдавая честь. На его лице не было и тени страха. Он уже принял свою судьбу.

— Барбоскин! — закричал я отчаянно, протягивая руку вперёд, словно мог выдернуть его из бурного потока.

Волна смяла старлея, как бумажную куклу. Его тело исчезло в водяном потоке, словно его никогда и не было. А ещё поток смыл тысячи человек, и не только с нашей стороны. Все эти люди просто перестали существовать, будто их стёрли ластиком с листа бумаги.

Волна понеслась дальше, не теряя скорости. Ударила в стоящие вдоль улицы здания, с грохотом обрушив их. Стены не выдержали напора, треснули и развалились. Дома складывались, как карточные домики один за другим.

Потом волна начала отступать, возвращаясь в реку. Стекала по улицам мощными потоками, унося с собой тела, обломки разрушенных зданий. Вода окрасилась в мутно-красный цвет от крови.

На левом фланге не осталось никого… Никого, кроме огромного ледяного купола, который быстро рассыпался, показав мне от силы тысячу бойцов, которых спас мой дядя Артур. А вокруг горстки выживших — обломки зданий. Искорёженная техника. Трупы, застрявшие между камнями или прибитые к стенам уцелевших строений. Однако, Барбоскина среди выживших не было…

Река забрала его навсегда, унесла в свои холодные объятия. На гребне последней, отступающей волны стоял мужчина. Средний рост, крепкое сложение. Лицо искажено яростью, столь сильной, что казалось, он готов разорвать весь мир голыми руками. Водопьянов Игнат Борисович. Один из сильнейших воинов Империи. Отец Венеры.

Он спрыгнул с волны на мостовую. Вода стекала с его одежды ручьями, образуя лужу вокруг ног. Меч в его руке блестел, окутанный струями воды, извивающимися словно змеи вокруг лезвия.