Сбежать из Академии (СИ) - Хабарова Леока - Страница 6

Однако едва удалось протиснуться к нужному окошку, я поняла: тащиться стоило.

Антон успел получить свои баулы и из одного чемодана извлёк…

— Это что же? — Я подошла ближе, не веря глазам. — Котёнок?

— Ну, точно не чапаевец с пулемётом, — хмыкнул новобранец и почесал серополосатого зверя за ухом. Зверь заурчал.

— В Петрозаводске подобрал, — пояснил Антон, — мы там почти два часа простояли. А эта любопытная морда… — Антон кивнул на мурчащий комочек и хмыкнул. — Подобрался к платформе да на рельсы ухнулся. Пришлось спасать.

— Ясно, — кивнула я. Когда-то давно, до знакомства с первым Которектором, я тоже любила кошек. Ну, обычных таких. Домашних. Тех, которые не носят шляпы и пальто, ничего не согласовывают, не дают распоряжений и не приезжают с проверками в самый неожиданный момент. — А зачем ты его в чемодан запихнул?

— Так ведь нельзя с котами, — пожал плечами Антон и вскинул чемодан к моему носу. — Смотри, я дырки штопором просверлил. Для циркуляции воздуха.

— Впечатляет, — сказала я, ухватила физика за запястье и развернулась к выходу. — А теперь бежим!

— Куда? — наличие кота и кипы баулов превратили резвого новобранца в неповоротливого увальня. Антон пытался половчее перехватить ношу, но ничего не выходило: сумки валились из рук, а котёнок, ошалело мяукая, высвободился, взобрался физику на голову и зафиксировал своё шаткое положение при помощи крохотных, но вполне себе острых коготков. — А-а-й! Ёшкин кот!

— Дорогу! Дорогу! — кричала я. Мчаться через толпу, таща на буксире парня с котом на башке — дело изначально не самое простое, а тут ещё как назло про повязочный режим вспомнили. Ироды!

— Внимание! Внимание! — прогнусавила диспетчер. — В связи с повышенной демонической активностью и с целью предотвращения распространения одержимости, просим всех надеть повязки на глаза! Ёмкости со святой водой для самоокропления находятся у терминалов! Будьте бдительны и соблюдайте благословенную дистанцию!

О какой дистанции могла идти речь в такой толчее — оставалось загадкой. А вот за отсутствие повязки могли нехило штрафануть. Хорошо, что помимо собственной, я всегда имела с собой запас. Так, чисто на всякий случай. Штук десять, не больше.

— На! — протянула Антону узкий отрез плотной чёрной материи. — Повязывай!

— Ты что? Издеваешься?

— Повязывай, говорю, или оштрафуют! — движением подбородка я указала в сторону патрульных.

Физик застопорился.

— Да они сами в повязках… — пробормотал, сморщив лоб. — Как они нас увидят-то?

Я закрыла глаза и шумно выдохнула.

— Это Запределье. Здесь, чтобы кого-то оштрафовать, глаза не нужны — нужен только повод!

Я, Антон и все, кто находился в здании вокзала, натянули повязки на глаза. Перед тем, как лишить себя зрения, я запомнила, что выход — строго на севере, и если идти к нему по прямой, потребуется обогнуть бродячий ларёк и поющий фонтан.

— Пошли, — скомандовала я, схватила кое-как приспособившего повязку прямо поверх очков физика за руку и уверенным шагом двинулась туда, куда вело чутьё.

На ларёк мы наткнулись через двадцать шагов. Волшебная избушка деликатно предложила приобрести сканворды и беспроигрышный лотерейный билет, мы так же деликатно отказались и продолжили путь. Фонтан громко выводил: «То-о-олько-о-о рюмка водки на столе-е-е-е», и Антон тормознул, видимо заслушавшись.

— Обалдеть! — сказал физик. — Это взаправду фонтан поёт? Интересно, что за технология…

— Сам ты технология, — обиженно ответил фонтан и обдал нас струёй ледяной воды.

Стоит ли говорить, что когда мы, наконец, выбрались к парковке, время неумолимо приближалось к точке невозврата. Однако самое худшее ожидало впереди…

Глава 7

Опозданием мы наказаны [1]

— Нет, — отрезал Тигорь Юрьевич, которого все звали просто Юрич, и сложил на груди мощные волосатые руки-лапы. Полосатый хвост его нервно подёргивался. — Не дозволено. Вы опоздали на три с половиной минуты. Корпус закрыт. Приходите завтра.

— Ну, Тигорь Юрьевич, миленький, ну очень вас прошу! — взмолилась я, в большей степени обеспокоенная провалом поставленной задачи, нежели благополучием нового сотрудника. — Это же наш новый метафизик! Ему и идти-то некуда, и кота кормить нечем, и…

— Я сказал — НЕТ! — грубо оборвал меня суровый комендант и повёл мохнатым ухом. — Опоздунам у нас не место!

— Но… — начала я, однако меня снова перебили. На этот раз — Антон.

— Послушайте, любезный, — обратился новобранец к Юричу. Даже если физик испугался тигроподобного облика сурового коменданта, то виду не подал. Молодец! — Наше опоздание — результат форсмажора.

— Да ну? — прорычал комендант и, набычившись, упёр руки в бока.

— Ну да! — ответствовал Антон и принялся объяснять: — Нам пришлось лететь на ступах за котом в чемодане.

Взгляд коменданта опасно потемнел.

— Знаю, это звучит немного странно, но тем не менее…

— Скажите, вы — идиот?

Антон явно обалдел от вопроса. Однако Юрич задал его таким тоном, что вместо бурных возмущений физик, проморгавшись, серьёзно ответствовал:

— Нет.

— А справка у вас есть?

— К-какая справка? — запинаясь, выдавил Антон. — Что я не идиот?

Полосатый хвост коменданта вспушился, а шерсть на загривке встала дыбом.

Плохой знак!

— Справка о заселении.

— Вот! — встряла я, шагнув наперерез. — Всё в этой папке. Смотрите: копии, справки, распоряжения и даже прививочный сертификат. Всё здесь.

— Хм-м-м… — Юрич задумчиво потёр подбородок, перебирая бумажки. — А экспресс тест на одержимость где?

Я была готова к такому повороту.

— Согласно постановлению Которектора номер триста тридцать семь от пятнадцатого мая, сертификат о прививках освобождает от обязательства делать тест на одержимость, — сказала я и извлекла из заветной папки копию подтверждающего документа.

Тигорь Юрьевич похоже, только этого и ждал. Он усмехнулся в усы, вытащил из кармана сложенную вчетверо бумажонку и, вручив мне, изрёк:

— Согласно постановлению триста тридцать семь дробь один штрих плюс, от теста на одержимость освобождаются исключительно штатные сотрудники.

— Он штатный! — возопила я, закипая. — Арахнида Тарантуловна оформила его сегодня! Вот копия копии подтверждения о зачислении в штат!

— Да, — комендант изобразил улыбку чеширского кота, — но сертификат, освобождающий от теста, получен за сутки до зачисления гражданина Громова в штат. Так что, всего доброго! — гад развёл руки и выпучил глаза. — Приходите завтра.

Кошмар кошмарский! Похоже, усатый-полосатый меня переиграл и уничтожил. Что же делать? Звонить Мегере? Она-то всё разрулит, вопросов нет: одно её слово, и Антона вселят. Но… При этом я останусь виноватой по самые уши. Возникшая проблема официально станет моим косяком, очередным поводом попрекать, оскорблять и обвинять в некомпетентности.

Нет уж!

Я решила разыграть последний козырь.

— Мы не уйдём, — сказала так твёрдо, что Юрич даже ухмыляться перестал. — В соответствии с нормативом две тысячи сто девять штрих плюс-плюс один двенадцать, любой штатный сотрудник, обладающий жилплощадью в Корпоративном Комплексе, имеет право раз в пять с половиной лет приглашать гостя. И я этой привилегией ни разу не пользовалась. Так что Антон Сергеевич сегодня останется у меня. Причём, на вполне себе законных основаниях!

Антон, казалось, удивился не меньше коменданта.

— А это… удобно? — спросил он, и колючие щёки тронул лёгкий румянец.

— Вполне, — ответила я, бросив на Юрича победный взгляд. — Бери кота. Пошли домой.

Моя квартира находилась на самом верху и, по сути, представляла собой переоборудованный чердак, что в условиях волшебного мира само по себе чревато: безлунными ночами частенько скрипели половицы, раздавался лязг, звон, храп и даже хрюканье. Я привыкла. Ведь это всего лишь Петрович — местный полтергейст-пенсионер. Чердак с незапамятных времён считался его надёжным убежищем. Петрович не умел говорить, только выл да постанывал иногда. А жаль: я бы с радостью послушала, кто он, откуда, и как его угораздило оказаться на чердаке нашей Каки.