Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Хилл Сьюзен "Susan Hil" - Страница 502

Глава 30

Нож? Пистолет? Или все-таки наручники?

Она склонялась к тому, чтобы надеть глушитель на пистолет «Хэклер & Кох» и быстро покончить со всем этим ужасом. Все заумные, по возможности бескровные планы ее так называемых «шефов» до сих пор заканчивались провалами, но чего еще ожидать от «кабинетных» преступников, решивших поиграть в Джеймса Бонда?

Это дети. Фанаты-компьютерщики, а не мужчины, что заметно по ужасным никам, которые они взяли. Фиш и Спук; какое ребячество.

В отличие от этих ботаников она все-таки научилась стрелять, еще в детстве, когда отец брал ее с собой на охоту. Конечно, она не была лучшим стрелком, но попадала в оленя с трехсот метров, и уж это вряд ли станет для нее проблемой.

Тем более что автомобиль сейчас стоял, и ей всего лишь нужно было отодвинуть окно в сторону.

Бах. Бах.

Два выстрела, прямо в затылок. Все случится так быстро, что оба лишь удивятся, когда что-то брызнет на лобовое стекло с внутренней стороны, и тут же умрут, не успев узнать в беловатом веществе собственный мозг.

Они, как говорится, и глазом моргнуть не успеют.

Ни придурок за рулем, ни его братец.

Что за дилетанты.

Ну кто угоняет автофургон, даже не заглянув в кузов.

Глава 31

— Вот это лежало на приборной панели, — сказал Космо и передал мне коричневатый скоросшиватель формата А4, примерно в палец толщиной; на картонной обложке, сделанной из вторичного сырья, стояло мое имя. Напечатанное наискосок на лазерном принтере, заглавными буквами.

Я открыл скоросшиватель и уставился на собственное лицо.

Фотографию, очевидно, сделали вчера, тайно, вероятно, из этой машины. Я стою перед начальной школой после разговора с фрау Яспер и директоршей и придерживаю Йоле дверцу «жука», чтобы она смогла перелезть назад через откинутую спинку пассажирского сиденья.

— Как давно эти свиньи шпионят за мной? — спросил я.

— Давно.

Снова этот свирепый взгляд, словно я лично чем-то навредил Космо.

— Да что с тобой?

— Сейчас сам поймешь.

Я пролистал дальше и нашел еще одну свою фотографию, уже из лучших времен, когда я не выглядел таким измученным и истощенным. И все равно при взгляде на снимок почувствовал себя скверно.

— Это монтаж, — заявил я.

— Неужели?

— Конечно!

Я с отвращением вырвал листок из папки и ткнул его Космо в лицо.

— Ты серьезно думаешь, я сижу на таких сайтах?

Он пожал плечами:

— Это ты мне скажи.

— Секс-портал для фетишистов? Я тебя умоляю. Кто-то использовал мое фото для этого профиля. Или создал поддельный аккаунт под моим именем.

— И выложил там фотографии Йолы?

— Что?

Космо велел мне раскрыть папку посередине, и действительно я нашел несколько опубликованных якобы мной же постов, где я подробно описывал свои тайные фантазии с участием дочери. Я пробежал глазами по строчкам, и мне стало плохо. Но самая мерзость заключалась в том, что помимо отвратительных предложений там были выложены малюсенькие, размером с ноготь, снимки моей дочери, которые кто-то переснял прямо из моего фотоальбома. Двухлетняя Йола во время купания, в три года на первом велосипеде, в шесть — во время школьного представления в роли Белоснежки.

— Откуда взяться этим личным фотографиям, если не от тебя? — абсолютно справедливо потребовал ответа Космо.

— Я не знаю.

Альбом лежал у меня в рабочем кабинете. Кроме меня ключ был только у Ким. Некоторые из фотографий я на старомодный манер сделал аналоговой камерой, но потом оцифровал снимки. Я не любил детские фотографии на «Фейсбуке» и вообще нигде их не выкладывал.

Я в ужасе пролистал папку дальше — фотографии становились все конкретнее. Уже не Йола, а дети различных возрастов и цвета кожи, все в экстремальных позах. И все эти изображения мужчина, который незаконно использовал мою фотографию, снабдил садистскими комментариями.

Один из них гласил: «Я бы позабавился с этой малышкой в садовом домике. Я уже арендовал такой и сделал звуконепроницаемым».

Я захлопнул папку. Лихорадочно заморгал и, сжав кулаки, попытался подавить тошноту.

— И ты считаешь меня извращенцем? — спросил я Космо. — Именно ты?

Он пожал плечами, во взгляде все та же ярость. Рука Космо тоже сложилась в кулак, что еще больше меня возмутило. Сначала несправедливые обвинения, а потом еще и этот высокомерный самоуверенный жест!

— Ты имеешь наглость приписывать мне собственную извращенность?

— Ты ошибаешься, малыш. — Он заскрипел зубами. — Я злюсь не на тебя.

— На кого тогда?

— На того, кто нас обоих так испортил. Если бы я мог, то…

Космо моргнул, как будто ему в глаз что-то попало, и мне не удалось узнать, что он еще собирался сказать. Меня тоже парализовал ужас.

— Ты тоже это слышал? — прошептал я, в горле у меня пересохло.

Он кивнул, в таком же волнении, как и я.

За нами в кузове что-то опрокинулось.

Глава 32

Я приложил палец к губам и сказал спокойно, словно ничего и не было:

— Теперь остынь, Космо. Успокойся, пожалуйста, хорошо?

Я включил радио и настроил музыку погромче. Меланхолическое пение Адель наполнило кабину. По мне бы лучше «Раммштайн», но это тоже сойдет.

Тихо, общаясь друг с другом одними взглядами, мы открыли двери и выскользнули из автофургона.

Перед задней дверью кузова снова встретились и нерешительно посмотрели друг на друга. Уличный шум здесь был такой сильный, что мы, наверное, могли бы разговаривать абсолютно нормально, но не хотели рисковать.

Я указал на заднюю дверь автофургона и сделал движение, как будто собирался резко распахнуть ее.

Космо покрутил пальцем у виска. Пальцами он дал мне понять, что нам лучше исчезнуть отсюда как можно скорее.

Я покачал головой. Кто бы там ни спрятался в фургоне, этот человек, возможно, знал, где Йола. Я не мог не использовать такой шанс.

Я огляделся и заметил кучу мусора на краю парковки — явно незаконная свалка. Мне в голову пришла идея.

Чем ближе я подходил к куче отбросов, тем сильнее пахло мочой, я видел на асфальте человеческие экскременты и использованные презервативы. Быстро удостоверившись, что за перевернутым диваном не спит бомж, я схватил металлический стержень, который бросился мне в глаза. Раньше он, вероятно, служил частью гардеробного шкафа. Снабженный крючком с одной стороны, он был почти идеальным оружием для удара. Особенно для человека, на чьей стороне сохраняется фактор внезапности.

План, который я объяснил Космо жестами, предусматривал следующее: он должен был залезть в кабину водителя автофургона и постучать по внутренней перегородке, разделяющей кабину и кузов, а я спустя секунду распахну дверь и наброшусь на нашего, как мы надеялись, отвлекшегося тайного пассажира.

После короткого немого протеста Космо наконец проскользнул вперед и уселся за руль автофургона.

Я вложил пальцы в выемки для захвата и молился, чтобы задняя дверь не оказалась закрытой. И начал мысленно считать.

Один, два, три…

Не досчитав до четырех, я услышал грохот, и вся машина завибрировала.

Я рванул дверь, держа стержень в левой руке, и когда вспыхнуло внутреннее освещение, с криком прыгнул внутрь кузова.

При этом я ударился коленом о металлический ящик, оказавшийся у меня на пути, но даже ничего не почувствовал. Ни боли, ни страха, в этот момент меня, наверное, не остановила бы даже пуля.

Лишь этот взгляд.

Я встретился с ним в последний момент, до того, как стало слишком поздно. Я вовремя заметил, что передо мной, успел направить удар в другую сторону и всадил крючок не в голову, а прямо в металлическую боковую стенку.

— Господи боже мой, — закричал я, дрожа от избытка адреналина. — Какого черта вы здесь делаете?