Индийский лекарь. Том 2 (СИ) - Майоров Михаил - Страница 29

— Хорошо, — легко согласился он.

Мы вместе вышли из приёмного отделения и сели в лифт.

— Как вас вообще заподозрили, что вы выпили? — поинтересовался я.

— Без понятия, я пришёл в отделение, зашёл в ординаторскую, особо ни с кем не общался, а тут охранник приходит ко мне и говорит, что меня ждут в приёмном отделении, — пожал он плечами.

— Значит, пришли вы, а там вас сразу отправили в процедурный кабинет. А следом уже до меня пытались дозвониться, чтобы я пришёл на освидетельствование, — задумчиво проговорил я.

— Видимо, так и было.

Хм, очень странно. Перегаром от моего коллеги совсем не пахло. Нужно длительное время находиться в тесном помещении, как это было в процедурном кабинете.

— А вы точно ни с кем не говорили по поводу того, что выпили? — поинтересовался я.

— Точно! — заверил он. — Я только переодеться успел, как меня сразу же позвали в приёмное отделение. Думал, что больной поступил, которого нужно осмотреть.

— А ведь ваш коллега, с которым вы поменялись местами дежурства, с вами сегодня разговаривал, когда вы были в нетрезвом виде? — осенило меня.

— Вы думаете, что это он? — искренне удивился хирург. — Даже не знаю, чем я успел ему насолить… Мы даже учились вместе в одной группе в университете.

— Вам виднее, — пожал плечами. — Я не хочу никого обвинять, просто моё предположение.

Меня часто спрашивают близкие мне люди о пациентах. Правда ли они часто ведут себя неадекватно, тяжело ли общаться с пожилыми людьми? Но порой даже с неуравновешенными пациентами куда проще найти общий язык, чем со своими коллегами или начальством. Вроде улыбается тебе сегодня, а на самом деле строит козни, чтобы отжать твой участок. Или позвонил, чтобы напомнить о дежурстве, а сам сообщает, что его товарищ явится на работу в нетрезвом виде.

Что в прошлой жизни, что в этой — у меня никогда не возникало острых конфликтных ситуаций с пациентами. Наоборот, придёт к тебе озлобленный больной человек, нуждающийся в помощи. Ты покажешь ему, что у тебя к нему нет предвзятости или неприязни, будешь вежливым, внимательно подойдёшь к его проблеме. И всё. Этого достаточно, чтобы пациент в тебе души не чаял, тем более если удалось ему помочь.

Вот с коллегами и начальством всегда возникают проблемы на ровном месте. Поэтому я никогда не пойму жалоб коллег на пациентов. Да, местами тяжело, местами нудно, но это — больные люди, которые пришли к тебе за помощью. Будь внимателен, вежлив и всё. Никогда не возникнет проблем, даже с самыми проблематичными пациентами, которые с порога к тебе настроены негативно. Как бы инфантильно это ни звучало, но добро всегда побеждает.

Лифт остановился. Мы вышли и сразу же вошли в дверь, ведущую в хирургическое отделение.

— Как у нас обстоят дела? — обратился хирург к постовой медсестре. — Всё хорошо?

— Всё в порядке, — отчиталась она. — Несколько пациентов попросили обезболить на ночь, но они уже спят. Никаких проблем. Что вы задержались в приёмном отделении. Опять буйный пациент? Я вам пыталась дозвониться, но вы трубку не брали.

— Я забыл телефон в ординаторской, — хирург глянул в мою сторону. — Да, пациента осматривали с коллегой.

— А вы кто по специальности? Извините, без очков не вижу, — обратилась ко мне девушка. — Недавно у нас работаете?

— Терапевт, две недели примерно, — сухо ответил я.

Я пошёл за хирургом не просто так. Хотелось убедиться, что в его отделении не возникло каких-либо неотложных проблем во время его отсутствия. Да, мой коллега успел протрезветь, но хотелось перестраховаться на всякий случай. Более того, я готов был выступить ассистентом, если возникла бы такая необходимость. Благо, что всё спокойно.

— Я, пожалуй, пойду, — сказал я, глядя на часы. — До конца дежурства осталось несколько часов. Если потребуется моя помощь, то наберите номер заведующего терапевтическим стационаром. Остаток дежурства я буду находиться там. Или ищите меня в приёмном отделении.

— Спасибо вам, доктор, — искренне поблагодарил хирург. — За всё!

Мы попрощались и я вернулся в свой кабинет в терапевтическом стационаре. Наконец, могу немного отдохнуть перед возвращением домой. Может, даже успею написать ещё одну инвалидность, если меня опять не вызовут в приёмное отделение.

Я открыл новую вкладку и принялся заполнять анкету пациента для бюро медицинской экспертизы. Остаток дежурства прошёл спокойно.

Проснулся я ближе к обеду. Странно, что сегодня никто не решил меня разбудить. То мать позвонит, то отец, то Чирандживи пытается разбудить, напоминая о медитациях.

Я встал с кровати, сделал небольшую разминку и сел в позу полного лотоса. Растяжки уже хватало, чтобы с комфортом сидеть длительное время.

С началом моего знакомства с Чирандживи мои способности прогрессировали достаточно быстро. Но учитель продолжал утверждать, что я слишком много ленюсь и трачу энергию впустую.

Мы не так часто с ним виделись и он не принимал активного участия в моём обучении. Зачастую я просто делился своими результатами, а Чирандживи внимательно оценивал состояние моей системы чакр. Вносил определённые коррективы, давал наставления относительно образа жизни и модели поведения при общении с конфликтными людьми.

Сегодня был второй выходной день — хорошая возможность, чтобы поделиться своими новыми достижениями. Может, Чирандживи что-то подскажет по этому поводу, ведь я теперь могу видеть непосредственно орган, в котором возникает патология.

Сначала я видел изменения в чакрах, объединяющих человеческие органы в общие сферы. Исходя из отклонений, у меня появилась возможность углубиться и находить патологию более точечно.

Меня распирало от любопытства, что я могу ещё приобрести в плане целительских возможностей. Лечить людей от рака? Или воскрешать мёртвых? Это только предстоит узнать, ведь я до сих пор не видел последнюю, седьмую чакру.

Я набрал номер Чирандживи, потому что хотел договориться с ним о встрече. Гудок шёл один за другим, но трубку никто не взял. Очень непохоже на него. Я набрал второй раз. Третий. Четвёртый.

Мне было прекрасно известно, где он живёт. Тридцать минут ходьбы пешком, не больше десяти на автобусе. Надеюсь, что с ним всё в порядке. Всё-таки он был не из тех стариков, кто жалуется на своё здоровье, но его заболевание меня беспокоило.

Может, теперь я смогу узнать, что беспокоит моего учителя без инструментальных исследований? Ведь он любил ходить по больницам.

Я принял душ, надел на себя чистую одежду и вышел из дома.

Пройдя пару кварталов, я почувствовал, что кто-то пытается меня догнать. Он не бежал, но шёл предельно быстро в мою сторону.

Я повернул голову и увидел знакомое лицо.

— Добрый день, доктор Сингх! Не ожидал, что смогу вас снова встретить на улицах этого многомиллионного города!

Почему я с ним постоянно сталкиваюсь в городе, словно он… преследует меня⁈

Глава 15

Передо мной стоял мой коллега по обмену из Японии.

— Здравствуйте, доктор Кондо, — поприветствовал его я. — Может, вам пора признаться, что установили жучок на мой телефон?

Японец сдержанно улыбнулся. Хорошо, что чувство юмора у него не хромало. Но это было действительно удивительно, что у нас получается так часто встречаться в случайных местах на улице.

— Боюсь, что мне крупно повезло вас встретить! — ответил клинический фармаколог. — Вы куда-то спешите? Не отвлекаю? Еле вас догнал.

— Я хотел бы навестить нашего общего знакомого Чирандживи, — поделился планами я. — Мы с ним часто поддерживаем связь по телефону, а сегодня он совсем не хочет отвечать на мои звонки. Всё-таки у человека солидный возраст, живёт один, переживаю, что, может, с ним что-то случилось.

— Надеюсь, что вы будете не против, если я вам составлю компанию? — вежливо поинтересовался Кондо Кагари. — Может, потребуется моя помощь.

Сомневаюсь, что если у учителя обострилось заболевание, то Кагари чем-то поможет. Ведь он не владел лекарской силой, что он сделает? Разве что вызовет скорую помощь.