Индийский лекарь. Том 2 (СИ) - Майоров Михаил - Страница 16

— Когда доктор Кондо предложил мне поехать на стажировку в Японию, у меня не было мыслей давать согласие на его предложение, — задумался я.

А ведь действительно, ещё было много неразрешённых вопросов. В скором времени я должен был встретиться с отцом, не так давно устроился на работу в новую больницу, да и не стоит забывать, что мы собирались искать храм, где по предчувствию Шеши мы могли найти ответы на многие вопросы относительно нашего с ней происхождения.

Ведь мне до сих пор непонятно, почему я, будучи врачом из Российской империи, оказался в теле индуса. Логичнее было бы переродиться в теле русского лекаря. Неважно, в какой временной эпохе — прошлом или будущем.

— Значит, ты откажешься от его предложения? — пыталась настоять Шеша.

— Я хорошо подумаю, прежде чем дать ему свой ответ! — поправил я свою хвостатую напарницу. — Но в большей степени я склоняюсь к тому, чтобы остаться в Индии. Слишком много неотложных дел, которые мне только предстоит решить.

— Извини, что пытаюсь навязать тебе это решение, но я искренне переживаю за тебя, Аджай, — жалобно прошипел голос в голове.

— Ты не сможешь мне навязать решение, в любом случае я буду принимать его сам. И переживать не стоит. Последнее слово за мной, если я чего-то захочу, то вряд ли меня кто-то остановит или переубедит, — мысленно ответил я. — Ладно, пора возвращаться к нашему гостю из дальнего зарубежья. Может, уже успел заскучать без нашего общества.

— Нашего? — удивлённо спросила Шеша. — Я ведь даже не общаюсь с ним.

— Конечно нашего, — усмехнулся я. — Я же мог тебя оставить дома, но всё-таки взял с собой. Не знаю, насколько тебе интересны наши разговоры о медицине, но мне кажется, это лучше, чем сидеть в четырёх стенах дома.

— Это точно! — весело прошипела хвостатая напарница. — Всё. Пошли, Аджай!

Мы хорошо провели время вместе с коллегой из Японии. Несколько часов обсуждали особенности устройства системы здравоохранения в Японии и Индии, травили друг другу байки о разных клинических случаях в практике. Кондо Кагари был достаточно приятным собеседником.

Позже я проводил его до одной из лучших гостиниц города, где ему сняла номер наша больница. Главный врач решил не экономить, чтобы иностранному гостю всё понравилось. Находилась она в пятнадцати минутах ходьбы от больницы.

На следующий день

— Здравствуйте, уважаемые коллеги! Меня зовут Кондо Кагари. Я — клинический фармаколог. Являюсь представителем фармакологической корпорации Ямамото-Фарм, — представился японец. — Сегодня мы поговорим о важной теме в медицине, а именно о несовместимости разных групп препаратов. Это знание имеет ключевое значение для повышения эффективности лечения и минимизации рисков для пациентов.

Перед клиническим фармакологом из Японии, в рядах удобных кресел, сидели его индийские коллеги. Их лица были сосредоточены, многие держали в руках блокноты, делая пометки. Другие внимательно следили за слайдами, иногда обмениваясь тихими репликами. На лекции присутствовали врачи разных специальностей, среди них я узнал уже знакомые лица из отделения анестезиологии и реаниматологии.

— Тема сегодняшней лекции будет посвящена несовместимости разных групп лекарственных препаратов, — повторно огласил Кондо Кагари. — Напомню вам, что это ситуация, когда одновременное применение двух или более лекарственных средств может привести к снижению их терапевтического эффекта, возникновению побочных эффектов или даже к опасным состояниям для пациента. Это может произойти из-за химических реакций, фармакокинетических взаимодействий или изменения адекватности действия препаратов при совместном применении.

Кондо Кагари начал рассказывать о тонкостях взаимодействия лекарств, о новых подходах к персонализированной медицине, о том, как последние исследования в Японии могут быть применены в условиях индийской системы здравоохранения.

Он умело переплетал научные факты с практическими примерами, делая сложную информацию доступной и понятной. Его речь была наполнена уважением к труду коллег из Индии, он часто ссылался на вклад наших учёных в мировую медицину, подчёркивая важность международного сотрудничества.

— Вчера мне довелось побывать на приёме у одного из ваших сотрудников, — внезапно сказал Кондо Кагари, и мы встретились с ним глазами. — И я стал свидетелем очень интересного клинического случая, когда пациент одновременно принимал три несовместимых препарата: спиронолактон, бисопролол и аспаркам. Мой индийский коллега принял верное решение о необходимости изменения терапии артериальной гипертензии. И хочу отметить, что он это сделал без моей помощи!

Среди бесчисленного множества специалистов, присутствующих на приёме, я не видел Манмохана Шарма. Но уверен, что он сейчас сияет от гордости, что именно его сотрудник показал себя с лучшей стороны перед иностранным гостем.

— Совместное применение бисопролола и спиронолактона может быть оправданным в определённых случаях, но требует осторожности из-за риска гиперкалиемии, проще говоря, повышения уровня калия в крови, — отметил Кондо Кагари. — Спиронолактон может увеличивать уровень калия, а бисопролол не влияет на уровень электролитов напрямую, но может ухудшить функцию почек, что дополнительно усугубляет гиперкалиемию.

В зале царила атмосфера взаимного уважения и жажды знаний. Было видно, как индийские врачи с интересом впитывают информацию, периодически они задавали уточняющие вопросы. Кондо Кагари терпеливо отвечал на каждый вопрос с помощью переводчика, демонстрируя не только глубокие знания, но и открытость к диалогу.

— Гиперкалиемия — это одно из наиболее опасных последствий, которое может возникнуть при комбинированном применении спиронолактона с аспаркамом. Это взаимодействие может приводить к аритмиям и другим сердечно-сосудистым осложнениям, например, у пациента моего индийского коллеги возникла сердечная блокада, — отметил японский клинический фармаколог. — Если уровень калия становится слишком высоким, это может уменьшить эффективное действие бисопролола на сердечно-сосудистую систему.

Я почувствовал вибрацию телефона у себя в кармане. Мобильный стоял на беззвучном режиме. Взяв телефон в руки, я увидел неизвестный номер, пытающийся до меня дозвониться. Понятия не имею, кто это. Я сбросил звонок.

— Обычно бисопролол не вызывает значительных изменений уровня калия, — продолжал Кондо Кагари. — Однако у пациентов с сердечной недостаточностью, где может быть назначен и спиронолактон, важно контролировать уровень электролитов.

Телефон опять завибрировал в кармане. Взяв его в руки, я обнаружил, что звонил тот же самый номер. Кто же мне так покоя не даёт? Может быть, опять беспокоят телефонные мошенники или очередное предложение от банка по низкой кредитной ставке. В очередной раз я сбросил звонок.

— Несовместимость спиронолактона, бисопролола и аспаркама требует глубокого понимания их механизмов действия и влияния на организм, — отметил японский фармаколог. — Обращая внимание на потенциальные риски и принимая во внимание индивидуальные особенности пациентов, мы можем обеспечивать безопасное и эффективное лечение. Может, есть у кого-то дополнительные вопросы?

Видимо, мне сегодня не дадут спокойно послушать лекцию. Опять звонит тот же номер. Я с удовольствием выключил бы его, но мне сегодня должен был позвонить пациент по поводу оформления группы инвалидности.

Ладно, придётся ответить. Я осторожно встал и двинулся на выход из лекционной аудитории.

— Вы куда собрались? — обратился ко мне знакомый голос, когда я почти добрался до выхода из зала.

Я повернул голову и увидел перед собой Манмохана Шарма.

— Нужно ответить на звонок от пациента, по поводу инвалидности беспокоит, — соврал я заведующему отделением.

— Как ответите — обязательно возвращайтесь! — попросил Шарма.

— Хорошо! — ответил я и собирался уже уйти, как меня вновь позвал заведующий к себе.

— Ты большой молодец, Аджай! — впервые Шарма обратился ко мне неформально и искренне улыбнулся. — Спасибо тебе большое за всё!