Измена. Цена твоей лжи (СИ) - Ковалева Анна - Страница 18

Решила, что её пронесло, и расслабилась. Приятно, наверное, было делать из меня оленя все это время.

Конечно, подменить документы все же попытались, Ираида попросила сделать это свою доверенную помощницу. На чем та и была поймана. Елизавета ведь была уже в курсе моей истории.

Впрочем, останавливаться было рано. На женщину надавили и заставили молчать. Ну и попросили передать Сабине, что все концы спрятаны в воду.

С самой Ираидой я тоже говорил. Будучи убитой горем, она выложила всю правду сразу.

— Вот она какая, мгновенная карма, — невесело хмыкнул я. — Вы согласились помочь вертихвостке, рушащей чужие жизни, и поймали ответку от судьбы. Надеюсь, ваши сын и муж выживут. И вас этот пинок судьбы хоть чему-то научит.

Вслед мне донеслись надрывные рыдания, но меня они не тронули. Эта женщина заслужила свою горькую чашу.

После всего этого я отыгрывал целую неделю любящего отца и почти заботливого мужа. Пока собирал всю нужную информацию.

А как только получил тест-ДНК и Сабину с малышом выписали, то устроил жене праздничный ужин.

На котором главным блюдом стал мой компромат.

Лицо Сабины надо было видеть в тот момент, когда она увидела все собранные мной против нее улики. Перепуганное и бледное. Трясущиеся губы, дрожащие ладони, общий жалкий вид.

Именно об этом я мечтал осенью, хотел ткнуть её мордой в собственное дерьмо.

Только теперь никакой радости и торжества я не чувствовал. Лишь злость и желание поскорее освободиться от этой стервы, что мне жизнь испортила.

— Леша, я не…

— Заткнись, дрянь! — прорычал. — Я в курсе всех твоих авантюр. Подельницы тебя сдали весьма охотно. Я хочу услышать одно — кто отец Ильи? Чьего ребенка ты мне всучить хотела? Отвечай!

— Ты его не знаешь, — тихо сказала она. Сразу весь апломб куда-то исчез.

— Имя, я тебя спрашиваю!

— Громов Анатолий…

— Громов, — я поцокал языком, раздумывая. Нет, это имя мне ни о чем не говорило. — И что же этот Громов? Не захотел нести ответственность за ребенка? Или не поверил, что он от него?

— Он женат, — процедила жена сквозь зубы. — Мы встречались полтора года, тайком. Он обещал мне развестись, буквально клялся, просил только подождать удобного времени. Но как только дело дошло до беременности, то сразу переобулся. Сказал, что от жены не уйдет, и кинул пачку денег на аборт.

Вот же подлая мерзавка. Еще в одну семью влезла и мужика увести хотела. Как будто так и надо.

Строить свое счастье на руинах чужих отношений — для Смоловой это, похоже, девиз всей жизни. По-другому она просто не умеет.

Сдерживал себя с большим трудом, чтобы не кинуться вперед и не сжать ладони на тонкой шее Сабины.

Клянусь, если бы не мысли о малыше, спящем в соседней комнате, я бы точно её удавил. А так хоть немного остужал свой пыл, вспоминая пухлые щечки и темные глазки пацана.

Все-таки ему нужна мать. Даже такая.

— А скажи-ка мне, дорогая, — прищурившись, протянул я. — Это хоть случайный залет был, или ты специально забеременела, надеясь ускорить процесс развода?

Судя по тому как полыхнули глаза Сабины и поджались в полоску губы, я попал в точку. Она хотела увести мужика из семьи, манипулируя ребенком.

Не прокатило.

— Какая же ты тварь, Сабина, — выплюнул я ей в лицо. — И после того как Громов тебя вышвырнул как использованную подстилку, у тебя возникла идея подкинуть чужого ребенка мне? Ты же за этим явилась на те посиделки? Надеялась подкатить ко мне?

— Да, — призналась она. — Ты же так меня любил. Вот я и подумала, что ты захочешь вернуться ко мне. Если дать тебе вспомнить о том, что между нами было.

— А если бы со мной приехала Рита, тогда что? — рявкнул я.

— Но не приехала же, — пожала Сабина плечами. — И в этом я углядела знак. Судьба сама свела нас с тобой той ночью.

— Не судьба, Сабина, — я поднялся и посмотрел на нее с ненавистью, — а твои козни и идиотизм моей мамаши. И да, любви у нас с тобой никогда и не было. Иначе ты бы не чпокалась с другим мужиком в нашей же спальне. Да и у меня была лишь одна голая страсть. Которая, к счастью, давно выветрилась.

Я выдохнул, сделал пару кругов по комнате и вернулся к столу.

— Значит так, женушка. Из квартиры ночью я тебя не выгоняю только потому, что мне жаль ребенка. Он ни в чем не виноват.

— Леша, послушай.

— Нет, слушать меня будешь ты. Завтра же я подаю на развод. И попробуй только упрямиться. Я тебя ославлю как шлюху не только на весь город, но и на всю страну. Так что ты подписываешь документы, забираешь ребенка и сваливаешь в туман. О свидетельстве о рождении я позабочусь. Там будет стоять прочерк в графе «отец».

— Но что я буду делать, Леш? — кажется, теперь Сабина испугалась по-настоящему? — Куда я одна пойду? С ребёнком?

— А это не мое дело, — бросил я. — Мне подкидыш не нужен. К тебе должны родители приехать, вот собирай манатки и уматывай с ними. Или беги к своему Громову. Пусть платит алименты. Мне без разницы. Детские вещи, кроватку и все прочее — забирай. Вещи свои тоже. Но на этом моя щедрость все. Твою карту я заблокировал. Надеюсь, ты исчезнешь как можно быстрее.

— Леша, пожалуйста!!! — завизжала Сабина, но я заткнул ее парой хлопков по щекам.

— Не ори, дура! Ребенка разбудишь. Рот закрой, успокойся и ложись спать. И не смей названивать ни мне, ни родителям. Поимей хоть каплю стыда и совести. — покачав головой, скривился от отвращения. — Прощай, Сабина. Мне жаль, что наши пути когда-то пересеклись.

Эту ночь я провел в нашей с Ритой квартире. Только на этот раз я не бухал с горя. Наоборот, впервые за эти полгода я почувствовал себя живым. И свободным.

Словно с шеи сняли большой камень, тянувший меня на самое дно.

С утра первым же делом я поехал к родителям. Где предъявил им копии всего того, что нарыл на Сабину.

Мама охнула, схватилась за сердце и упала в кресло. Лицо у нее стало белее мела.

— Но как же так, сыночка? Ведь мальчик так похож на тебя.

— Это твое самовнушение, мама. Ребенок не мой. Я разослал образцы в три лаборатории. Результат один и тот же. Отрицательный. Да и Сабина сама призналась, что залетела от некоего Громова. Теперь ты рада, а? Достойную невестку нашла? Готова нянчить непонятно кого?

— Не могу поверить, — продолжала бормотать мать, перебирая бумаги. А отец не отреагировал никак. Просто стоял и хмурил брови.

— Чему ты не можешь поверить, мама? — вызверился я на нее. Ты же женщина! Как ты могла не заметить, что ребенок не недоношенный? Ну вот как???

— Я…— мама замялась и начала нервно теребить рукав блузки.

— Что ты? Договаривай давай!

— Да Боже мой, Алешенька… Я уже много лет не держала младенцев на руках, чтобы вес сравнивать. Для меня они все крошечные. Сабина сказала, что все прошло благополучно, что ребенок здоров и не нуждается в дополнительном уходе врачей. Знаю, что на ее сроке так бывает. Я даже подумать не могла, что нужно начать подозревать такое…

— В этом твоя проблема, мама! Что ты никогда не думаешь! Или думаешь о том, о чем не надо! Например, о том, как сорвать мою свадьбу… Это ты помогала этой суке, ты!!!

Мама ошарашенно затихла, не привыкла она к таким порывам ярости с моей стороны. А отец по-прежнему оставался до отвращения невозмутимым.

— Что молчишь? — спросил я его.

— А что тут скажешь? — пожал плечами. — Это все равно ничего не меняет.

— Это в каком смысле? — взвился я.

— В прямом. Вы уже женаты, ребенка назад не спрячешь. Подрастет мальчонка, сбагрим его в интернат. Как получит образование — отправим на вольные хлеба. Наследство, он, естественно, не получит. А вы с Сабиной других детей заведете. Какие ваши годы.

— Ты вот серьёзно сейчас? — я никак не мог поверить в такой вот цинизм и черствость родного отца.

— Конечно. Не разводиться же теперь. Хватит с нас скандалов.

— Нет, папа. — я повысил голос. — Вас ожидает еще один скандал. Потому что я не собираюсь жить в браке и спать с потаскухой. Да я её удушу сразу, если она рядом ляжет. Я сегодня подам на развод, понял? И никто меня не остановит. Иначе все это грязное белье окажется на каком-нибудь ток-шоу.