Эльф из Скайрима (СИ) - Штайн Герр - Страница 211

— Нет. — коротко отринула предложение покупательница, в последний раз оглядев лавку.

Она хоть и была в некотором роде коллекционером, и к примеру, купила эту брошь не из-за её практической пользы, а сугубо исторической ценности. Наложенные на неё древние, полуиссохшие чары давали надежду на то, что эта вещь могла принадлежать и была создана весьма умелым магом, Нилихи Королём Цветов.

Сохранившиеся в Гондолине исторические летописи об айлейдах говорили, что этот король-маг носил на себе массу украшений в форме цветов, прямо как эта брошь.

И прозван он был так как раз за это увлечение, а не за цветочную магию, которой он не владел. Впрочем, ей вовсе владели лишь друиды, да редкие коллекционеры заклинаний, вроде самой Фриренис.

Ибо она с каждым разом видела всё меньше и меньше разницы между коллекционированием редких вещей и заклинаний.

…И пройдя ещё несколько десятков лавок, отвлёкшаяся на очередного продавца эльфийка внезапно почувствовала лёгкое, почти незаметное прикосновение к своей одежде. Будь здесь ветер, она бы и вовсе не ощутила его, списав на волю природы.

Но в этот раз кое-кому не повезло.

Резко развернувшись, низкорослая девушка вытянула руку, используя заклинание из раздела Колдовства. Обычно им помечают даэдра, чтобы в нужный момент отправить именно ему предложение о вызове взамен на плату магической энергией.

Но сейчас она пометила лишь убегающего мальчишку каджита, которого практически сразу же визуально потеряла в толпе магов и обычных людей.

Полёты здесь были запрещены, так что девушка была вынуждена идти за воришкой пешком… И на полпути отвлекаясь на молодого барда, энергично и задорно поя свою песенку:

— В поход, беспечный пешеход,

Уйду, избыв печаль, —

Спешит дорога от ворот

В заманчивую даль,

Свивая тысячу путей

В один, бурливый, как река,

Хотя, куда мне плыть по ней,

Не знаю я пока!

Мимолётом подивившись, насколько эти слова соответствуют её нынешней цели, эльфийка всё-таки проложила свой путь. Тем более и бард переключился на восхваление какого-то там Белого Святого, что вытащил Меч Из Камня и тем самым исцелил целый город во время чумы.

Из-за этой задержки, девушка застала воришку за процессом открытия мешочка с монетами. Вернее, он пытался его открыть, однако чары школы Изменения были недоступны мохнатым лапкам маленького каджита.

Каджита, что наконец-то заметил её и отреагировал ожидаемо — попытался юркнуть мимо почти не превосходящей его в росте хозяйки мешочка, но… Реакция Фриренис оказалась быстрее, и вскоре юный воришка был связан чарами школы Изменения, проявившейся в слегка светящихся магических путах на его ногах.

Ожидаемо споткнувшись, каджит упал и вскоре уставился своими кошачьими глазами на нависшую над ним эльфийку.

— Верни мои деньги. — попросила эльфийка у воришки, так и не выпустившего из цепких лапок мешочек. — Пожалуйста.

И следом зажгла в ладони небольшой огонёк. Ведь как говорил отец, с добрым словом и магией можно добиться гораздо большего, чем просто с добрым словом.

Однако в этот раз эта схема дала сбой, ведь вместо того, чтобы испугаться, каджит зачарованно уставился на возникшее магическое пламя.

— Скажи… Ты любишь магию? — озадаченно вопросила эльфийка, сложным взглядом разглядывая лежащего каджита.

— Э-это… — не сразу нашёл с ответом воришка, и отмерев от огня, принялся бегать глазами… Прежде чем не наткнулся ими на её мешочек. — Вот! — протянул он его.

— Благодарю. — даже не глядя, Фриренис приняла свою вещь обратно и спрятала её в карман одежды. — Но на мой вопрос ты не ответил. — напомнила она, не отводя взгляда от морды каджита.

— Я… Ну да… В некоторой степени… — смущенно увёл он взгляд. — Я собственно… Это… Ради этого и ворую… — честно признался он о своей деятельности, вызвав интерес у довольно древней по меркам эльфов Фриренис. И всё ещё молодой по меркам её родителей.

— Хочешь научиться магии? — поинтересовалась она, снимая с его ног свои чары.

— Ну… Да… — с некоторым интересом глянув на пропавшее заклинание, согласился каджит и принялся подниматься.

— Хорошо. — коротко кивнула эльфийка, припоминая слова мастера Сирабейна о ученичестве и его роли в становлении мага. — Идём со мной.

— А? — уже намеревавшийся дать дёру каджит замер с озадаченным выражением морды.

— Согласился с тем, что хочешь научиться магии. Я тебя ей обучу. Идём. — махнула эльфийка ладонью и прошла мимо застывшего прямоходящего кота. Пройдя десяток метров, она обернулась к стоявшему на том же месте воришке. — Идёшь?

— Д-да! — всё ещё не веря в происходящее, произнёс он и быстро догнал длинноухую. — Вы правда меня…

— Да. Попробую себя в этом деле. — согласно кивнула она со всё тем же бесстрастным выражением лица. — Вдвоём мы выполним цель моего путешествия быстрее и лучше.

— А… Хорошо… — каджит помотал головой. — А! Ещё… Я же вам не представился…

— Я тоже. — слегка кивнула снежная эльфийка. — Моё имя — Фриренис.

— А я… М'Айк… Просто М'Айк.

Годы спустя.

Не успела эльфийка опомниться, как она уже оказалась не в Имперском городе, а в Эльсвейре. А сопровождающий её ученик М'Айк из маленького ребёнка, ниже даже её ростом, превратился во взрослого представителя своей расы, превосходя Фриренис на две, а то и все три головы.

— Что мы здесь ищем, учитель? — поинтересовался он, когда они следовали по исторической родине его расы, но при этом никогда здесь ранее не бывавший.

Оттого и говоривший о себе в первом лице, а не третьим, как большинство его сородичей.

— До Трассианской чумы здесь было множество племён твоего вида, и каждый да обладал своими уникальными заклинаниями. — немного вдалась в уроки истории беловолосая девушка. — И обитатели этой деревни могут помочь нам отыскать те места, где обитало одно вымершее племя.

Пройдя между ферм и мельниц, парочка добралась до дома местного старосты, чей титул с каджитского языка — та'агра, буквально так и переводился — старый кот. Или старая кошка в более распространённых случаях.

— Вы опять намереваетесь забрать всё, что плохо припрятано? — явно припомнив своё воровское прошлое, усмехнулся прямоходящий кот.

Взгляд его был настолько красноречивым, что смолчать ученица Бога Магии не смогла:

— Я не беру ничего чужого. — сочла нужным в очередной раз пояснить Фриренис. — Только покупаю или обмениваю. Мертвецам же более не понадобятся их вещи. И я не буду возражать, что когда я умру, кто-нибудь другой будет использовать мои вещи для своих целей.

— О-о-о, какому-то счастливчику через пару тысяч лет повезёт. — с весельем фыркнул М'Айк.

— Возможно. Но мы уже пришли… — указала она рукой на строение, и постучавшись, стала ожидать его владельцев и обитателей.

— Вы… — замер открывший дверь старый каджит с серебристой шерстью по всему телу. — Холодная эльфийка? — удивился он, по-каджитски упомянув её народность. — Что тебе здесь нужно? Меня не интересуют кредиты или магические услуги…

— Я не за этим. — слегка прервала его Фриренис. — Я хочу услышать о вымершем племени Зи-Та Рат. Как мне сказали…

— И зачем тебе давно погибшие мертвецы? — перебил уже он её, покачав головой и покосившись на М'Айка. — Не знаю уж зачем это тебе, хладная эльфийка, но… Ладно. У нас здесь, на юге, не принимаются эти ваши снежинки и я не собираюсь ехать в город, чтобы их поменять… Так что сойдёмся на том, что ты…

— У меня есть обычные монеты. — не желая отвлекаться на нечто другое от своего процесса исследования, снежная эльфийка показала имперские монеты.

— О… Что-ж. Можно и так… — получив от неё достаточную сумму, старейшина вздохнул, напрягая память. — Отправляйтесь вон туда. — махнул он в сторону юго-востока. — Там их были поселения когда-то. И ты немного не права. Они выжили после Лакательной Чумы… — беловолосая девушка быстро вспомнила, что именно так среди каджитов звали Трассианскую чуму. — Но потом их добили проклятые ящеры…