Сокровище для непримиримых принцев. Возвращение (СИ) - Берг Анастасия - Страница 18

Идеальный план, подумаешь, пустяки какие-то…

Нервно усмехнулась.

Когда машина остановилась, я поблагодарила мужчину, взяла рюкзак и пошла усталой походкой к домам и подъездам. Достаточно усталой и медленной, чтоб понять, что он вышел из машины и держался поодаль. Впрочем, продлилось это не долго– как только мужчина увидел, что я открывала подъезд, развернулся и ушел.

Не стала предавать его веру в то, что это мой конечный пункт на данный момент, ибо я на самом деле собиралась в душ, срочно.

Зашла в квартиру.

О, вы посмотрите-ка, кто-то неаккуратно поработал. Ребята, вы уж следы заметать научитесь-то! Малюсенькие бумажки, которые я по привычке клала на дверь, в щель между ней и верхней части дверной коробки, лежали на полу.

На чем основывалось их недоверие, я пока не понимала, но скрывать мне от них в квартире было нечего – тут все прозрачно. Документы рабочие не хранила, в ноутбуке тоже, важные материалы от босса лежали на почте, пароль в памяти, кэш очищался, протокол безопасности соблюдался. Трофеи с заданий себе не оставляла, травы для чая не в счет. А хорошо спрятанный рабочий инструментарий их бы не удивил.

Вздохнув, и, не зная, то ли плакать, то ли смеяться, разделась, закинула помятую одежду, пахнущую лесом и землей, в стирку и зашла в душ. Как я скучала по теплым, божественным, очищаюшим струям воды – всегда представляла себя в водопаде, который смывал всю грязь дня, а то и недели. Помыла голову и тело привычными средствами. Это вам, конечно, не эссенции растений и не слюни бедных животных, зато не подвергающая никого мучениям сплошная химия.

Я долго простояла под каплями воды. Прекрасно.

Вышла, слегка обтерлась пушистым новым полотенцем, и обернув им же волосы, направилась на кухню. Капучино из миндального молока и бутерброды могли спасти мир, не иначе!

Морозильная камера с шоковой заморозкой творила чудеса, с моим графиком замораживать приходилось даже хлеб. Нашла на дне запасы хумуса, намазала на уже горячий тостерный хлеб, полила оливковым маслом, лимонным соком и выключила кофеварку. Аромат раздался по всей квартире, а я вальяжно устроилась на диванчике, подкрепляясь впрок.

В общем-то, до девяти вечера страдала фигней: включила в спальне свет, расстелила кровать, помяла простыни, потом выключила освещение в комнатах с окнами.

Город засыпал, просыпалась мафия.

***

Мой опыт шпионажа и проникания в хорошо защищенные здания лишь подтверждал, что в век технологий лучший шпион – простой шпион. Не нагружать себя лишними датчиками, инфракрасными сканерами, пресловутыми очками (пару прототипов которых, кстати у меня имелось, стильных, прозрачных, с тепловизорами, доступом в интернет и голосовым управлением). Но я изначально не любила лишние обмундирования. Пара ампул, минимум, помещающийся в рюкзак, маленький, но острый ножик и не яркая одежда – весь мой багаж.

С последним пунктом был порядок: серые джинсы, светлая майка и кроссовки. И на крайни случай, если надежда оставалась только на соблазн или отвлечение, оставила приличное декольте, закрытое на данный момент шарфиком. Вообще, одежды у меня было настолько много, что при желании запомнить, не получилось бы. Полспальни – гардероб, но это профессиональная необходимость. Вот и взломщики не так уж и постарались его прошерстить. Эх, ребята, вхолостую работаете.

Последний штрих – изменение лица. Эта трансформация доставляла мне, как истинной девочке, особое удовольствие. За пять лет опыта я наработала идеальный навык корректировки пропорций косметикой. И гордилась тем, что такие метаморфозы умела проводить без использования накладных частей, изменяющих формы.

Оттенок кожи затемнила, не забыв и о шее, декольте, руках, ведь моя бледность слишком бросалась в глаза, становилась узнаваемой. Нарисовала натуральную маленькую родинку слева под губой, получилось даже сексуальненько, надо взять на вооружение. Расширила кончик носа, делая образ более простеньким и милым. Затемнила и уплотнила брови мои в стиле всех тех однотипных девушек, чтобы не выделяться из общей массы. Сильным контурингом и скульптурингом расширила лоб и сузила челюсть, изменив максимально натурально форму лица на более треугольную.

Стандартно пришлось надеть линзы, так как мой родной цвет глаз был родственником “зеленки” и врезался в память моментально. Сегодня выбрала коричневые.

Проморгалась после неприятной процедуры и решила дополнить образ простыми молодежными прозрачными очками, выбрав сегодня черную оправу.

Самое главное оставила на закуску, для которой пришлось с сожалениям зализать только что вымытые волосы. К парикам относилась с трепетом, покупала их по всем уголкам города и даже страны, в те редкие случаи вылазки. Волос искала самый натуральный, а прически максимально естественные, примеряя очень тщательно. И эта коллекция была практически единственным, что я по-настоящему прятала.

Как и ожидалось, никто не догадался открыть панель телевизора, чтобы взять замаскированный под электронный чип ключ, а потом передвинуть унитаз, чтобы открыть широкую плитку, под которой спокойно лежал металлический неподъемный чемодан, открывающийся этим самым ключом.

Ну а что? Придумала на случай досконального обыска, но была бы умора! Думали что-то важное? Ловите – волосы! Может я волосяной маньяк!

Ладно, конечно, я немного покривила душой – под чемоданом, поднять который было возможно, только если открыть его ключом, пряталась прохладная камера с ампулами, шприцами, мини аптечкой, запасными телефонами.

Но горе-взломщики не захотели познакомиться даже с моей коллекцией – все лежало спокойно утрамбованным волосок к волоску. Это еще одна причина, по которой я искала нужное качество, сминание было минимальным, а для распрямления хватало фена. Чем и занялась, сделав небрежно хаотичный образ.

Сегодня я – темно-пепельная блондинка, без особой укладки, просто чуть вьющийся как после влажности волос средней длины с удлиненной челкой.

Перед зеркалом красовалась не сексуально жгучая зеленоглазая шатенка с алыми губами, а светловолосая загорелая студентка в очках, в свободной стандартной одежде, с сизым шарфиком и уже с черным рюкзаком наперевес. Которая собиралась в самое студенческое ночное время на прогулку, ага. Не забыв засунуть в специальное узкое отверстие набедренного кармана джинс свой нож.

В глаза бросился добытый образец мутированного животного, ожидающий своей участи аж на кухонной барной стойке. Вакуумный пакет Карэла не терял холода от слова совсем, поэтому не имело смысла хранить в холодильнике. Но сейчас интересовало другое – как мое внимание могло сфокусироваться на объекте в противоположном конце очень просторной квартиры? Причуды моего зрения не переставали удивлять.

Я так увлеклась, что забыла о прошедших уже более пяти часов. Почему я еще видела – хорошая доза или новые перемены?

Решила не рисковать, набрала в шприц такое же количество эпинефрина, выпустила воздух и, не успев вколоть, ослепла.

Это, конечно, поправимо, доза нужного вещества был уже набрана, осталось только вколоть на ощупь и, судя по ощущениям, я попала в один из оставленных то ли Карэлом, то ли уколами синяков.

Если подсчитать, получалось, что миллилитровой дозы хватило примерно на пять часов. Поэтому когда дождалась зрения, уколола еще столько же, помня о максимальной суточной дозе в пять ампул. Надежда на то, что мое зрение исцелилось – рухнула, оставив горький осадок. Но уже через пару минут под ускорившийся пульс все мысли горели только предстоящим делом.

Вышла на улицу вместе с живенькой бабулькой, сократив с ней расстояние, чтобы показать родственную принадлежность, о наличии которой женщина даже не заподозрила. Следящих машин и людей не заметила, поэтому спокойно пошла в метро, ведь толпа – мое спасение. До закрытия станций еще оставалось время, поэтому летящей походкой и со спокойной душой села на Таганской. Проехав остановку по кольцевой, и не увидев слежки, пересела на синюю ветку, там, около Измайловской, было недалеко до штаба.