Хозяин оков IX (СИ) - Матисов Павел - Страница 36

Нет, обычно море было намного спокойнее. Можно было даже прыгнуть с корабля и немного искупнуться. За судами не следовали морские гады на постоянной основе. Однако громкая битва, разрывы заклинаний, трупы и кровь — все это взбаламутило море, привлекло внимание множества глубинных гадов. Каждый хотел испробовать бесплатное угощение.

К тому же некоторые чуяли одаренных, а осколки являлись для монстров — лучшим лакомством. Наверное, это появилось в них в ходе эволюционной гонки. Выживают и оставляют потомство — сильнейшие. А чтобы стать сильнее, надо много кушать и развивать дар. Вот осколки и стали для зверей чем-то сродни сладкого. Даже Мякотка хрумкала осколки за милую душу.

Со злорадством, удовлетворением и одновременно болью в сердце я наблюдал за тем, как Солнечных эльфов разрывают на части голодные хищники. Море буквально бурлило, особенно когда в воду падал одаренный. Ушастые пытались отбиваться. И сильные эльфы могли даже одного-двоих монстров завалить, но на них накидывались следующие. Стихия Света плохо работала в воде. Морская толща почти сразу гасила энергию заклятий.

Такие деньги пропадают! Ладно, в плен их не взяли, но даже осколки вытащить при такой ситуации нереально.

— Веревка есть⁈ — прикрикнул я.

Мне быстро нашли длинный трос. Я привязал к нему спасательный круг и передал Лие, поскольку у нее сил было больше моих.

— Метни вон к тому эльфу, — указал я в сторону ушастого, который цеплялся за уходящую под воду мачту.

Высокая исполнила приказ и запустила круг далеко в море.

— Хочешь жить — хватайся! — прикрикнул я.

Эльф посмотрел в нашу сторону и несколько секунд раздумывал, но затем инстинкт самосохранения взял вверх. Он ухватился за круг, и матросы принялись в спешке подтягивать его к клиперу. После чего быстро вытащили на борт, и я вырубил ушастого молнией, не дав ему поблагодарить нас. Либо покрыть ругательствами — кто его знает, что он планировал сказать.

— Не хотите быть съеденными — хватайтесь! — продолжил я «ловить рыбку» в мутной водице.

Умирать они не хотели. Мы вытащили еще двоих Солнечных эльфов. А вот следующий преподнес нам подлянку.

Мы подтаскивали ушастого к кораблю, когда я почувствовал знакомое биение магических эманаций. Поганец владел техникой самостоятельного вхождения в Резонанс! Хотел подорвать наш корабль!

— Не дайте ему приблизиться! — рявкнул я и запустил быструю молнию.

Тилльсен также ударил Туманом по эльфу. Гаденыш не успел добраться до корпуса клипера и подорвался недалеко от борта. Вода вспенилась, но в основном поглотила выброс солнечной энергии. Пшикнул ушастый словно в лужу бзднул. Идейный эльф — значит мама без внуков. И бедный Хоран без прибыли.

С ошейниками возникла небольшая заминка. Мы не знали, есть ли запас на клипере. Благо Солнечные эльфы использовали в качестве экипажа частично рабов, в том числе людей. Часть их полегла во время резни, да и наши померли, так что свободные ошейники вскоре нашлись.

В первую очередь я заковал и привязал к себе вырубленных одаренных. Затем провел ревизию и нацепил артефакты подчинения на остальных.

В море все еще плавал различных груз, обломки, останки людей, эльфов, монстров, парусов и разного хлама.

— Еще есть чем поживиться! — воскликнула Ниуру, обозревая место бойни сверху.

Вдруг раздался глухой удар, клипер покачнулся. Я выглянул за борт и узрел огромную спину какого-то подводного монстра. Плавник с хвостом быстро ушли под воду. Еще не левиафан, но тварь громадная. И неизвестно, кто придет на место крушения следующим. Вроде бы левиафаны в мелководье заплывают редко, но никто не знает, что скрывается в мутных водах поблизости.

— Отходим! Поднять паруса! То, что от них осталось, вернее… — вздохнул я. — Туши пожары, Водник! Живее!

— Стараюсь, хозяин! Маны не осталось!

— Держи, проглот! — бросил я ему несколько красных осколков.

Часть парусов, палуб и такелажа все еще тлела. Солнечные эльфы отлично поджигали все вокруг своими палящими лучами.

Клипер под названием Сияющий начал медленно удаляться от места схватки, кишащей монстрами. Мы выловили и забрали все, что смогли. Настало время лечения, отдыха подсчета убытков и прибыли.

Второй клипер и Отважный Иглобрюх пошли ко дну. Вместе с нашими припасами и моим личным имуществом! Основное я, разумеется, держал в пространственном хранилище: золото, осколки, фокусаторы, гримуар и прочие ценности. Таскал там и некоторые ценные вещи моих слуг: вроде гримуара Лейны. А то он тяжелый — в бою мешает, но слишком дорогой, чтобы хранить его в простом шкафу.

Практика оказалась полезной. Я потерял разную личную одежду, любимый грибной эль и прочие вещи, но ничего непоправимого не случилось. Вот сам корабль, безусловно жалко. Успел прикипеть я к Отважному Иглобрюху душой. Не говоря о том, что он стоил не одну сотню золотых.

Трехмачтовый клипер выглядел более продвинутым кораблем. Быстроходный, укрепленный, пускай и не столь вместительный. Самое то пиратствовать. Наверное, он стоил дороже Иглобрюха.

Но возник один нюанс, как говорится. Сияющий серьезно пострадал в сражении. Сначала мы его изрешетили во время штурма, потом пришлось нос кромсать, чтобы расцепиться с тонущим Иглобрюхом, а затем и Солнечные сволочи подпалили и порушили.

На судне царил настоящих хаос. Паруса погорели и продырявлены, часть мачт рухнула, ванты и канаты порваны, палуба пробита во множестве мест, бушприт срезан, фальшборт проломлен частично, в корпусе трещины и подпалины, следы возгорания повсюду.

Я с тяжелым сердцем ходил по своей новой собственности и цокал языком. Как сильно же повредили мою новую малютку!

Мое внимание привлек какой-то блеклый обломок, закатившийся под валяющийся труп. Я незаметно подобрал камешек и сунул в карман. Серый осколок Туманников — вещичка интересная, нужно будет изучить на досуге. Он практически не фонил, так что вряд ли его обнаружат. В хранилище же складывать благоразумно не стал. Ведь не зря Туманники таскали их в сундуке снаружи. Видимо, они потеряют часть своих свойств, если запихнуть в пространственный карман.

Только оценив повреждения, я занялся собственными ранами. Стала накатывать слабость. Похоже, крови я все-таки успел потерять прилично. И все из-за гада, который притворился мертвым и саданул меня в ногу. Особо не замечал этой раны, поскольку ожоги от лучей света болели в разы сильнее.

Гинсу нашлась без сознания на палубе. Старуха потеряла руку и получила несколько серьезных ожогов. Ее удалось вытащить с того света. Мякотке все еще было нехорошо, но вроде бы ее состояние стабилизировалось.

Ниуру схлопотала парочку ожогов, да синяков, но в сравнении с остальными осталась почти невредимой. Хорошо быть бойцом исключительно дальнего боя.

Ульдантэ всю истыкали стрелами: попали в бок, ногу и руку. Но Лунная совсем не рвалась к лекарям. Словно ей и так было хорошо. Возможно, она наслаждалась болью? Не в том плане словно мазохист, а просто она дарила ей яркие эмоции. После разговора с Амарантэ я пересмотрел свое отношение к Ульдантэ. У Лунной Тени были явные проблемы с психикой.

К сожалению, психологов на Тардисе не существовало, так что придется лечить ее тараканы подручными средствами. Пока что я не особо представлял, как к ней подступиться. Возможно, хороший секс пойдет ей на пользу, кши. В прошлый раз она осталась довольна. Вроде бы. Сложно иногда понять по ее каменной физиономии, о чем она думает.

В любом случае дела насущные требовали забить на психологические проблемы компаньонов. Нам бы до берега добраться.

— Течь в трюме! — наконец осмотрели матросы клипер.

К счастью, пробоина оказалась небольшая. Лия заткнула дыру остатками от своего лесного доспеха.

— Ты поработал на славу, друг, — любезно произнесла эльфийка, расставаясь с древесной броней.

— Еще походит! — резюмировал Хатриш после осмотра корабля. — На острова или к большой суше?

— Мы уже близко к материку, — устало произнес раненый аббат. — Доберемся до Шунхчи и закончим дело!