Род Корневых будет жить! Том 7 - Кун Антон - Страница 8

Парень снова приставил кулак к открытой ладони и сказал с лёгким поклоном:

– Спасибо!

Выглянув в окно, я увидел, что птицы продолжают кружиться над нами, закручивать воздух в вихрь.

Мы, конечно, постоянно выскальзывали из этого вихря и сбивали птицам строй, но они действовали очень настойчиво. Поневоле закрались мысли, что с этими беглецами что-то не так.

Я наклонился к Мо Сяню.

– Мо Сянь, – шёпотом спросил я у китайца. – Ты был там наверху. Что там?

Мо Сянь так же тихо ответил:

– Молодому господину не нужно об этом думать.

Но думать пришлось.

Внезапно возница натянул вожжи, и карета остановилась.

Это было странно. Он знал, что нам постоянно нужно двигаться. Почему остановился? Или его заставили?

Жалко, окна в карете были не вокруг и ограничивали обзор.

Но в неведении мы оставались недолго. Даже в наши боковые окна было видно, что карету окружают всадники.

Они не могли пройти за барьер, но они и не давали нам двигаться.

Возница открыл двери и помог выйти Варваре Степановне и адвокату. Следом вышел и Ростислав Петрович, махнув нам всем:

– А вы сидите, не высовывайтесь!

Я оглянулся на своих друзей и вдруг увидел, что спасённая нами девушка в ужасе сжалась в комок, а парень пытается закрыть её, спрятать.

Окошко, кстати, рядом с ними задёрнуто, но он всё равно вжимался в сиденье, как будто никаких преград между ним и конными не было и они видят беглецов, как на ладони.

– Назовитесь! – послышался резкий голос Варвары Степановны. – Кто вы и почему перекрыли нам дорогу?

– Мы ищем сбежавших преступников, – раздался наглый голос в ответ. – И у нас есть основание, считать, что они в вашей карете! Наши стражи, – и он ткнул пальцем в небо, – говорят, что они здесь! Выйдите все из кареты и дайте нам обыскать её!

– Что за наглость! – возмутилась Синявская. – Вы как с нами разговариваете? Вы что, не видите знака императорской академии магии? Вам что, жить надоело?

– Плевать нам на вашу академию, – отозвался конник. – Отдайте нам преступников! И мы пощадим вас!

– Да как вы смеете! – вскипела Синявская. И тут же приказала: – Формация!

Я видел в окно, как Синявская, адвокат и Ростислав Петрович встали, лицом друг к другу, образовав равносторонний треугольник и начали быстро делать пассы руками и произносить какие-то слова.

В небо ударил яркий столб света, внутри которого заструился золотой дракон. Он некоторое время извивался, словно набирал скорость во встречном течении. А потом преподаватели и адвокат вскинули руки вверх о одновременно вскрикнули:

– Гррха!

Дракон вырвался за пределы барьера.

Синявская, адвокат и Ростислав Петрович одновременно повернулись лицом к тому конному, с которым разговаривала Синявская и который так неуважительно отозвался о нашей академии магии.

Дракон сорвался с высоты и кинулся на всадника.

Тот бросил в дракона копьё, но копьё сгорело, не долетев до разверстой пасти.

Однако другие всадники не зевали и быстро развернули сеть из светящихся зелёным ядовитым светом нитей.

Пока шёл бой, я заметил, что стало тяжело дышать. До меня не сразу дошло, что это птицы. Они раз за разом закручивали воздух, высасывая его, но мы двигались, и у них не получалось нас лишить воздуха. Но теперь, когда мы остановились, и не могли двигаться из-за того, что дорога впереди перекрыта, формация птиц наконец сработала. И барьер для неё не стал преградой – он легко пропускал воздух.

То, что дышать стало труднее, почувствовали и преподаватели. Они тут же развернули дракона и послали его на птиц.

Раздался испуганный клёкот, и с неба посыпались обгоревшие птицы.

И воздух вернулся – упал вместе с птицами.

А дракон уже рвал зелёные сети и полыхал огнём, пугая лошадей окруживших нас всадников.

Пытаясь напугать… Потому что, похожи, эти кони были привычны к боям с применением магии.

Едва дракон переключился на всадников, уцелевшие птицы снова закружили водоворот.

И снова преподаватели отправили дракона вверх.

Внезапно я увидел за рядами всадников одного, который натягивал лук.

– Там! – закричал я, указывая на всадника с луком.

Я хотел предупредить преподавателей.

Но тут же пришло понимание – как только они сломают формацию, дракон исчезнет.

Собственно, всадник именно этого и добивался – если он выбьет хоть одного из преподавателей, формация однозначно сломается.

То, что делали преподаватели с адвокатом, это была сложная составная техника. И у неё было только одно слабое место – все трое должны были оставаться на своих местах и делать то, что должно.

Не успел я оглянуться, как Мо Сянь выскочил с мечом в руке.

Меч его был по-прежнему в ножнах, и одна рука заложена за спину. Но чёртов китаец легко отбивал стрелы!

Да-да, стрелы! Много стрел! Потому что лучник был не один!

Я решил тоже помочь преподавателям, но едва высунулся из кареты, как Синявская рявкнула в мою сторону:

– Сядь!

И дракон чуть-чуть провалился.

Он вообще уже не сверкал таким золотом, как в тот момент, когда только появился. Да и промахивался всё чаще – видимо техника требовала много сил, и преподаватели начали уставать.

Вот только враги не уставали совсем! И не убывали!

– Молодой господин, – крикнул Мо Сянь, освобождая меч от ножен. – Вернитесь в карету!

Я сначала было возмутился, но потом вспомнил свой самый первый день в этом мире, когда я свалился со стены прямо к волколакам и лютым мертвецам. Тогда из-за меня погибли воины.

Сейчас была подобная ситуация. И бой шёл на таком уровне, на котором я становился обузой, а не помощником.

Это неимоверно злило! Ненавижу быть обузой и ненавижу быть беспомощным!

Но что я мог сделать, оставаясь в карете? Как я мог помочь тем, кто сейчас защищал меня и моих друзей? Тем, кто сейчас терял силы и начал сдавать позиции? Что я мог предложить им?

Что у меня было? Что я мог предложить сейчас в помощь преподавателям?

Пробежался мысленным взором по ячейкам ремня-артефакта – ничего подходящего!

Вспомнил свои умения – тоже всё мелочи!

Техники друзей – игра в песочнице по сравнению с тем, какие силы используются снаружи. Я с такой силой только раз в жизни встречался…

Рука сама легла на жилет, который Мо Сянь заставил меня надеть перед тем, как мы шагнули в портал. Жилет из ТОЙ змеюки!

А что если…

– Ребята, мне нужна ваша помощь! – сказал я.

– Что делать? – тут же отозвался Глеб.

– Совместная медитация, – коротко ответил я. И добавил, обращаясь к Умке и Шилани: – Парни, вы тоже помогите нам. И ты, котяра, тоже! Твоя помощь нужна! Давайте, ребята, все вместе!

Шаман приоткрыл один глаз, посмотрел на меня и сладко потянулся, выпуская когти.

Смотреть, чем закончатся его потягушечки, я не стал. Я уже закрыл глаза и пустил ци по меридианам.

Нужно успокоиться. Расслабиться. Замедлить сердце. Потому что змеюка сильна и хладнокровна. Когда она движется, мир уступает ей дорогу.

Объединил ци и толкнул её в печь дан. Потому что ярость змеи – это ярость истинного пламени… пятого пламени в моей печи! Пламени защиты от смертельной опасности, которое родилось только сейчас.

Огненная ци отправилась к духовному кольцу. Потому что змея велика и имеет два тела – своё и тело кольца.

Толкнул оболочку от себя…

Но я собирался не вырастить защитную оболочку, толку от неё сейчас было немного. Если даже золотой дракон поблёк, то чего уж говорить о моих невеликих силах?

Я собирался вырастить змею такую огромную, какую только смогу! Я хотел отправить её защищать нас!

Когда я толкнул оболочку, то сделал так, чтобы она прошла через жилет.

И на оболочке проступил рисунок чешуи.

А потом я подцепил живу и наполнил ей оболочку, отделяя её от себя.

Мысль о живе пришла в последний момент. Просто вспомнил, как в спортзале четверо Волковых бежали от неё.

Вот и сейчас, наполненная живой духовная змеюка ринулась из кареты. Легко преодолела барьер, зачерпнув силы ещё и из него. И не просто зачерпнув, а выпив магический кристалл до донышка. И ринулась на врага.