Брак по расчету, или Истинных не выбирают (СИ) - Иконникова Ольга - Страница 18

Уложив инструменты для вышивки и салфетки в небольшую шкатулку, которую я тоже привезла с собой, и прихватив пяльца, я отправилась на улицу. Хотя герцогиня и разрешила мне находиться в парке в любое время, я пока не хотела лишний раз встречаться с хозяевами. Мне нужно было понаблюдать за ними со стороны, чтобы составить о них собственное мнение.

Герцогиня Кавайон показалась мне весьма рассудительной и доброй дамой, но передались ли эти качества ее детям?

В парке я увидела садовника, который подстригал росшие вдоль дорожки кусты, и без того казавшиеся идеальными. Он почтительно поклонился мне, и я улыбнулась в ответ. В такой солнечный день гулять по такому восхитительному парку было особенно приятно.

Мне понравилось то, что Кавайоны постарались максимально сохранить и подчеркнуть природную красоту этого места, не испортив его новомодными штучками. Даже скамейки здесь прятались в тени деревьев. Я расположилась на одной из них и приступила к работе отнюдь не сразу.

На ветвях щебетали птицы, а над цветами, что росли на лужайке, кружились бабочки. Я наблюдала за ними довольно долго, стараясь запомнить их расцветку и форму крылышек, чтобы постараться передать всё это на ткани.

Я так увлеклась, что не заметила, что в то время, как я наблюдала за бабочками, за мной тоже кое-кто наблюдал. Молодого Бертлена я обнаружила только тогда, когда сухая ветка хрустнула под его ногами.

— Простите, мадемуазель Фонтане, я, кажется, вас напугал, — несмотря на свои слова он ничуть не выглядел виноватым. — Не правда ли, сегодня чудесное утро?

— Да, утро чудесное, месье Бертлен, — согласилась я, — и я бы хотела использовать его, чтобы поработать.

Я раскрыла шкатулку и заправила салфетку в пяльца, всем своим видом показывая, что очень занята. Но месье Бертлена это ничуть не смутило.

— О, я совсем не хотел вам мешать. Но если уж мы с вами встретились, то позвольте мне хотя бы присесть к вам на скамейку. Обещаю — я буду нем как рыба. Я никогда не видел, как кто-то вышивает. Наверно, это ужасно любопытно — наблюдать, как на ткани появляется настоящая картина.

Он сел на скамью, не дожидаясь моего разрешения, и я не стала его прогонять. Судя по всему, он был весьма настойчивым молодым человеком. И хотя я не собиралась продолжать это знакомство после возвращения в Виллар-де-Лан, из него можно было извлечь некоторую выгоду. Если он был сыном или племянником дворецкого, то должен хорошо знать Кавайонов. Слуги всегда являются бесценным источником информации о своих хозяевах, и глупо было бы этим не воспользоваться.

Первые полчаса он, как и обещал, провел молча. Но когда на салфетке появилась первая бабочка, он счет своим долгом выразить восторг.

— Вы — большая мастерица, мадемуазель Фонтане! И как это у вас так ловко выходит? Мне кажется, это настоящая бабочка присела на минутку на ткань. Кстати, мы с вами знакомы уже несколько дней, а я до сих пор еще не знаю вашего имени. Не кажется ли вам, что это — неправильно?

Ответить мне помешал скрип гравия на дорожке — в нашу сторону кто-то шел. И хотя мне нечего было стыдиться, я предпочла бы, чтобы никто не видел нас тут вдвоем — слишком уединенным было это место. Я бросила на Бертлена умоляющий взгляд, и он, к его чести, мигом понял мою просьбу и исполнил ее.

К тому времени, когда из-за деревьев вышли две молодые девушки, моего недавнего собеседника уже и след простыл.

Нет, ни одной из них не была мадемуазель Клеман, но я всё-таки напряглась. И не зря.

Невысокая фигуристая блондинка, заметив меня, нахмурилась и удивленно посмотрела на свою подругу. Но та была удивлена не меньше — впрочем, когда она заметила пяльцы в моих руках, то удивление прошло.

— Полагаю, вы — мадемуазель Фонтане? — спросила она. — А я — Джоан Кавайон.

Значит, это была сестра Арлана. Я встала и поприветствовала ее наклоном головы. Она оказалась ничуть не похожа на тот портрет, который после знакомства с ее матерью, я сама себе нарисовала. Если от герцогини веяло элегантностью, то ее дочь производила впечатление девушки, не обремененной аристократическими привычками.

— Кто это, Джо? — спросила ее спутница.

— Это — мадемуазель Фонтане — мастерица, которую мама пригласила для вышивки кое-каких милых вещичек. Ох, мадемуазель, какая красивая бабочка у вас получилась! — она всплеснула руками и рассмеялась.

Подобная непосредственность была столь неожиданной, что я тоже невольно улыбнулась.

А вот ее подруга ее восторг не разделила.

— Вышивальщица? — уточнила она и презрительно поморщилась. — Но разве слугам дозволяется вот так прохлаждаться в парке?

Смущенная ее бестактностью, мадемуазель Кавайон покраснела.

— Мадемуазель Фонтане — не служанка, Беа!

— Но она и не гостья, — возразила блондинка. — Не могли бы вы, мадемуазель, оставить нас здесь с ее светлостью? Думаю, скамейки на заднем дворе подойдут вам куда больше, чем эта.

— Беа, прекрати! — рассердилась Джоан. — Простите, мадемуазель Фонтане! Нет-нет, оставайтесь тут — мы с подругой вовсе не собирались здесь сидеть. Разве ты не помнишь, Беа, что мы шли к фонтану?

Она подхватила блондинку под руку, и они удалились. Но я тоже стала собирать шкатулку — настроение было напрочь испорчено.

Глава 23. Арлан Кавайон

С этим следовало разобраться как можно скорее! Я не любил непонятных ситуаций, а эта была именно таковой.

Обычный флирт с красивой девушкой привел к тому, что я получил загадку, отгадать которую был не в состоянии. Что случилось, когда я ее поцеловал? Были ли те странные ощущения вызваны усталостью, или они были связаны с чем-то совершенно другим? И, кажется, шок от того поцелуя испытал не только я.

Самым простым решением этого вопроса было бы проведение элементарного эксперимента. Нужно было воссоздать ту же ситуацию еще раз! Я должен был снова поцеловать мадемуазель Фонтане. Возможно, это будет вполне обычный поцелуй, и тогда можно будет продолжить общение с этой милой девушкой по стандартной схеме — несколько свиданий, трогательное признание в любви, страстная ночь (или даже несколько ночей), а потом полное сожалений расставание (я знал наизусть свою речь о долге перед семьей и невозможности быть вместе) и дорогостоящий подарок, который это расставание должен чуть подсластить.

А вот что я буду делать в ситуации, если второй поцелуй приведет к тем же последствиям, что и первый, я понятия не имел. Но проблемы следовало решать по мере их возникновения.

Вот почему утром, увидев в окно, что мадемуазель Фонтане направляется в парк, я, наскоро позавтракав, пошел в ту же сторону.

Для занятия рукоделием девушка выбрала отличное место — скамейка, на которой она сидела, почти со всех сторон была окружена деревьями и кустами, так что целоваться здесь будет не только приятно, но и безопасно. Да-да, безопасно, потому что мне следовало подумать не только о ее репутации, но и о своей. Ухаживать за посторонней девушкой в то время, как у нас в поместье гостила моя потенциальная невеста, было бы верхом безрассудства. И хотя пока я не намерен был делать княжне Деламар предложение, я всё-таки должен был позаботиться о ее чувствах.

Мадемуазель Фонтане была превосходной мастерицей. Я никогда не был особым ценителем этого народного искусства, но то, что она вышила на салфетке, выглядело весьма впечатляюще, о чём я и не преминул ей сказать.

Я давно уже понял — если ты хочешь понравиться женщине, то хвалить ее следует как можно больше. Но в данном случае я ничуть ей не польстил, а всего лишь сказал правду. И, кажется, мои слова не оставили ее равнодушной. Этим следовало воспользоваться, но именно тогда, когда я попытался перейти на следующую ступеньку наших отношений, наше уединение было прервано.

Ах, как она посмотрела на меня, когда услышала чьи-то шаги на дорожке! В ее взгляде так трогательно перемешались испуг и мольба, что я был тронут. Но, к сожалению, мне следовало удалиться, что я и сделал, заслужив на прощание уже ее благодарный взгляд.