Брак по расчету, или Истинных не выбирают (СИ) - Иконникова Ольга - Страница 1

Брак по расчету, или Истинных не выбирают

Глава 1

— Неужели вы полетите на этом чудовище, ваша светлость? — в голосе моей горничной Денизы я услышала панические нотки. — Как вообще такая махина может летать по воздуху?

Наша карета остановилась у самого летного поля, и огромная железная птица стояла всего в сотне шагов от нас. Выглядела она, надо признать, и впрямь устрашающе.

— С помощью магии, разумеется, — раздраженно откликнулся отец. — И перестаньте сеять панику, мадемуазель! Дракониш Айрлайнс надежны как наш государственный банк.

Это было не очень удачное сравнение, и отец сам понял это и смутился.

— Хорошо, что эта болтушка с тобой не летит, — усмехнулся он, когда Дениза отвлеклась на передачу моих саквояжей служащим аэропорта. — Уверен, что в доме его светлости прислуга вышколена куда лучше.

Я молча кивнула. Всё, что было связано с домом герцога Кавайона, мгновенно портило мне настроение.

— Я знаю, дорогая, ты не желаешь этого брака, — отец смахнул слезинку с моей щеки, — но у нас нет другого выхода. Я слишком долго пытался следовать традициям и игнорировать прогресс, и вот что из этого получилось. Если ты не станешь членом семьи Кавайонов, я вынужден буду отдать добычу на рудниках в чужие руки, а зная мои деловые качества, не приходится сомневаться, что нас обдерут как липку. Ну же, Диана, улыбнись! Я уверен, что сын герцога окажется вполне приятным молодым человеком. К тому же, не забывай, он — дракон, так что брак с ним может оказаться весьма забавным. А любовь, дорогая, — явление непостоянное. И ради нее нет смысла отказываться от того, к чему ты привыкла.

Я возразила:

— И тем не менее, ты сам женился по любви. И тебе совсем не помешал тот факт, что матушка была недостаточно высокого происхождения.

Он согласился:

— Да, это так, но тогда я еще не был князем. Теперь же мы ответственны не только за себя, но и за всю страну. Не забывай об этом!

О, да, я хорошо это знала! Быть дочерью князя Деламара — значит, иметь не только права, но еще и обязанности. Мне твердили об этом на протяжении уже десятка лет — с тех самых пор, как старший брат отца погиб в горах, что сделало нас первыми лицами княжества и изменило всё.

Именно тогда отец запретил нам навещать бабушку — ничто не должно было связывать нашу семью со странной старухой, которая ни во что не ставила знать и была приверженицей древней народной магии. Я помнила, как матушка, скучая по ней, плакала по ночам, но так и не осмелилась нарушить запрет. Я больше никогда не видела бабушку — отец не позволил нам поехать в Виллар-де-Лан даже на ее похороны.

Я любила своего отца, но некоторым его поступкам оправдания не находила.

— Веди себя благоразумно, дорогая!

Мне показалось, или он в самом деле вложил в этот совет какой-то тайный смысл? Но даже если и так, то я предпочла сделать вид, что ничего не поняла. Согласившись на эту поездку, я и без того переступила через себя. И если отец ждал, что я буду очаровывать Арлана Кавайона всеми доступными средствами, то он сильно заблуждался.

— Секретарь герцога встретит тебя в аэропорту. Надеюсь, сам полет тебя хотя бы не пугает?

— Ничуть, — усмехнулась я. — Вряд ли путешествие на аэроплане может оказаться хуже, чем портальное перемещение — вот уж чего я никогда бы не хотела повторять.

— Я хотел бы поехать в Кавайон с тобой, — вздохнул отец, — но ты же понимаешь, что такой визит вызвал бы слишком много разговоров, а это пока не в наших интересах. Ты же путешествуешь как частное лицо и, будем надеяться, не привлечешь внимание газетчиков. Что может быть естественней того, что одна молодая девушка приглашена на празднование дня рождения другой. И будет лучше, если мы обойдемся без обмена письмами, дорогая — они могут попасть в чужие руки. Если кто-то узнает, что сын его светлости, считающийся одним из самых завидных женихов Верландии, намерен жениться на моей дочери, то найдутся немало людей, желающих нарушить наши планы.

Я кивнула. Интересы государства превыше всего. И ради этих интересов я вынуждена буду делать вид, что просто счастлива гостить у Кавайонов. Я буду улыбаться малознакомым и малосимпатичным мне людям, принимать пропитанные фальшью комплименты и ровно так же отвечать на них.

Я ехала на двадцатилетие старшей дочери герцога Кавайона Джоан — именно в ее честь и устраивался этот пышный праздник. Мы даже не были с ней знакомы, но обе будем старательно изображать лучших подруг — чтобы никто не догадался, что я прибыла туда совсем с другой целью.

— Надеюсь, вы с Арланом за эти две недели узнаете друг друга получше, и брак, которому ты сейчас так противишься, станет для тебя желанным.

Я упрямо покачала головой. Никакие слова отца не могли придать этому союзу хотя бы внешнюю благопристойность. Это был не союз двух сердец, а союз двух капиталов, и я никогда не смогла бы об этом забыть.

— Прошу вас пройти на посадку, мадемуазель — девушка в униформе указала мне на аэроплан, на крыльях которого уже зажглись магические кристаллы.

Отец обнял меня, а потом поправил мою шляпку — княжна Деламар должна быть совершенством!

Я пошла вслед за девушкой и уже через несколько минут сидела в удобном мягком кресле у окна.

— Желаете лимонаду, мадемуазель, или, быть может, чего-то более крепкого? — девушка стояла передо мной, вытянувшись в струнку.

Я путешествовала инкогнито, и она не могла знать, что я — Деламар. Неужели служащие Дракониш Айрлайнс так обходительны со всеми пассажирами?

Но от напитков я отказалась. Я впервые летела на аэроплане и не хотела пропустить ни секунды полета. Подняться к самым облакам, увидеть горы Деламара с высоты птичьего полета — что могло быть более восхитительным? И даже тот факт, что летела я не куда-нибудь, а в Кавайон, отошел на второй план.

Когда мы оторвались от земли, я не сумела сдержать испуганный возглас. В помещении находились еще несколько пассажиров, и девушка ловко сновала между нами, для каждого находя слова поддержки. Сама она как будто совсем не боялась летать.

— Свежая пресса, мадемуазель?

Я снова отрицательно покачала головой, но взгляд невольно упал на первую полосу газеты. Набранный большими буквами заголовок гласил, что Арлан Кавайон в очередной раз стал победителем Открытого чемпионата Верландии по конкуру. Снимок его светлости, горделиво сидящего на лошади, к этому прилагался.

Я хмыкнула. Он же — дракон! Зачем ему вообще лошадь? Он мог бы сам прыгать через препятствия во втором своем обличье. И вовсе он не так красив, как о нём говорят. Ну, разве что совсем чуть-чуть.

Глава 2

И всё-таки после пары часов полета я задремала. И проснулась только тогда, когда аэроплан дернулся, и сидевший у противоположного окна мужчина громко охнул.

— Всё в порядке, дамы и господа! — раздался звонкий голос девушки в униформе (я понятия не имела, как называлась ее должность). — Прошу сохранять спокойствие. Ничего страшного не произошло — наш корабль снижается, и мы только что прошли через облака.

Прошли через облака — как удивительно это звучало! Я посмотрела в окно.

Внизу, под железным крылом тянулась синяя лента реки. Такая синяя и гладкая, что я задохнулась от восторга. Такою синею могла быть только одна река на всём белом свете — бабушкина река!

Конечно, я никогда прежде не видела ее с такой высоты — разве что со старого каменного моста, по которому каждое утро громкоголосый пастух гонял на дальнее пастбище коров и овец. Но я знала, я чувствовала — это она! Гаруна!

Бабушка говорила, что текла она с высоких гор и впадала в большое море. «С наших гор, с Деламара? — спрашивала я. А она пожимала худенькими плечами: «Может, и с Деламара, кто же это ведает?»

Последние сомнения отпали, когда я увидела в окно руины старого замка на холме. Сердце застучало часто-часто. И как я могла так долго сюда не приезжать?