"Виктор Глухов-агент Ада". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 389

У ворот каретной мастерской я слез с козел и постучал медным кольцом в такую же медную блямбу на воротах. На громкий стук выглянул недовольный охранник, хотел уже прогнать непрошеных гостей, но, пристальнее вглядевшись в меня, узнал и обрадованно закричал:

– Ваша милость, погодьте, я сейчас ворота открою! Оглобля, зови Кувалду, к нам босс приехал! – крикнул он куда-то в темноту.

Ворота со скипом распахнулись, и я увидел, как ко мне навстречу бежит, широко раскинув руки, огромный Борт, радостно улыбаясь и оглашая окрестности своим громким басом.

– Ваша милость, наконец-то вы приехали! Мы уже заждались и соскучились! – Он стремительно подбежал и ловко, несмотря на свои размеры, обхватил меня большими ручищами, поднял на уровень глаз и, довольно щурясь, как кот, объевшийся сметаны, стал говорить: – Повзрослел-то как, щетиной оброс. На все двадцать выглядишь.

При этом мои ноги болтались в воздухе. А Гроздя опасливо отошел в сторонку и замер.

– Борт, я тоже тебя рад видеть, но поставь меня, пожалуйста, на землю, неудобно как-то висеть.

Кувалда осторожно, как какую-то драгоценность, опустил мою тушку на землю и, как маленькому, оправил одежду. Отошел на шаг и, склонив голову набок, стал рассматривать.

Мне же нужно было рассчитаться с Гроздей. Я выдал ему серебром два золотых и подал свой динамический щит. Варг взял медальон и спросил:

– Это что?

– Это щит первого уровня, Гроздя, мой тебе подарок.

Варг повертел в руках подарок и разочарованно скривился, пытаясь скрыть свое недовольство, но в его глазах читалось легкое презрение к моему подарку.

– Спасибо, конечно, студент, – помявшись, поблагодарил парень. Я понял его смущение правильно. Там в степях они пользуются амулетами второго, а то и третьего уровня, а я ему даю безделушку. В его глазах я однозначно сразу стал жмотом. Я решил подправить его мнение о подарке.

– Гроздя, это динамический силовой щит, самовосстанавливающийся. Он отводит удар меча, магии или стрелу, проворачиваясь вокруг внутреннего статического щита, и часть энергии, что выделяется от удара, передается на восполнение энергии внутреннего щита.

Гроздя не понимал моих объяснений и бессмысленно смотрел на меня.

– Короче, щит по силе защиты превосходит третий уровень, и, кроме того, его не надо подзаряжать у мага.

Варг недоверчиво спрятал медальон и, потоптавшись, сказал:

– Тогда, если все, я пошел.

– Может, переночевать останешься? – спросил я. – Поздно уже, а утром тебя отвезут к порталу.

– Не, не надо, я сам доберусь, – отмахнулся он.

– Ну как знаешь, – не стал спорить я. – Тогда передавай привет братьям, и удачи тебе, – простился я с наемником.

Еще я понимал, что по возвращении варг будет рассказывать о несметных богатствах, что добыла мне Краля, и все будут сожалеть, что отказались от такой добытчицы. Потом рассказ обрастет придуманными подробностями, и через некоторое время по границе будет гулять история, как безвестный студент, попав в степь, вошел в род орков, сидел по левую руку от великого хана и озолотился. В таких местах всегда гуляют байки про тех, кто смог.

– Ага, – ответил варг и пошел в темноту сгущающегося вечернего сумрака.

Мы с Бортом прошли в дом. Какая-то женщина стала ловко и быстро накрывать на стол.

– Рассказывай, как дела. Что нового? – усевшись в глубокое кресло и вытянув ноги, сказал я.

– А что дела? Дела идут нормально. Освоили производство колясок на рессорах, как ты на рисунке показал. Так количество заказов увеличились вдвое. Все извозчики теперь хотят перейти на новые повозки. Есть заказы на кареты для аристократов, расширяемся, соседний двор выкупил и новых работников нанял. У Груты недавно появились постояльцы. Лесная эльфарка и девочка снежная эльфарка, веселая такая, она посмотрела на меня и говорит: «Вы в прошлом бандит, дяденька». Мне даже смешно стало. Шпики больше не шныряют. Уж вечно пропадает в городе. У него своя бригада. Однажды какие-то громилы попытались устроить дебош в трактире идриша, так утром их нашли повешенными на столбах вдоль улицы, с тех пор тишина. Рыба в наши дела не лезет, я ему в общак отстегиваю сколько надо. Вот и все новости, ваша милость, – закончил Борт, который всегда не очень-то был многословен, и, увидев, что стол уже накрыт, позвал. – Садитесь, повечеряем.

После ужина я остался в гостевой комнате один, сославшись на то, что устал и хочу отдохнуть. Борт, довольный моим прибытием и тем, что я почтил его дом своим присутствием, разогнал всех по углам, и наступила тишина. В печке весело трещали поленья, было тепло и уютно, сразу было понятно, что к созданию такой обстановки приложила руку женщина. А у меня остался невыясненным один важный вопрос: за каким чертом лесные ушастики стали охотиться на Гангу? Что им от нее понадобилось? Логики в этом я не видел, а все выходящее за рамки моего понимания у меня вызывало озабоченность. Разъяснить мне это могла демоница, которую обобрали мои шулеры.

Мардаиба появилась с видом скромной грешницы, показав на миг свое голое тело, якобы в смущении прикрылась полами плаща и потупила глазки.

– Что угодно моему сахгибу? – с волнующей модуляцией в голосе произнесла она и добавила в воздух немного феромонов.

Пришлось применить ветерок, самое простенькое заклинание, с которого начинается изучение магии.

Легкое дуновение ветра прошло по комнате и вынесло химию обольщения в распахнутую форточку. Краснокожая красавица с удивлением посмотрела на меня.

– Сахгиб не хочет, чтобы я погасила жар в его чреслах? – Она чуть приоткрылась, выставила напоказ голую ножку выше бедра и томно изогнулась.

– Сахгиб не хочет, – подтвердил я. – У сахгиба там огонь не горит.

– А что же тогда там у моего господина? – Она приблизилась, как бы невзначай шире распахнула плащ и лукаво сверкнула глазами, которые оставила широко раскрытыми, показывая мне свои длинные ресницы. Те медленно опускались и так же медленно поднимались. Искусству обольщения демоницы изменений, наверное, учились у суккубов.

– У меня там сталь, Мардаиба. И то, что там есть, не про твою честь. Так что, Девятнадцатая, запахните плащик и спрячьте свои прелести или срам, уж не знаю точно, что у вас там есть, у демониц. Ты мне нужна по делу.

Мардаиба зло зыркнула на меня, но все равно широко раскрыла полы плаща, выставляя мне на обозрение свое тело, и не спеша, давая возможность рассмотреть, от чего я отказываюсь, запахнулась.

– Вот у вас, демонов, так принято – увидела другого демона и говоришь: «Сахгиб, я готова погасить жар в твоих чреслах»? – тонким противным голосом передразнил я ее.

Мардаиба скривилась, как будто сунула в рот лимон, но промолчала. Понятно, не хочет говорить, выдавать тайны, что и как у них в преисподней.

– Спрашивай, люд, что хотел узнать. – В ее голосе было раздражение, теперь я уже не был для нее сахгибом, но и сопротивляться она не могла. Зато в этих словах вылила на меня свое презрение, как к низшему существу. Раз не удалась попытка соблазнения, то и нечего комедию ломать дальше.

– Запомни, тварь. Я для тебя был и буду сахгиб, пока не отпущу или не убью. Будешь говорить по-другому, навечно посажу на цепь у отхожего места и заставлю дерьмо вычерпывать. Думаю, Кураме понравится твоя служба. – Я усмехнулся, представив красавицу, перемазанную нечистотами и выполняющую работу золотаря.

– Ты не посмеешь, люд! – взвилась демоница и наставила на меня свои когти. Хотела броситься и вцепиться мне в лицо, но ошейник не дал. Она рычала и давилась, пытаясь пересилить узы заклятия, но только делала себе хуже. Наконец она не выдержала и крикнула хрипя, задыхаясь, голосом полным отчаяния: – Господин мой, помоги мне! Я верно тебе служила все эти годы!

Аура ее стала наливаться краснотой, и в нее хлынула энергия. Недолго думая я применил ошеломление. Демоница замолчала и как подкошенная упала на пол.

– Посмотрим, красотка, – сказал я, поднимая тело и освобождая ее от одежды, – что за господин тебе помогал, что ты смогла освободиться от ошейника и преодолеть мое заклятие.