"Виктор Глухов-агент Ада". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 240

Пришла ночь, за день Прокс подстрелил больше двадцати хищниц и растратил все болты, но потери среди летуний не внушили им желания оставить Прокса в покое. Они радостно догоняли раненых и разрывали их в полете, и эти крики привлекали новых созданий, и их становилось все больше и больше. С наступлением темноты стая угомонилась и улетела куда-то в свои гнездовья. Алеш включил ночное видение и решил спускаться ночью, пока ненасытные твари не появились снова. Спуск был труден, шуметь он не хотел, поэтому продвигался медленно и осторожно, часто останавливался перевести дух и давал возможность отдохнуть дрожащим рукам и ногам. К скалолазанию скафандр был не приспособлен, и он отключил систему силовой поддержки экзоскелета. В бинокль он видел, что метров через сто — сто пятьдесят крутые склоны заканчиваются и начинают появляться редкие деревья. «Там будет полегче», — подумал он, но в этот момент неожиданно потерял равновесие и замахал руками. Чтобы как-то удержаться, он выпустил бинокль из руки и стал хватать камни. Но вместо того чтобы удержаться, он оттолкнулся рукой и, сильно прогнувшись назад, стал падать. От отчаяния он резко оттолкнулся ногами и подпрыгнул вверх, пытаясь ухватиться руками за любой выступ среди камней. Сначала ему это удалось, и он прижался телом к скале, глубоко и взволнованно дыша, ногами он стал нащупывать опору и нашел ее. Уже вздохнув свободнее, он уперся ногами, давая рукам немного отдыха, но камень под ним обломился, и он, не успев ухватиться руками, заскользил вниз. Он все быстрее съезжал по неровностям скалы и не успевал пальцами зацепиться за что-нибудь, чтобы остановить свое падение. Он проскользнул мимо спящей летуньи, которая удивленно встряхнулась, услышав шум, и ударился ногами о выступ. Падение прекратилось. Но удар был такой силы, что Прокс присел и, потеряв равновесие, снова стал падать на спину. Судорожно замахав руками, он ухватился за какие-то палки или корни деревьев и на мгновение замер, а потом медленно стал заваливаться назад, таща за собой корни. «Лишь бы не оборвались», — подумал он и услышал гневный крик. Из углубления вылезала и упиралась крыльями летунья. Она была еще сонная и не понимала, что происходит. А Алеш висел спиной над пропастью и держал ее за ноги. Наконец его вес перетянул летунью, и они стали падать вниз. Тварь громко заорала, расправила крылья, и падение перешло в быстрый полет. Летунья большими кругами спускалась вниз, оглашая окрестности испуганным криком. Эти сто метров Прокс проскочил за несколько секунд, и, когда приблизился пологий склон, поросший кустами, он, не желая еще раз полетать над пропастью, отпустил орущую бестию и кубарем покатился по земле, проламывая кусты и подскакивая на кочках. Его кувырки остановило дерево, в которое он врезался со всего маха, и Прокс потерял сознание. Скафандр, получив сигнал о состоянии владельца, быстро провел экспресс-анализ, ввел инъекции и усыпил его.

Сознание возвращалось медленно, Алеш как бы вылезал из туманной мути, преодолевая зыбкость и трясину болота. Он лежал в обнимку с кривоватым деревом на примятом кустарнике. Состояние организма в норме, получил он сигнал от нейросети, на восстановление потрачено сто девятнадцать энеронов. Остаток — пятьдесят шесть энеронов. Значит, лечение с помощью внутреннего запаса работает, обдумав информацию, с облегчением констатировал Прокс.

Он, не вставая, достал жаргонит и закрыл глаза. Он знал, что будет больно, очень больно, но ему необходим был запас энергии.

«Установка имплантата. Выберите режим. Прошла информация».

— Полевой, — прошептал Прокс и утонул в огне. Через пару минут он почувствовал облегчение.

— Имплантат установлен. Ваш запас энергии тысяча двести пятьдесят шесть энеронов.

Еще немного полежав, Прокс поднялся. Он осмотрелся и охнул: если бы не дерево, он улетел бы в пропасть, только случай или судьба помогли ему избежать гибели. Алеш включил экзоскилет и легко двинулся в обход провала по пологому склону. Когда он вышел на открытое пространство, сверху на него спикировала летающая тварь с орлиными ногами.

— Давай, пернатая, подлетай! — ощерился Прокс и достал десантный нож. Он ловко уклонился от больших когтей и нанес режущий удар по телу. Нож, практически не встречая сопротивления, отрубил голову твари. Закувыркавшись, она пролетела пару метров, фонтанируя кровью. Пернатая упала и, неловко переминаясь на лапах, закружила на месте. Через минуту безголовая успокоилась, и только лапы конвульсивно подергивались. Прокс подошел к поверженному противнику и просканировал тело. «Мясо существа пригодно в пищу», — получил он ответ нейросети. Прокс не был брезгливым, в его работе это был бы большой недостаток. Поэтому он освежевал тушку и закинул ее в рюкзак, в пространственный карман. В нем мясо не протухало и не портилось. Прокс посмотрел на небо: в вышине носились твари, но больше не пытались на него напасть. Видно, поняли, что добыча им не по зубам.

Потрясающий мир! Прокс вынужден был признать, что такого многообразия живых форм он не встречал нигде. Даже в его суровом мире, где рождались мутанты вроде него, не было того, что он увидел здесь. Да и такие, как он, были всего лишь побочными продуктами генной инженерии для заселения миров, малопригодных для жизни. Он спокойно, но осторожно пошел дальше. Сомнений, куда же ему идти, у него не было, просто надо идти вниз, и он шел. Странным для него казалось то, что там, на вершине, он встретил монстра, а тут, на склонах горы, за весь дневной переход не обнаружил ни одной опасности. Чем дальше он шел, тем зеленее становился лес и гуще росла трава. Только не было слышно щебетания птиц.

За размышлениями он незаметно вышел на полянку, где стоял небольшой, но уютный домишко, окруженный палисадником. У калитки, опершись на нее, стояла женщина в простом крестьянском платье и с улыбкой смотрела на Прокса.

— Далеко путь держишь, странник? — приятным грудным голосом спросила она. От нее и от самого дома исходила теплая волна покоя и уюта.

— Не знаю, — ответил Алеш. Сканер не показывал наличия врагов, и он начал успокаиваться. Напряжение последних дней сказывалось на его восприятии, ему очень захотелось махнуть на все рукой, очутиться в этом уютном домике и отдыхать, отдыхать, проводя время в беседах с радушной хозяйкой.

— Тогда заходи, гостем будешь; может, я что посоветую, — она улыбнулась спокойной улыбкой, и Проксу показалось, что от улыбки этой демоницы лес стал светлее. Он сделал шаг вперед, и нейросеть завопила как сирена: «Ментальная атака! Физическая атака. Отражение!»

Алеш вздрогнул и увидел вместо женщины и домика огромную паутину, растянутую между двух окаменелых деревьев. А он сам попал в ее липкие объятия. Левая рука и нога были плотно приклеены, и он не мог их оторвать. А сверху на него спускался паук с черным телом и радужно переливающейся головой. Был он размером с небольшую кошку, но от этого не становился менее опасным. В правой руке Прокс зажал нож, а левую, на которой был прикреплен станер, старался навести на паука. С трудом поставил широкополосный режим и стал ждать. Нейросеть продолжала сообщать: «Ментальная атака. Отражение». И с каждой такой фразой переливалась голова паука. Он то подавался назад, тряся своей маленькой башкой, то продвигался вперед к жертве. Наконец он попал в сектор действия сканера, и Алеш выстрелил. Паук замер и упал Лроксу под ноги. Подняв свободную ногу, он с силой опустил ее на голову твари. Раздался хруст, и голова паука размазалась по земле. Достав бластер, Прокс вырезал себя из паутины, а затем сжег ее. За паутиной открылось пространство, уставленное помертвевшими деревьями, высохшие ветки которых были увешаны коконами. Лес больше не казался зеленым и праздничным, не было радующей глаз веселой травы, кругом царило запустение и остатки умирающих деревьев. Как будто убитая тварь высасывала жизнь из растений. Угнетающе действовала картина висящих коконов, которых было почти с сотню. Они казались мертвыми плодами мертвых деревьев в мрачном саду смерти.