Тактик 8 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 34

Золотое сияние, вырвавшееся из перстня герцога, было не просто светом. Это была концентрированная, необузданная сила. Я почувствовал, как воздух внутри купола загустел, наэлектризовался. Стало трудно дышать. Волны энергии, видимые даже невооруженным глазом, расходились от фигуры Ирзифа, как круги по воде, ударяясь в стены магического барьера и отражаясь обратно.

— Ты думал, я так просто сдамся⁈ — хохотал он, и его смех был смехом безумца. — Это «Последний довод королей», герб моего дома! Артефакт, который сжигает всё живое в замкнутом пространстве! Ты умрёшь, выскочка! Ты сгоришь!

Он не врал. Я чувствовал, как жар давил вокруг, заставляя воздух вибрировать как в доменной печи.

Каменные плиты пола под ногами начали светиться, раскаляясь докрасна. Дуэльный купол, призванный обеспечить честный бой, превратился в печь. И температура в ней росла с каждой секундой.

Это был акт отчаяния. Он не смог победить меня в честном бою, поэтому решил убить меня магией. Типичная логика труса, для которого собственная честь — пустой звук, а жизнь простолюдина не стоит и гроша.

Ирзиф расхохотался как пьяница, вспомнивший самую смешную в своей жизни шутку.

Но он кое-чего не учёл. Он не учёл, кто я.

Я не был ни солдатом или рыцарем по рождению, ни даже коренным жителем мира Гинн. Зато я был носителем божественной защиты и личным героем богини Анаи. Пассивный иммунитет к враждебной магии.

Да, от купола Полмоса она меня не защитила, но огненная магия… Пф.

Когда первая волна обжигающей энергии коснулась меня, мой враг с нетерпением ожидал, что я начну кричать от адской боли.

Но вместо этого… ничего.

Для меня это было лишь легкое покалывание, как от статического электричества. Жар был, но он был внешним, он не проникал в моё тело. Моя кожа ощущала его, но он не мог причинить мне вреда. Сияние артефакта омывало меня, проходило сквозь меня, но не обжигало.

Я стоял посреди этого бушующего ада, как скала посреди шторма, и смотрел на герцога. А он смотрел на меня. И постепенно его безумный хохот стихал. На его лице отразилось сначала недоумение, потом растерянность, а затем — тот же самый животный ужас, который я видел в нём мгновение назад.

— Почему… почему ты не горишь? — прошептал он, его губы дрожали. — Ты должен гореть! Артефакт… он работает! Я чувствую, как он сжигает!

— Ты проиграл, Ирзиф, — сказал я холодно, глядя в его полные боли и ужаса глаза. — Я лучше тебя, сильнее и удачливее. К тому же красивее и вообще, у тебя дурацкий смех.

Я не стал его убивать. Это было бы слишком просто.

Я ударил его рукоятью меча в солнечное сплетение. Он согнулся пополам, задыхаясь.

Его обмякшее тело рухнуло на пол. Поединок был окончен.

В тот же миг дуэльный купол с шипением растворился в воздухе. В тронный зал ворвались звуки внешнего мира: в том числе и потрясённые вздохи придворных.

Я стоял над телом поверженного герцога, тяжело дыша. Мои бойцы окружили меня, готовые отразить любую угрозу. Но угроз не было. Все присутствующие, и мои воины, и придворные Ирзифа смотрели на меня с благоговейным ужасом.

Один из телохранителей герцога, пожилой воин с седыми усами, бросился к своему господину. Он проверил его пульс, и на его лице отразилось облегчение.

— Он жив… — пробормотал он. Затем он поднял на меня глаза, в которых не было ненависти. Только усталость и… стыд.

— Как ты мог победить меня, дикарь⁈ — просипел Ирзиф. — Я выиграл сотни сражений один на один, я лучший клинок Газарии!

— Он всегда был таким, — тихо сказал телохранитель, виновато глядя на меня. — Тщеславным. Мы… мы все ему поддавались. На тренировках, на турнирах. Никто не смел победить герцога. Он бы этого не простил. Он бы сгноил в тюрьме. Мы думали, это просто игра, чтобы потешить его самолюбие… Мы не думали, что однажды это приведёт к такому.

Это признание стало последним гвоздём в крышку гроба репутации Ирзифа. Он был не просто побеждён. Он был унижен. Разоблачён. Вся его жизнь, все его «достижения» оказались фарсом.

— Уведите бывшего герцога. Всё по классике, обыск, снять артефакты, поставить магическую блокировку. Одиночная камера, осмотр медика.

Там же, в захваченном замке, я организовал своё первое совещание с городским Советом.

Членов Совета, а в первую очередь Альда Дэрша, очень впечатлил стиль штурма города, а в особенности тот факт, что я никого в ходе этой операции не убил, не ограбил и ничего не сжёг.

Они были далеки от наивных иллюзий того, как действуют завоеватели и достаточно умны, чтобы понимать, что мне нужна была лояльность местных тут не меньше, чем в Вальяде.

Это не то, чтобы вежливость и игра в благородство. Но негласная сделка с Альдом начала действовать и сам по себе захват города был только первым её этапом.

Второй этап — контроль административный и тут я был решителен, как кавалерист на поле боя.

Совет выслушал мои требования: признать меня временно исполняющим обязанности герцога Газарии и Порта-Арми на основании победы в дуэли, чему нашлись свидетели из числа слуг и подчиниться мне.

Члены Совета, двенадцать мужчин и женщин, все как один местные и немолодые, переглянулись и проголосовали как на колхозном собрании, поднятием рук и единогласно.

Что интересно, совещание происходило в том же зале, где вечером я дрался с прежним герцогом.

Символизм как он есть.

— Итак, сэр Рос, Вы герцог не только Вашей этой Кмабирии, — совершенно серьёзно сказал Альд, хотя для него не было секрета в том, что это просто здоровенный кусок проклятых болот. — Но и Гаразии со столицей в Порт-Арми. Какой у Вас будет первый приказ?

— Для начала мне нужны данные по налогам. Ставки, показатели и так далее. Скажу сразу, я хочу большую их часть отменить. Слуг прежнего герцога поувольнять, я планирую расходы его аппарата снизить примерно до нуля. Поэтому я хочу от вас проект налоговой реформы по снижению нагрузки до минимального уровня. Но времени у вас мало.

— Мы широко приветствует такую щедрость нашего нового герцога, — осторожно сказал пожилой, худой как жердь член Совета, чьего имени я пока что не запомнил.

Вообще-то, все члены Совета представились мне, но после суток марша и взятия города соображал я плохо.

— Вы можете этот вопрос взять на себя, ээээ…

— Член Совета Стромхильд, потомок северных торговцев, — подсказал мне он.

— Да-да, именно. Сколько Вам нужно времени?

— Если задача так проста, то… Два дня.

— Отлично и подготовьте проект закона о налогах. В нём должны быть понятно описано, какие налоги мы оставляем и какой у них размер. Я так понял, что прежние налоги вводились хаотично, как диагнозы у хронически больного всеми болезнями, бессистемно и постепенно.

— Да, по мере возрастания аппетита правителя, — ровным голосом сказал Альд. — Мы рады снижению бремени и всё же, как будет наполняться казна региона?

— Забудьте это слово.

— Казна?

— Нет, регион. Газария — сама по себе, вы пока что не часть Бруосакса.

— Часть Маэна? — уточнила пожилая дама, глава ткацкой гильдии.

— Тоже нет, — развёл руками я. — У вас нет определённого статуса. Вы сами по себе. А насчёт наполнения… Будет больше налогоплательщиков — будет больше и сумма сбора. Это, кстати, третий вопрос повестки дня.

— Третий? А второй?

— А второй — это фильтрация аппарата власти. Кто составит мне список органов власти с описанием полномочий и ключевыми фигурами? Сколько там откровенных ставленников Ирзифа?

— Не так уж много и мы всех знаем по именам, — отозвался Альд. — Я могу это взять на себя. Надеюсь… Вы не собираетесь их казнить?

— Если есть за что, могу и казнить, но сама по себе дружба с прежней властью не такой и сильный грех. Всех ставленников я сниму с постов, всё украденное из бюджета отниму, но совсем в нищих обращать не стану. А третье направление — это возврат тех, кто из Газарии ушёл. Однако, вы должны понимать, это всё направления работы вас как гражданской администрации. Пока что мы с вами нашли понимание, вы работаете, с народом поговорите, чтобы информация разошлась, тайн тут особенных нет. Однако у меня на носу вторжение наёмников.