Приручить Змею (СИ) - Оул Евгения - Страница 36

— Так вот чем ты занималась вечерами, когда меня не было, — проворчал, но с гордой улыбкой, мой генерал. Я угукнула и положила голову ему на плечо.

— Он мой! — завизжала Мора, вновь вызывая у меня головную боль. Но её быстро и безжалостно впечатли лицом в пол, заломив руки и не позволяя рыпаться.

— Ты выдала врагам расположение наших кристаллов, помогла им уничтожить нашу защиту, уговорила убить пару генерала, разрушила дома и забрала не одну жизнь тех, кто относился к тебе с добротой, — впервые голос короля звучал так угрожающе и жестко, а глаза блестели холодной сталью. Каждым словом он словно безжалостно хлыстал девушку, но я, повернув голову в её сторону, видела, что сожалений в её сердце нет.

И кто бы мог подумать, что за оставленную ей жизнь — она отплатит таким образом. И меня резанула вина. Это было моим решением, и теперь его последствия были слишком кровавыми. На глаза навернулись слёзы от осознания всего ужаса.

И, увы, слова Сана подтвердили мои страшные опасение — среди наших тоже были потери.

Но поцелуй в висок мигом прогнал ту тьму, что стала окутывать холодными пальцами мою душу.

— Ты ни в чём не виновата, — прочеканил генерал, но смотрел он с ненавистью на свою поклонницу. — Это всё она. И она заслуживает смерти.

Даже удерживая меня одной рукой, Ис достал свой меч другой и замахнулся, чтобы покончить с этой ненормальной. Я же вспомнила того дикаря, что дела всё точно так же. Меня передернуло, хотя и понимала, что никакой угрозы для меня сейчас нет.

Но тут заметила восторженный взгляд Моры и меня снова передёрнуло.

Ну уж нет.

— Не надо марать об такую, как она, руки. Да и не заслуживает она смерти от тебя, — прошептала я, ведь в первый раз просто хотела, чтобы она жила в страданиях. Теперь же не хотела, чтобы она получила желаемое — смерть от меча генерала, в которого была влюблена.

— Убейте меня, мой генерал! — завизжала она, как ненормальная и омерзение к ней только усилилось, даже на корне языка словно кислота образовалась. — Покажите тем самым свою любовь! — она дергалась, вилась, как змея и при этом улыбалась, как безумная, но вырваться никак не могла.

Эроис поморщился, меч опустил и убрал в ножны.

Мора, осознав, что не будет так, как планировала она, истошно заорала, стала брыкаться ещё активнее. Я только удивлялась, как суставы себе ещё никакие не вывихнула. Поморщилась и сделала глубокий вдох, сдерживая себя, чтобы не отвернуться и не попроситься наконец-то домой.

— Привяжите её к телу Дракса, — потирая виски, устало приказал король, но его голос звенел от злости. — И все тела дикарей выкиньте под лесом. Пусть звери полакомятся.

Меня даже не затронула совесть, что ее сожрут живьем и это слишком жестоко. После того, что Мора натворила, она другого и не заслуживала. Жестоко? Да. Но поделом ей. Я змея, и жалости к тем, кто тронул мой дом, я не знаю.

Глава 15

Та ночь запомнилась многим, и стереть её из памяти, как страшный сон, вряд ли кому-то удасться.

И хотя я была ужасно напряжена и стала дергаться на каждый стук, в объятиях Эроиса быстро уснула. Правда, даже во сне всё было кровавым, а удаляющиеся крики Моры, которая отказывался принимать свою судьбу, звенели в ушах, вызывая дрожь.

Кошмары снова стали моими постоянными ночными посетителями.

Сама-то я справлялась, а вот моему валькийцу было из-за этого плохо.

Эроис извинялся передо мной снова и снова, ведь обещал защитить, но подверг риску смерти. Мои попытки уверить его, что ни в чём он не виноват, заканчивались молчаливыми объятиями и тяжелой тишиной, что нарушалась лишь его нервным сопением.

Я пыталась быть терпеливой, правда.

Но спустя месяц его гипер-опеки, бесконечного ношения на руках и уговоров сидеть дома, не выходя в теплицы — и это сейчас, когда мои мази воистину были нужны, ведь были раненые, были разрушены дома, которые теперь отстроились и многие снова получали мелкие, да травмы и растяжки! — я не выдержала.

— Эроис Лан! — холодно прочеканила я прямо на улице, резко развернувшись к нему лицом и грозно уперев руки в бока.

Генерал, что удрученно топал за мной и снова бубнел о том, что дома лучше, застыл и испуганно икнул.

Мой «добрый» взгляд отлично справился с задачей и пробрал его до дрожи в костях.

Кто-то из прохожих охнул и потом хохотнул. Любопытных детишек, что открыв рты, ждали шоу, услужливо отвели подальше.

— Маленькая… — жалобно начал он, осторожно сделав шаг ко мне, протягивая руки, намереваясь затискать и утихомирить привычны способом — нежностью и поцелуями.

Но я выставила предупреждающе руку вперед и нахмурилась ещё больше, показывая, что нет, дружок, не в этот раз.

— Пока не успокоишься и не утихомиришь инстинк защиты, а ещё не засунешь вину в задницу, ко мне не прикасайся, — выдвинула ультиматум, сразу уловив ещё горечь, удивление и растерянность.

Не став дожидаться ответа, развернулась на пятках и потопала в теплицы уверенным шагом.

Пусть денек подумает, вечером сама его заобнимаю, ведь тоску ощущала уже. Да и злость была лишь кратковременной вспышкой, которая уже потухла.

Правда, погулять и успокоиться мне не дал тот же Алур, что снова появился передо мной. И теперь я никак не могла назвать его тем пугливым наивным юнцом, что боялся поднять взгляд.

Он слишком резко повзрослел и больше не дарил всем смущённую улыбку. Но хотя бы искры в глазах начали снова иногда проблескивать — и это радовало, ведь видеть его серьезным, но потухшим — было чертовски больно. И он был лишь одним из сотни, кто так изменился.

И я хотела просить прощения у каждого, но Эроис и Алира уверили, что меня всё так же все любят, вины моей в произошедшем никто не видит.

Помощница моя, видя мои метания и страдания, лишь усмехалась беззлобно, говоря что мы с генералом невероятно похожи, беря на себя то, что не должны. И я была с ней согласна, но в этом не признавалась никому.

— Вас хочет видеть король, моя госпожа, — почтительно склонился, держа спину идеально прямо. — Я вас проведу, — прочеканил он бесстрастно. Я горько усмехнулась и, не став сдерживаться, забив на правила поведения, да и не став упускать возможности — потрепала по каштановым волосам, дабы хоть как-то его расшевелить и пробудить от замкнутости. Раньше я бы и не стала обращать внимания, но здесь стала более эмпатичной и перестала сдерживать свои порывы и хочучки.

И сразу рассмеялась, так как Алур словно испуганно дернулся и поднял на меня неверящий взгляд. И эти его эмоции сразу сделала его тем самым мальчишкой. Ещё и румянец очаровательно так окрасил лицо, что я лишь шире улыбнулась.

— Буду благодарна за помощь, — юнец кашлянул, отвёл взгляд и кратко кивнул.

— Генерала так же оповестят и он прибудет сразу за вами, — добавил Алур спокойнее, но смотреть на меня теперь стеснялся. Хорошо, что тут друг другу верят и никто не станет шептаться о том, что я тут себе молодого любовничка соблазнила, змеюка такая ненасытная. Но и понимала, что уж слишком быть милой с другими, особенно особями мужского пола, не стоит. Эроис будет дуться и потом рычать на всех и вся.

Только мысли об Исе вызывали улыбку и тепло в груди, которое приятным пушистым пледом окутывало сердце.

Да и уже чистые улицы,отстроенные дома и бодрые улыбки и перекрикивая детишек, что свободно и счастливо носились по округе — тоже знатно поднимали настроение.

Солнышко, свежий, но уже с легкими порывами тепла ветерок, запах пробуждающейся природы, урчание калиров, которое больше напоминало пение птиц — всё помогало восстановить душевный покой.

Прислушавшись, уловила присуствие мужа, что держал дистанцию. Странно, он наверняка улавливал моё настроение и знал, что я больше не злюсь, но почему-то не приближался и не брал на руки, как обычно.

Будь я прежней, на Земле, я бы гордо шагала дальше, желая, дабы мужчина помучился. Но мой валькиец был таким сладким, что я сама размякла и от его сахарности подобрела и уже мало напоминала саму себя в прошлом.