"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Новиков Николай Васильевич - Страница 1496

— Сам успокаивай её. Ты прекрасно знаешь, что мне нет до этого дела, хотя с Йордом, конечно, я разберусь.

— Она твоя невеста. Неплохо было бы хотя бы говорить с ней иногда. — Второй мужчина зарычал раздражённо.

— Она с самого начала знала, на что соглашается, и нечего теперь строить из себя жертву. Кроме того, она играла в те же игры, что и Розина, за моей спиной, наказывая ту, что сделала для этого клана больше, чем весь Скайхельм вместе взятый. — В голосе Райлена слышалась едкая злость.

— Но ведь ты сам…

— Заткнись! Ладно, я спущусь вниз.

Его собеседник громко хмыкнул, входя в комнату, но подойти ко мне не успел.

— Выметайся отсюда и позови Альму. Тебя с Эллой одного я не оставлю.

— Ты не сможешь держать меня в стороне постоянно. — Иво явно не понравился такой ответ.

— Я твой ярл. И её — тоже. — Уже удаляясь, ответил Райлен.

***

Я проснулась резко — с гудящей головой, пересохшим горлом и бешено колотящимся сердцем.

А вдруг кто-то снова попытается навредить мне, пока я валяюсь без сознания? Вдруг отравят? Нападут? Да и Ярл должен был скоро прибыть, и мне нужно было встретить его во всеоружии.

Открыв глаза, я поняла, что никакого нападения не будет — и что никакое «вооружение» мне тоже не понадобится. Я находилась не в обледеневшем сарае, окоченевшая от холода, лежащая на крохотной скамейке, а в богато убранных покоях, укрытая таким количеством шкур, что едва могла дышать. Буквально выкопав себя из-под них, я принялась пристально осматривать комнату.

Помещение было роскошным. Вероятно, самой богатой комнатой, в которой мне когда-либо доводилось находиться. Высокие потолки с массивными деревянными балками, несколько окон закрыты ставнями, но одно — с северной стороны — оставалось открытым, пропуская дневной свет.

На полу лежал ковер! Самый настоящий льняной ковер, и я даже провела по нему рукой, не веря, что такое возможно. Здесь были столик, скамья, несколько сундуков и даже зеркало из полированной бронзы. Жаровня давно потухла, но после удушающего тепла под шкурами я была только рада этому. На скамье лежала ещё одна меховая накидка.

Наверное, так живут жёны и невесты ярлов…

Эта мысль так взволновала меня, что я резко вскочила, тут же почувствовав, как закружилась голова. На теле была лишь нижняя рубашка из тончайшего шёлка, но это не остановило меня — я тут же вышла за дверь большой комнаты, оказавшись в холодном, мрачном коридоре.

Нет, я была не в покоях ярла…

События последних дней спутались в памяти. Я не могла сказать, сколько времени провела в беспамятстве, сколько дней — в сарае, и какое сейчас число.

Вернувшись в комнату, я только сейчас заметила, что на тонкой циновке в углу посапывает Альма, но будить её не стала. Вместо этого медленно подошла к открытому окну — и поразилась тишине снаружи. Окно выходило за северную внешнюю стену крепости, и внизу, чуть поодаль, возле столба для наказаний, стояли десятки людей. Все они чего-то ждали.

Или кого-то.

Наверняка они перешёптывались, переговаривались, но с такого расстояния я не слышала ни звука — пока вперёд, к столбу, не вышло несколько человек. Первым, чей голос я отчётливо различила, был Райлен. И почему-то, услышав его, мне сразу же захотелось закрыть окно.

Впервые всё внутри меня желало забыть об этом мужчине. Мне больше не хотелось напоминать ему, кто я, или узнавать, как он жил эти десять лет. Райлен приносил мне только унижение и боль, и стоило мне хоть немного приблизиться к нему, как я неизменно погрязала в очень серьезных проблемах. Часто таких, что искалечили бы обычного человека.

Этот Райлен не был моим Райленом. Он принадлежал Бриджид, Розине, ярлу Ярвену, Иво, своим ходьдам, даже Оде. Все они боролись за кусочек этого мужчины и были готовы идти по головам за место рядом с ним — в том или ином положении. Ему даже не нужно было ничего делать — его волшебная кровь, сила и харизма вершили всё за него, поглощая каждого, кто, по мнению толпы, не вписывался в окружение ярла. И он… позволял это.

Я отпускаю тебя, Рей.

Я всего лишь хочу покоя для себя и своей семьи. И близкое присутствие в моей жизни Райлена, ярла Райлена, означало что я никогда не добьюсь этой цели.

— Йорд из клана Блэкторн! — громкий голос ярла пронёсся сквозь толпу, доходя до меня, но я больше не чувствовала никаких эмоций. — Ты предал свой клан, нарушив приказ своего ярла. Более того, ты без причины и вопреки воле своего ярла, напал на одну из своих! На ту, кто проливала кровь за этот клан, рисковала жизнью, спасла десятки прославленных воинов нашего клана! На ту, кто вынесла камни клана Обречённых, вернувшись оттуда, где сгинули сотни сынов Айзенвейла! Отрицаешь ли ты свою вину?

— Нет, мой ярл! — голос Йорда зычный, полон решимости и преданности. — Я сделаю всё, чтобы искупить свою вину перед вами! Я правда верил, что Розина могла носить ваше дитя!

— Эту вину невозможно искупить. Ты, один из военачальников клана Блэкторн, мой собственный хольд, решил следовать безумным идеям своей любовницы, служанки в крепости, и предпочёл её слова приказам твоего ярла. Напал на одного из своих.

Из толпы донеслось несколько знакомых, недовольных голосов, но слова я не различила. Дирк?

— Йорд из клана Блэкторн! — громко продолжил Райлен. — С сегодняшнего дня ты становишься Йордом Отвергнутым, ты исключён из клана. Ни один воин в Блэкхейвене и за его пределами, в наших вассальных кланах, не должен доверять тебе. Пятьдесят ударов плетью! После этого ты и твоя любовница покинете земли клана и не посмеете приблизиться ни к Блэкхейвену, ни к нашим вассалам.

Я не видела выражения лица Йорда, но даже с такого расстояния услышала его судорожный вдох, полный ужаса. Быть исключённым, отвергнутым кланом, который уже является главным в Айзенвейле… стать слабее, болеть, жить меньше, лишиться возможности общаться с друзьями, возможно, даже с семьёй. Хотя нет, те всегда могут навестить его на пустых землях.

— Мой ярл… — в наступившей тишине голос Йорда прозвучал особенно страшно, но Райлен не реагировал.

Я внезапно осознала, что ярл смотрел прямо на меня — ищущим, пытливым взглядом, игнорируя всех вокруг. В его глазах горело лёгкое облегчение, но одновременно — тревожное беспокойство. И вновь это не вызвало у меня никаких эмоций, словно то дурацкое наказание в сарае убило что-то в моей душе.

— После окончания наказания ты заберёшь свою любовницу и отправишься на пустые земли. Розина, ты никогда не будешь принята в клан Блэкторн или вассальные кланы. Твой ребёнок, если он существует, не должен нести ответственность за поступки родителей. Он будет принят в клан, — Райлен развернулся… на Розину, наверное, смотря на неё ровно столько, сколько требовалось для её приговора, но с такого расстояния я не могла разглядеть девушку.

Пока она не бросилась к его ногам из первого ряда зрителей.

Я даже не сразу узнала её — пушистые, блестящие каштановые волосы безжизненно свисали по обеим сторонам осунувшегося лица, плотное, невзрачное платье простых цветов смешивало её с толпой.

Теперь никто бы не принял её за Красную Сольвейг или будущую хозяйку.

— Нет, мой ярл! Это твоё дитя, прошу, не губи! Мой клан только недавно стал твоим вассалом, ты не можешь так поступить! — она буквально рыдала.

— Это не может быть мой ребёнок, — Райлен даже не взглянул на неё ещё раз.

Почему он смотрит на меня? Чего ждёт? Одобрения?

Раздался свист первого удара плети, но Йорд не закричал. Действие камней продлится ещё много месяцев, и пока они не понимали всей глубины своих проблем.

Я равнодушно пожала плечами и отошла на шаг, не желая слышать мучений мужчины, не догадываясь о том, сколько человек на лбдало за мной. Не зная, что стоило мне скрыться, как в серых глазах ярла отразились недовольство, сожаление и разочарование.