Дом Мэлори. "Мама, ты справишься!" (СИ) - Ханевская Юлия - Страница 26

Я не поверила глазам. Я знала, что туда клала. Они не могли исчезнуть.

— Это все? — холодно спросил он. — Эти стеклянные сосуды и сушеные травы?

— Конечно. Вы можете понюхать — ничего запретного. Я лечу детей. Что в этом плохого?

Он долго смотрел на меня, сжимая пустой мешочек в руке. Потом резким движением затянул завязку, хотя в этом не было потребности, ведь внутри ничего не осталось.

— Мы все равно сообщим в город. Пускай инквизитор решит.

Я едва кивнула.

Он вышел, бросив мешочек мне под ноги.

Когда дверь захлопнулась, а по лестнице послышались тяжелые шаги, я осталась стоять в тишине. Нужно было проводить дьяконов, закрыть за ними калитку. Но меня словно к месту приморозило, я не могла пошевелиться от пережитого страха и волнения.

Сглотнув, я подняла руки и растерла лицо ладонями. Глубоко вздохнула и решительно вышла из спальни. Молодой проверяющий уже стоял рядом с напарником и что-то ему говорил. Я подошла к ним, стараясь держать лицо.

— Значит, у вас тайник с травами? — обратился ко мне старый дьякон. — Неосмотрительно было не рассказать нам об этом.

— Простите, я вспомнила о нем не сразу. Не думала, что это важно, ведь это просто сборы от кашля.

Он нахмурился и странно на меня посмотрел.

— В любом случае, это уже не нам решать. Ожидайте визита инквизитора. Ваша судьба уже в его руках.

— А когда? Как скоро он приедет?

— Как только получит от нас извещение и найдет время на визит. Всего хорошего, Мэлори Бут.

Старик вышел за ворота первым, а вот его напарник задержался, чтобы бросить через плечо:

— Уверен, мы очень скоро увидимся снова. Это будет мой первый костер инквизиции.

Я ничего не ответила. Прикрыла за ними калитку, задвинула засов, повернулась и привалилась спиной, зажмурившись. Как же я могла так вляпаться? Это ужасно, просто ужасно! Но… он нашел только колбы и травы, больше ничего. Куда же делись книги с амулетом?

Сердце еще колотилось, как бешеное, когда я медленно вернулась в дом. Шла и прислушивалась, словно опасаясь, что дьяконы вновь ворвутся сюда с проверкой. К счастью, ничего подобного не случилось.

Я поднялась в спальню, подошла к кровати и осмотрела все, что лежало на покрывале. Да, травы. Да, колбы. Но... Где же книги? Где магический амулет?

Стук.

Я обернулась.

На подоконнике спальни, прямо на солнечном пятне, сидел кот.

С янтарными глазами и гладкой полосатой шерстью, в которой смешались коричневый, серый, белый и рыжий цвета. Я видела его всего один раз — в сарае, в тот день, когда пьяный Ромул приволок меня туда и заставил убирать навоз. Тогда кот наблюдал за мной с потолочной балки, а потом спрыгнул и приблизился, позволив себя погладить.

А сейчас он просто смотрел. В глаза. В самую душу.

— Это ты?.. — прошептала я.

Кот фыркнул, мягко спрыгнул с подоконника и исчез в тени за дверью. Я поторопилась следом, готовая поверить во что угодно. Даже в волшебную силу этого маленького зверя, не пойми каким образом спрятавшего книги от дьяконов.

Выскочив к лестнице, я замерла, вцепившись в перила.

Итан сидел на нижней ступени, повернувшись ко мне боком и привалившись спиной к стене. Лицо серьезное, губы плотно сжаты. На коленях у него — книги. Те самые. И амулет поверх них.

— Это… — Я осеклась и быстро спустилась. — Где ты это взял?

Он посмотрел на меня снизу вверх. Не испуганный. Взрослый взгляд. Слишком взрослый для его возраста.

— Я видел, как ты читала эту книгу. Видел, как варила зелье, — сказал он негромко. — Тогда еще пахло странно... Ты думала, я сплю.

Послышались тихие шаги, и из-за угла показался Мэтти. Его глаза были широко распахнуты — он все понимал и, похоже, тоже знал о моих действиях больше, чем мне хотелось бы.

— Когда эти люди начали искать, я испугался, — продолжил Итан. — Думал, они найдут. Я достал мешочек, когда они были в нашей с Мэтти комнате. Вытащил книги с амулетом и с прятал в кладовой. Там уже осмотрели все к тому моменту.

Я присела перед ним на корточки. Положила руку на его плечо, почувствовала, как напряжены мышцы.

— Спасибо тебе. Ты поступил правильно и очень смело. Но это могло быть опасно.

— А ты… — он сглотнул, нахмурился, подбирая слова. — Ты… ведьма?

Мэтти затаил дыхание, а Итан не отводил взгляда от моего лица.

Я вздохнула. Хотелось сказать «нет». Хотелось защитить их от всего — и от правды тоже. Но ложь сейчас будет хуже. Итан уже все видел. Он достоин честного ответа.

— Я ваша мама, — тихо сказала я. — Это самое главное. Я сделаю все, чтобы защитить вас. Даже если для этого придется быть ведьмой.

Он моргнул. Затем кивнул и крепко прижал к себе книги.

— Тогда тебе нужно быть осторожней, — произнес он. — И не хранить от меня секреты. Чтобы я тоже смог защищать нас.

Я почувствовала, как сдавливает горло, но только кивнула в ответ и погладила его по голове.

Мэтти подошел ближе и обнял меня. Я обняла их обоих.

— Нам нужно будет найти, куда спрятать это получше. И решить, что делать дальше. Но сейчас… пойдем. Я заварю нам горячий чай, полакомимся медом и успокоимся. Нам всем нужно прийти в себя.

Мы втроем прошли на кухню.

На подоконнике, прямо у кувшина с водой, сидел кот. Похоже, окна — его любимое место в доме. Лапы сложены, хвост обвился вокруг них кольцом. Он смотрел на нас, не шелохнувшись, с чуть прищуренным взглядом — лениво, но в то же время цепко, ловя каждое движение.

— И снова ты… — пробормотала я.

Итан подошел ближе, будто вовсе не удивлен.

— Он здесь давно, — спокойно сказал мальчик и осторожно протянул руку. — Только появляется, когда хочет. Не бойся, он добрый.

Кот позволил почесать себя за ухом, слегка склонив голову, и даже замурчал негромко.

— Он мне показал, где мешочек, — сказал Итан. — Не сказал, конечно. Просто… залез туда сам, прыгнул на балку, потом лапой ткнул. Я понял. Он знал, что там что-то важное.

Я присела на лавку, чувствуя, как по спине пробегает дрожь. Кот сидел спокойно, глядя мне прямо в глаза, будто знал, что я думаю. Не простой он.

— Итан… ты уверен, что он показал тебе нужное место? Может, он просто прогуливался по балкам?

— Уверен, — кивнул мальчик. — Он знал, что дьяконы что-то ищут. Я сначала подумал, что он мышей гоняет. А потом понял — он вел меня. Он как будто не просто кот…

Мэтти молча подошел ближе, глядя на зверя с любопытством. Кот лениво перевел на него взгляд.

— Его кто-нибудь кормил вообще? — спросила я, вставая. — Может, он голоден?

Кот мягко спрыгнул с подоконника и, как ни в чем не бывало, прошелся по кухне, осматриваясь. Уверенный, бесшумный. Как хозяин.

Я достала из шкафчика плошку, налила туда оставшееся с завтрака молоко и поставила на пол.

— Иди, попробуй. Это тебе, — пригласила я, глядя на кота.

Он остановился в паре шагов от миски, замер, понюхал… и отвернулся. Поднял голову, посмотрел на меня в упор, как будто хотел сказать: "Мне это не нужно."

Потом развернулся и мягко, почти бесшумно, отправился к приоткрытой двери. Юркнул в щель и исчез во дворе.

— Он не ест, — удивленно пробормотал Итан. — А ведь пахнет вкусно…

— Я думаю, он не совсем кот, — медленно произнесла я.

— А кто?

Я присела рядом с ним, поправляя ему ворот рубахи.

— Может, посланник. Или хранитель. Когда я была маленькая, у мамы был кот… такой же полосатый, с золотистыми глазами. Я почти забыла о нем. Он всегда знал, когда кто-то болен, когда в дом идет беда. Иногда его не было неделями, а потом он появлялся — в нужную минуту.

— Этот кот похож на того?

Я забрала у сына книги и провела пальцами по краю амулета.

— Очень, — кивнула. — Может быть… это и есть он.

Мы оба замолчали. Мэтти, сев рядом, поглядывал то на меня, то на брата.

На секунду мне показалось, что за окном мелькнула тень, но, когда я обернулась — увидела лишь зеленые ветви зацветающей сирени.