Петербург на границе цивилизаций - Тюрин Александр Владимирович "Trund" - Страница 94

Вспомним, как марксисты осуждали Петра за применение трудовой повинности при строительстве города. Но повторю, что либо капитал мобилизует людей ради своего накопления, либо государство мобилизует людей ради общего дела и общих нужд.

Когда расчистили трамвайные пути – с марта заработало грузовое трамвайное сообщение, а с 15 апреля – пассажирское. Иного общественного транспорта, кроме трамвая, в городе еще долго не будет.

А к 1 октября 1942 многие дома в Ленинграде получили воду и действующую канализацию, было восстановлено и отеплено несколько сотен тысяч метров водопроводных труб, остеклены сотни тысяч квадратных метров окон. Ленинградцы отремонтировали десятки тысяч печей, очистили дымоходы, восстановили кровли, отеплили чердаки и подвалы. Все было сделано, чтобы кошмар первой блокадной зимы не повторился.

Если подытожить итоги по движению населения из города, в котором главную роль сыграла «дорога жизни», то по данным Ленинградской городской эвакуационной комиссии от апреля 1943 г.: с 29 июня 1941 г. по 1 апреля 1943 г. из Ленинграда было эвакуировано 1743129 человек, в том числе 1448338 ленинградцев, 147291 жителей Ленинградской области, 147500 жителей прибалтийских республик.[245]

Прорыв блокады

Природные условия района южнее Ладожского озера, в который врезался Шлиссельбургско-Синявинский выступ, способствовали обороне немцев. Синявинские высоты позволяли просматривать и простреливать всю местность к северу от Синявина. Остальная местность была открытой и болотистой с мелколесьем, участками торфоразработок и плохо промерзающим грунтом, что делало его труднопроходимым для советских танков, самоходной и буксируемой артиллерии.

К югу от Синявино тянулся сплошной лесной массив, позволяющий противнику скрытно сосредотачивать резервы и наносить фланговые удар по нашим наступающим частям. Особую трудность представляло форсирование широкой Невы, на правом высоком берегу которой находилась артиллерия противника.

Генерал-лейтенант Леонид Говоров, командующий Ленинградским фронтом, родился в крестьянской семье в Вятской губернии, учился в Петербургском политехническом институте на кораблестроительном факультете, был прапорщиком в русской императорской армии, добровольцем вступил в Западную отдельную армию, входящую в Русскую армию под командованием Колчака, поручил там чин подпоручика. После поражения сил Колчака, к чему хорошо приложили руку не только красные, но и «союзники», вступил в РККА. Участвовал в Зимней войне в прорыве линии Маннергейма, как начальник артиллерии 7-ой армии. С конца октября 1942, генерал Говоров как командующий Ленинградским фронтом планировал операцию «Искра» по прорыву блокады Ленинграда с целью рассечь Синявинскую группировку вермахта ударам Ленинградского и Волховского фронтов.

Говоров тщательно готовил войска к прорыву эшелонированной обороны противника; учения включали и форсирование водной преграды, и наведение переправ для танков и артиллерии, и отработку действий в лесисто-болотистой местности. И, конечно, особое внимание уделялось подавлению и уничтожению артиллерии и огневых точек противника, чтобы «ни один пулемет не смог вести огня по нашей пехоте и в особенности тогда, когда она будет преодолевать широкую ледовую поверхность Невы». Особое значение предавал Говоров подавлению вражеских минометов, для чего были созданы многочисленные группы контрминометной борьбы.

Для ведения контрбатарейной борьбы привлекалась и артиллерия Балтфлота, которой командовал вице-адмирал Иван Грен. В состав морской артиллерии, участвовавшей в прорыве блокады, участвовало 12 тяжелых батарей на железнодорожных платформах, 11 стационарных батарей, на Неве действовало пять эсминцев и три канонерки. Особое внимание уделялось работе артиллерии по тылам противника, по наблюдательным и опорным пунктам, чтобы не давать ему возможности маневрировать и подбрасывать резервы, что нарушить связь и систему управления войсками у немцев. Для этого была создана специальная группа АР – артиллерии разрушения. А артиллерия групп поддержки пехоты должна была подавлять огневые точки противника методом огневого вала. (Наши войска применяют его и в сегодняшних боевых действиях.) Последовательно сосредоточивая огня на позициях противника перед нашей наступающей пехотой. Разрушение системы инженерных сооружений противника на переднем крае противника – на глубину до 200 м от кромки льда – должно было произвести орудиями прямой наводки.

12 января 1943 г. началась наступательная операция советских войск по прорыву блокады.

Наша артиллерия прямой наводкой вела огонь через Неву, уничтожая дзоты противника, подавляя пулеметы, поднимая на воздух брустверы вражеских траншей. Более 4500 орудий и минометов участвовали в артиллерийском наступлении.

В 11 часов 50 минут с левобережного плацдарма в районе Московской Дубровки перешла в атаку 45-я гвардейская стрелковая дивизия. Северо-восточнее ее, из траншей правого берега Невы, двинулась на невский лед пехота соседних дивизий. Несмотря на торосы и полыньи, нашей пехоте удалось преодолеть реку за 6–8 мин. Во вражеские траншеи первыми ворвались штурмовые группы и отряды разграждения, которые скрытно подошли к переднему краю немцев еще во время артиллерийской подготовки. Одной из первых шла на левый берег бригада морской пехоты – «черная смерть» для врага. Наступление наших частей было настолько стремительным, что уже через 15–20 мин. после начала атаки первый эшелон наступающих войск полностью овладел передовыми позициями немцев вдоль левого берега. Огненный вал шириной семь километров катился дальше; русские солдаты, захватив первую и вторую линию немецких траншей, двигались непосредственно за ним. В то же время наша морская артиллерия била по тылам немцев, выпустив за три часа около 8 тыс. снарядов.

Тем не менее, прорыв оборонительной полосы противника был осуществлен только двумя дивизиями, наступавшими в центре. Правофланговая 45-ая гвардейская стреловая дивизия, наступавшая с плацдарма в районе Московской Дубровки, успеха не имела, оказавшись под шквальным огнем немцев из районов Арбузово, Синявино, Мги, со стороны 8-ой ГЭС. Неудачно шло наступление и на левом фланге в районе Шлиссельбурга, где действовала 86-ая дивизия.

Говоров ввел в бой второй эшелон 86-й дивизии, но не прямо, а с левого фланга успешной 136 дивизии, так чтобы он нанес удар на север вдоль берега Невы. Усилен он был танками 61-й танковой бригады. Преодолев на больших скоростях Неву, танки ворвались в Марьино, где располагались тылы 170-й пехотной дивизии противника, и стали утюжить их. К концу короткого зимнего дня наши войска создали на левом берегу Невы плацдарм на 6 км в ширину и 3 км в глубину, который позволял наращивать силы и переправлять по льду дивизионную, а затем и тяжелую артиллерию.

На следующий день, 13 января, вермахт предпринял отчаянные усилия, чтобы помешать соединению Ленинградского и Волховского фронтов. Южнее Шлиссельбурга немцы ударили на север вдоль Невы от рабочих городков №1 и 2, и им удалось нависнуть над флангом и тылами 136-й дивизии, значительно продвинувшейся на восток. Наше командование выдвинули на угрожаемое направление подвижной противотанковый резерв. Затем прегруппировавшаяся 268-я стрелковая дивизия и подоспевшая 142-я стрелковая прикрыли фланг и тыл 136-й дивизии. 86-я стрелковая дивизия, наконец, смогла продвинуться к южной окраине Шлиссельбурга.

На этот день войска Волховского фронта вели бой за овладение опорным пунктом Липки и рабочим поселком №8, но продвинулись незначительно.

14 января продвижение наших частей затухало, за исключением 136-й дивизии генерал-майора Н. Симоняка, которая сыграла примерно ту же роль, что и 13-ая гвардейская стрелковая дивизия полковника Родимцева в Сталинграде.

136-ая дивизия прорвалась к рабочему поселку №5 с запада. Со стороны Волхова 2-ая ударная армия генерала Романовского окружила опорник немцев в рабочем поселке №8 и, сломив сопротивление врага южнее рабочего поселка №5, прорвала второй оборонительный рубеж немцев и овладела железнодорожной станцией Подгорная.