Петербург на границе цивилизаций - Тюрин Александр Владимирович "Trund" - Страница 86

Финляндия после присоединения к Российской Империи, с помощью дарованных российской властью привилегий, была превращена из нищей задавленной повинностями и поборами шведской колонии (к примеру, в конце XVII в., в самый расцвет шведского великодержавия, там умирает от голода около четверти населения) в абсолютно благополучный край.

Княжество пользуется широчайшей автономией. В частности, на него так и не была распространена ни рекрутская, ни всеобщая воинская повинность империи (с 1880 по 1899 за счет финских призывников формируется собственное финляндское войско, с 1904 платится небольшой налог вместо призывников), в то же время финляндские уроженцы имеют все возможности делать профессиональную военную карьеру в русской армии и флоте. Среди них будет и финляндский швед барон Маннергейм, чьи предки переселились в Швецию из Голландии в период активной дружбы двух протестантских стран времен Тридцатилетней войны. И если в нижних офицерских чинах финляндцы и остзейцы составляли 4%, то среди генералитета – четверть. Русские купцы не имели прав на торговлю в финляндском княжестве, в то время как финляндские предприниматели свободно торговали по всей империи.

У Финляндии собственная таможня, она не платит налогов в российский бюджет, в то же время за счет российской казны здесь идет строительство каналов и дорог. Княжество имеет собственные законы, валюту и полностью автономную полицию. Чем прекрасно пользуются террористы. За попытку внедрения русского языка в обучение и делопроизводство Финляндии в 1904 убивают генерал-губернатора Н. Бобрикова.

До сих пор и либералы, и марксисты, и финские националисты пишут об ужасах «русификации» в Финляндии. Хотя во всех западных государствах единый государственный язык насаждался железной рукой. И если бы российские власти действительно провели бы русификацию, то есть внедрение общегосударственного языка в административную и образовательную сферу новой провинции на северо-западе империи еще в начале XIX в. – как то происходило в той же Пруссии или Франции – не было бы потом ни четырех финско-советских войн, ни финских войск, осаждающих Ленинград, ни финской оккупации российской Карелии…

В финской культуре господствует националистическая романтика. Финляндский швед Лённрот на основе преданий, сохранившихся у российских карел, сочиняет национальный «финский эпос» «Калевала».

Финляндский швед Кастрен, изрядно попутешествовав на деньги от Русской академии наук, создает теорию происхождения от финнов всех народов уральской языковой семьи, как на севере России, так и в бассейнах Волги и Камы. Отчего многие народности на территории России стали прозываться «финнами» или «угрофиннами», хотя никакие их предки не жили в Финляндии. И это еще аукнется Петербургу в недалеком будущем.

Либеральные писаки прославляют финскую нацию как образец западных добродетелей, блистающую на фоне русских пьяниц, полуазиатов и лентяев. Финское общество заражается злобной русофобией.

31 декабря 1917 советское правительство интернационалистов без каких-либо условий признает независимость Финляндии, зная, что правительство Свинхувуда уже обратилось к Германии с просьбой прислать войска.

Западники, от монарха Александра I до марксистов из Политбюро РСДРП, совместными усилиями заложили бомбу огромной разрушительной силы у самых стен Петербурга-Ленинграда – и она сработает во время Второй мировой войны. И это тоже одна из тайн самого западного города России.

В январе 1918 начинается гражданская война (Suomen sisällissota) между красными финнами и белыми финнами под командованием Маннергейма, которых поддержала Германия, послав две дивизии и егерские финские батальоны, сражавшиеся на немецкой стороне в мировую войну. (Финнов, как мы помним, в русскую армию не призывали.) Открытую военную помощь силам Маннергейма оказала и Швеция.

Старая русская армия – численность которой на финляндской территории в конце 1917 г. составляла около 100 тыс. штыков – после того как Политбюро РСДРП подарило в декабре 1917 Финляндии независимость, была фактически парализована в своих гарнизонах. (А могла бы, шутя, раздавить финских националистов.) Антивоенные агитаторы продолжали там свою работу и после революции. Белые финны легко проводили ликвидации русских гарнизонов, захватывая их вооружение и боеприпасы, как например в Ваасе и на Аландских островах. Политбюро (тогда именуемое уже Бюро РСДРП), при всех разговорах о «мировой революции», было практически безучастным и к судьбе красных финнов, и, само собой, к судьбе русского населения в Финляндии и к российскому имуществу там. А финны захватывают как все русские государственные имущества, так и почти все частные имущества русских.

В начале января 1918 финны нападают на подразделения русской армии, расквартированные на Аландских островах – причем помощь им оказывает шведский флот. В марте–апреле 1918 финны препятствуют уходу русских военных кораблей из Гельсингфорса в Кронштадт. В частности были захвачены ледоколы «Волынец» и «Тармо». В середине апреля в Гельсингфорсе финны, при поддержке германских войск, захватывают русские торговые суда, производят аресты русских офицеров и матросов, конфискуют имущество русских предпринимателей.

Когда белые финны одолевают красных, начинается безудержных террор, направленный как против собственно финского населения, имевшего социалистические или пророссийские убеждения, так и против русского населения Финляндии, в том числе на территории бывшей Выборгской губернии – носивший характер беспощадной этнической чистки.

В Выборге, в апреле 1918 года, финские егеря проводили массовые расстрелы гражданских русских, не разделяя их на красных и белых. Вместе с русскими убивали и других русскоязычных, и тех, кто был похож на русских. Всех своих жертв, число которых доходило до 3 тысяч, финские палачи именовали уничижительным общим именем «рюсся».[225] После взятия Таммерфорса (Тампере) сотни русских были казнены на таммерфорском вокзале.

Весной 1918 по официальным данным было казнено 8400 красных финнов, в том числе 364 малолетних. От голода и издевательств в концлагерях, где находилось до 90 тыс. узников, за несколько месяцев погибает не менее 12,5 тыс. человек. Общее число уничтоженных и замученных достигало 30 тыс. чел.[226] В масштабах такой страны, как Россия, это соответствовало бы 2 млн. чел.; 90 тыс. политических заключенных в финских концлагерях в переносе бы на масштаб России составило бы 6,1 млн. чел.

Уже 7 марта 1918 г. финский премьер-министр заявляет претензии на российскую Карелию и Кольский полуостров, а 15 марта финский главнокомандующий генерал Маннергейм утверждает «план Валлениуса», предусматривающий захват российской территории до линии Петсамо(Печенга)–Кольский полуостров–Белое море–Онежское озеро–река Свирь-Ладожское озеро.

Финские националисты хотят создать Великую Финляндию до Белого моря. Войны, которые Финляндия будет вести против России в 1918–1922 гг., пытаясь расшириться за счет русских земель, где якобы живут тоже финны – получат у нее название "войны за родню" (heimosodat). Спасибо Кастрену.

В начале мая финские войска подходят к русскому форту Ино (Николаевский), играющему важную роль в обороне Петрограда. Часть его орудий была взорвана по указанию коменданта Кронштадта, остальные достались финнам.

К концу мая 1918 г. прогерманские белые финны контролируют всю территорию бывшего Великого княжества Финляндского и начинают военные операции для завоевания российской Восточной Карелии и Кольского полуострова, которые никогда не входили в состав ни ВКФ, ни шведского государства.

15 октября 1918 г. финны оккупируют Ребольскую волость в российской Карелии. В январе 1919 финны захватывают в Карелии Поросозерную волость. 21–22 апреля 1919 финские войска начинают массированное наступление в российской Карелии на Олонецком направлении. Занимают Видлицу и Олонец. На Петрозаводском направлении занимают Вешкелицу, Пряжу, проникают к Сулажгоре и начинают угрожать непосредственно Петрозаводску. Красной Армии с трудом удается сдержать наступление финнов уже на окраине Петрозаводска.