Бунтарь. В твоем плену (СИ) - Кофф Натализа - Страница 15

— Ты тоже, — ответила Василиса.

Серов, придерживая ее за талию, повел к машине.

Где-то очень глубоко начала закрадываться жутко странная, абсолютно дикая мысль.

А вот Туманов не притормозил бы. Захотел бы поцеловать, поцеловал.

Так, Вася! Стоп! Вот об этом нельзя даже думать!

***

В клинику Федора не впустили. Посещения только для родственников. А вот когда пациента переведут в другую палату, то можно и в гости ходить.

— Я подожду. Привет передавай, — подмигнул Федор.

Василиса кивнула, торопливо набросила на плечи халат, помчалась по коридору.

Беляева уже прекрасно ориентировалась в здании клиники, и спустя несколько минут, уже входила в нужную палату.

Лис вновь бодрствовал. Он словно ждал Васю. Стоило девушке войти, как парень смерил ее недовольным взглядом, а после демонстративно взглянул на дисплей телефона.

— Ты сегодня поздно. Обход уже давно закончился.

— Я сегодня рано, — парировала Василиса, — обход закончился десять минут назад.

Васю не пустили бы, даже если бы она примчалась в клинику раньше. Только после обхода врачей. И Лис об этом тоже прекрасно знал. Просто снова ворчит и всем подряд недоволен.

Василиса по привычке прошла к свободному стулу, села на краешек, вынула из сумки очередного мягкого зверька — на этот раз рыжую панду в футболке и шортах.

— Планируешь отрываться? Говорят, свадьба будет зачетной, — не меняя ворчливого тона, произнес Елисей.

— Знаешь, что, Лис, — нахмурилась девушка, решительно застегнула сумку, — если ты и дальше будешь общаться со мной в таком тоне, я перестану тебя навещать!

Вася попыталась встать со стула. Но он стоял слишком близко к постели. Настолько близко, будто кто-то нарочно передвинул его. А девушка и не заметила таких незначительных перемен.

И получалось, что Беляева оказалась на расстоянии вытянутой руки Лиса.

Тот перехватил Васю за ладонь и потянул на себя.

Вернее, резко дернул.

Василиса успела выставить руку, упереться в спинку кровати, удержать равновесие.

Туманов продолжал тянуть ее на себя. Их лица оказались на одном уровне. И, кажется, Вася даже видела собственное отражение в ярких полыхающих недовольством глазах парня.

— Веселиться будешь с Серым? Тусить? А я тут! Чер-р-рт! — расслышала Вася рассерженное шипение.

— Да пошел ты…, — шикнула Вася в ответ.

А вот договорить не успела. Лис не стал ждать ее разрешения. Да его и не последовало бы! Уж целоваться с этим засранцем Вася не собиралась. Никогда!

И драться нельзя с переломанным человеком. Еще и после операции. Пусть и хотелось ударить побольнее. Рефлексы, они такие, да…

Елисей умел целоваться. Васе показалось, что он ее сейчас съест, проглотит вместе с платьем и туфлями.

Горячие, порочные касания застигли Василису врасплох. Девушка не была готова к подобному. Она, на минуточку, пришла брата проведать! А он…!

Гад последний!

Вася пыталась возмутиться. Что-то сказать. Вразумить.

Туманов воспользовался ситуацией. Впихнул свой язык ей в рот.

Вася, видит бог, не собиралась содействовать этому безумцу.

Ударить нельзя, так хоть укусить!

— Эй, полегче! — рассмеялся Туманов, когда Вася все же цапнула его за нижнюю губу.

— Ты в своем уме?! — взвизгнула она, отскочив подальше.

Тыльной стороной ладони девушка вытирала влажные губы, позабыв о том, что они были идеально накрашены.

— Придурок! — шипела Вася.

— Ну уж прости, как еще мне здесь развлекаться, — без капли сожаления заявил Лис.

— Кретин!

— А ты обалденная, не смог устоять, сорри, — нахально ухмылялся Туманов.

Вася зло сверлила парня взглядом.

Вот же говнюк!

Беляева решила: все, точка. Не придет она больше к нему. Пусть катится к черту! У Васи есть дела поважнее!

Не сказав ни слова, девушка вышла из палаты.

— Василиса! Ну вернись, а?! — прокричал этот придурок на весь этаж. — Хочешь, я извинюсь?

— Идиот, — негромко пробормотала Вася.

— Детка, принеси мне завтра сигарет!

— Обойдешься!

— Ладно, сигарет не нужно. Сама приходи.

— Пошел ты, — негромко ответила Василиса и решительно потопала к лифту.

По дороге, правда, пришлось свернуть в уборную. Необходимо привести и мысли, и лицо в порядок. Не хватало еще, чтобы Федор увидел ее вот такой: с размазанной по лицу помадой.

***

ГЛАВА 10

ГЛАВА 10

Вася не приходила неделю. Да и зачем навещать этого идиота? Он прекрасно справлялся со всем и сам. Если уже полез целоваться к Беляевой, значит, шел на поправку.

А у Василисы были и другие более важные дела, вот!

Девушка намеренно не интересовалась здоровьем Туманова. Если бы случилось что-то плохое, мама бы уже рассказала. А пока новостей нет, значит, все в порядке.

Спустя еще неделю новости все же появились.

Елисея выписывали из клиники. А поскольку парню нужен ежедневный уход, то на некоторое время он поселится в отцовском доме.

Новость, без сомнения, была прекрасной.

Василиса, можно сказать, была рада за Туманова. И о поцелуе старалась не думать. Это ведь просто поцелуй. Как заявил сам Елисей, так он развлекался. Скорее всего, он уже успел забыть это происшествие. А она, дурочка, все никак не забывала.

Вася позлилась немного, да отпустила ситуацию. Не стоит слишком много внимания уделять заносчивой и наглой персоне сводного брата.

В честь выписки Лиса из клиники Максим Максимович с мамой решили устроить небольшой семейный ужин. Василиса тоже собиралась приехать, привезти с собой торт, десерты и Федора.

С Серовым отношения у Василисы никак не складывались. Вернее, она постоянно находила предлог не встречаться с ним. Ссылалась на катастрофическую занятость в интернате, на сложные тренировки, на все подряд. Федор относился с пониманием. И, что радовало, не настаивал на встречах и свиданиях. В какой-то момент Вася поняла, что не может себя заставить быть с человеком, который никаких чувств, кроме дружеских, не вызывает.

Вася не представляла, как могла бы целоваться с Серовым.

А вот с Лисом…

— Да твою ж мать! — пробормотала Василиса негромко.

— М? — подал голос Федя.

Они уже подъезжали к загородному поселку, где располагался особняк Тумановых. А Вася ощутила легкую нервозность.

Две недели назад она видела Елисея в последний раз. И с тех пор больше не пришла к нему, ни разу. И даже номер закинула в блок, потому что этот говнюк ей периодически названивал и писал провокационные сообщения.

— Говорю, я забыла рюкзак с вещами, — нашлась с ответом Василиса.

— Этот? — улыбнулся Федор, протянул руку назад, приподнял упомянутую вещь, спокойно лежавшую на заднем сиденье.

— А, да, этот, — кивнула Вася, а в мыслях девушка ругала Туманова.

Ну вот как у него так получается, а? Не виделись, не общались, а он все равно портит ее жизнь.

***

Лис ненавидел беспомощность. За недели в клинике уже мог бы и привыкнуть просить о помощи, но нет. Не привык. И не собирался привыкать.

Сам справится. Сам дотянется. Сам дойдет. Все сам. Потому и наотрез отказался пользоваться инвалидным креслом. Он же не калека. У него есть руки и ноги. Кости постепенно срастаются, через пару недель он сможет не то, что ходить, а бегать!

Врачи твердили всякую хрень. Он их не особо слушал. Единственный компромисс, на который был готов пойти: проживание под отцовской крышей.

По официальной причине — ему нужен уход и помощь в быту.

По неофициальной, о которой Лис никому не говорил, — Василиса.

Девчонка исчезла с радаров. Не дозвониться до нее, не достучаться. А спрашивать напрямую Лис не собирался. У кого? У мачехи? У отца? Нет уж. Не опустится Туманов до подобных расспросов. Сам все узнает!

Тачку Серова он заприметил сразу же. Торчал у окна, ждал чего-то подобного.