Последний Герой. Том 9 (СИ) - Дамиров Рафаэль - Страница 46

Директор школы охала и причитала, ведя меня по длинному школьному коридору.

— Ох, кто ж знал-то… — повторяла она. — Что наш Фёдор Евгеньевич… наша гордость… ох-ох-ох… я до сих пор не верю! Послушайте, Максим Сергеевич, — женщина повернулась ко мне. — Может, это какая-то ошибка? Может, как это бывает… в сериалах я видела, знаете? Человека подставили, подбросили улики и…

— Хотелось бы так думать, — сказал я. — Что ваш уважаемый физрук вовсе не серийный преступник, не убийца. Хотелось бы. Но факты говорят сами за себя. Смею вас заверить, он самый настоящий преступник.

— Ох, ох, ох… — только и смогла ответить она. — Что же теперь будет? Проверка, конечно… сгорю со стыда. Как же так, скажут — такого допустили к детям? Надо было мне сидеть простым учителем… зачем я пошла директором…

Она тяжело вздохнула.

— Вот, мы подошли. Здесь его класс, в котором он был классным руководителем. Поговорите с ними… седьмой «Б». Они ждут вас.

— Спасибо, — кивнул я.

Директриса, всё так же охая и причитая, удалилась.

Я открыл дверь. Ребятишки галдели, кидались скомканными бумажками, кто-то сидел, уткнувшись в телефон. Но стоило мне войти — всё стихло.

— Здравствуйте, — сказал я. — Меня зовут Максим Сергеевич. Я из полиции.

Ребята быстро разошлись по местам, загремели стульями, кто-то пробормотал: «Здравствуйте».

— Садитесь, — сказал я, опускаясь за учительский стол. — Ну что ж… расскажите мне про вашего классного руководителя. Про учителя физкультуры Федора Евгеньевича.

— Он что-то сделал? — спросил пацанёнок с первой парты. — Вы это знаете?

По его хитрым глазам было видно, что знает он больше, чем хочет показать.

— Дело в том, — начал я спокойно, — что сейчас Фёдор Евгеньевич находится в розыске. Мы подозреваем его в совершении преступления. Любая информация, всё, что он вам говорил, всё, что вы могли заметить, поможет нам найти его. Это сейчас очень важно.

Мальчишка с веснушками, тот самый, что спросил первым, поднял руку и, не выдержав, выпалил:

— Скажите, дяденька полицейский, а правда, что наш Фёдор Евгеньевич людей ест?

Девчонки охнули, пацаны зашушукались, кто-то прыснул.

Я замолчал, не сразу найдя, что ответить. Такой вопрос… детям ведь нельзя это знать. Но нынешнее поколение, которое живёт в интернете, знает всё и сразу.

— Вот это я и хочу проверить, — сказал я после паузы. — Когда мы его найдём, то обязательно всё выясним.

— И нам расскажут? — спросила курносая девчонка, тряхнув косичками.

— Всем расскажут, — кивнул я. — Если он виноват, его будут судить. А суд у нас ничего не скрывает. Всё станет известно. Но для этого нужно его найти. Подумайте, может, кто-то что-то знает. Где его можно найти?

Я посмотрел на них, но дети не спешили делиться своими предположениями. Наоборот, засыпали меня вопросами. Им было куда интереснее расспрашивать. Перед ними ведь сидел настоящий полицейский, который ловит настоящего людоеда.

— Как хорошо, что он нас не съел! — выкрикнула одна из девчонок, и класс взорвался нервным смехом.

— А что, — спросил я, — были такие ситуации, когда мог? Вы же в школе, под присмотром, общественное место… Или он куда-то вас уводил?

— Ну нет, — замялась девчонка. — Но был один раз… В поход ходили…

Ребята тут же зашикали на неё, переглядываясь.

— Тише, Кукушкина! — донеслось с задней парты.

— Так, — сказал я, — интересно. Как тебя зовут?

— Лариса. Лариса Кукушкина.

— Ну что ж, Лариса, рассказывай.

Она потупила взгляд.

— Мы ходили в поход… с ночёвкой. Летом. И вот Фёдор Евгеньевич сказал, что жизнь сейчас сложная, люди злые… и мы должны уметь не бояться и уметь постоять за себя в любой ситуации.

— И правильно сказал, — вставил кто-то.

— И что дальше? — подбодрил девочку я.

— Ну… он сказал, что кто сможет зайти в пещеру и просидеть там час — тот и в жизни ничего не будет бояться. А девочкам — десять минут надо просидеть. В полной темноте…

— В пещеру? — переспросил я. — Какую ещё пещеру?

— Не знаю… — Лариса смутилась. — Там, в лесу, пещера была. Недалеко от наших палаток.

— А куда вы ходили в поход? Что за место?

— Не знаю точно. Нас везли на автобусе, потом шли пешком.

— Ладно, ребята, — сказал я. — Кто-нибудь знает, где это было?

— Я сохранил фотографию, — сказал мальчишка в очках. — У меня там точка геолокации запечатлилась, к фотке привязана.

Я в очередной раз подивился, как легко всё это звучало в речи пацана.

— Отлично. Перекинешь мне?

— Да, конечно. Скажите свой телефон.

Я продиктовал номер, он переслал снимок.

Я нажал на точку, загрузились карты. Посмотрел — недалеко от города. Но пещер там, насколько я знал, никаких не было.

— Ну, это же здесь недалеко, какие тут пещеры, — вслух засомневался я.

— Ну, не знаю, — замялись ребята. — Там была пещера. Только не все туда решились спускаться.

— А кто решился?

— Ну… Дубинин с Петрушиным.

— И где они?

— Петрушин болеет, — сказал кто-то.

— А Дубинин — это я, — поднялся с места паренёк, худощавый и неуверенный.

— Ну, это хорошо, что ты с нами и не болеешь. Давай, рассказывай, что там в пещере было? — спросил я. — Дело важное.

— Не знаю, — пожал плечами Дубинин. — Темно. Мы сидели, тряслись. Но потом физрук нас очень хвалил. Говорил, что мы справились, а остальные… а в остальных он не верит.

— Вы посидели в этой пещере — и всё?

— Ну да, — кивнул тот.

— А показать можете, где эта пещера?

— Да темно было. Мы же ночью туда пошли. Не днём же ходить, — с сомнением добавил он.

Конечно, физрук все продумал — тогда было бы не похоже на испытание. А тут — ночь, ничего не видно… Какие же отыскать приметы?

— От лагеря далеко шли? — уточнил я.

— Минут десять-пятнадцать, не больше.

— Так… ясно, — сказал я. — И ничего с вами там не случилось? Ни с кем?

— Нет, всё нормально. Но… — Дубинин понизил голос. — Фёдор Евгеньевич строго-настрого запретил нам про это рассказывать. Сказал, если расскажем, то всё аннулируется, что мы никакие не сильные, а слабые.

Он зацепился взглядом за соседнюю парту и так и стоял, сомневаясь и жуя губу.

— Фёдор Евгеньевич вас обманул, — сказал я твёрдо. — Он преступник, а преступники часто обманывают. Чтобы быть сильным, не нужно сидеть в тёмной пещере.

Ребята переглянулись, притихли.

— Но всё равно спасибо вам, — продолжил я. — Вы очень помогли. И да, вот теперь — никому ни слова о нашем разговоре.

— А иначе мы будем слабаками? — подскочила Кукушкина.

— Нет, — улыбнулся я. — Иначе вы можете навредить следствию. Поняла, Лариса?

— А! Поняла! — воскликнула она. — Тайна следствия, да?

— Совершенно верно, Кукушкина. Молодец.

Она зарделась и гордо сказала:

— А я следователем хочу стать, когда вырасту!

— Похвально, молодец, Кукушкина, — сказал я, вставая. — До свидания, ребята.

— До свидания, Максим Сергеевич! — вразнобой ответили они.

Я вышел из класса и сразу набрал номер Черноусова.

— Алло, Владимирович, — сказал я. — Слушай, у вас в городе есть пещеры, в окрестностях? Примерно в районе Западной Балки.

— Нет, — ответил тот после паузы.

— Странно… — пробормотал я. — Точно нет?

— Точно, — задумчиво пробормотал Черноусов. — А что?

Друзья! У меня вышла новая сольная книга. Приглашаю всех на новую историю: https://author.today/reader/513716/4851999

Глава 17

Я доехал до отдела, поднялся по ступенькам и вошёл к Черноусову в кабинет. Там он обсуждал какие-то служебные вопросы с начальником следствия.

— Ладно, Геннадьич, — сказал Черноусов собеседнику, увидев меня. — Я сейчас занят сильно буду, потом зайди.

Майор собрал свои бумаги в папку, недовольно покосился на меня, вышел и тихо прикрыл за собой дверь.