Имперский повар. Трилогия (СИ) - Фарг Вадим - Страница 18

Я вышел из кухни и одним широким шагом загородил сестру от наглеца. В зале повисла гробовая тишина — даже дыхание стало слышно. Воздух словно наэлектризовался перед грозой.

— А то что будет? — ухмыльнулся бандит, явно полагая, что сейчас начнётся забавное представление для его друзей.

Вместо слов я сделал почти неуловимое движение рукой. Деревянная лопатка уже была в моей ладони. Для кого-то это просто кухонная утварь, но сейчас… она превратилась в грозное оружие.

Я не стал размахивать ею для устрашения (это было бы слишком комично и глупо) — просто резко ткнул рукояткой точно под рёбра ловкачу. Удар пришёлся в солнечное сплетение с хирургической точностью. Громила мгновенно согнулся пополам, хватая ртом воздух, и рухнул на колени.

Второй громила бросился на меня с кулаками, рыча как разъярённый медведь. Но получил прямо в физиономию мой фирменный соус. Я молниеносно подхватил с одного из столиков соусницу и плеснул этому недоумку жидкую и жгучую приправу (Рат постарался, ища для меня острые коренья и перец). Мужик, явно не ожидавший такого, начал протирать глаза и… в общем, зря он это сделал, так как уже через пару секунд истошно завопил от боли.

Я же к тому моменту уже оказался справа от него.. Мои пальцы нашли нужную точку под лопаткой — древняя техника, которую я когда-то изучал в монастыре (да-а-а, когда у тебя много денег, хочется что-то изменить в жизни. Был в моей жизни такой период. Вот пригодилось). Лёгкое нажатие на нервный узел, и громила дико взвыл, рухнув на пол и корчась от пронзительной боли.

Кабан, совершенно опешив от такой скорости расправы, попытался подняться со своего места. Но поскользнулся на расплескавшемся соусе, который превратил пол в настоящий каток. Я лишь слегка подставил ему ногу — и главарь, сшибая стул и опрокидывая стол, с оглушительным грохотом свалился на деревянный пол. Посуда звякнула, разлетаясь по углам.

Вся схватка заняла не больше тридцати секунд. Три здоровых мужика лежали на полу моего ресторана в самых жалких позах.

— Уходите отсюда, — спокойно произнёс я, всё ещё небрежно держа простую деревяшку в руке. — И больше сюда не заглядывайте. Понятно?

Троица бандитов, громко матерясь и постанывая от ушибов, начала позорную ретираду к выходу. Они поднимались медленно, словно старики после тяжёлой болезни. Бросали на меня злобные, полные ненависти взгляды, но спорить явно не решались. Авторитет в криминальном мире строился на силе, а я только что продемонстрировал, кто здесь хозяин.

Кабан, уже стоя в дверном проёме и придерживаясь за косяк, медленно обернулся. В его маленьких глазках блестели искры гнева.

— Ты ещё пожалеешь об этом, поварёшка! — прошипел он сквозь зубы, прежде чем окончательно исчезнуть за порогом.

Дверь хлопнула и наступила тишина.

Я неторопливо вытер руки о фартук и взглянул на Настю. Сестрица всё ещё дрожала, но в её тёмных глазах светились облегчение и нескрываемое восхищение.

— Откуда ты так умеешь драться? — тихо спросила она, глядя на разбросанную по полу муку и опрокинутую мебель.

— Длинная история, — улыбнулся я, подходя к ней и легонько касаясь плеча. — Расскажу как-нибудь. А сейчас давай приберём здесь. Завтра будет новый день, и нам нужно быть готовыми.

— Они вернутся? — в голосе сестры прозвучала тревога.

— Возможно. Но пока я рядом, с нами ничего плохого не случится. Обещаю.

Рат, показавшись в кухонном окошке, одобрительно хмыкнул, но я проигнорировал его.

Я знал, что это только начало. Бандиты просто так не отступают, особенно после такого унижения. Но сегодня мы победили, и этого пока хватало.

После того, как бандиты с позором покинули наш «Очаг», я никак не мог успокоиться. В голове крутился один назойливый вопрос: что за чертовщина с этими «магическими» добавками? Почему люди готовы за них убивать? Зависели от порошков хуже, чем от утреннего кофе — без них не ели, не жили, не дышали. Надо было разобраться самому.

В ту же ночь, когда Настя отправилась спать, я тихонько пробрался на задний двор. В старом сарае, среди паутины и хлама, начал собирать импровизированную лабораторию. Аптечные склянки, медные трубки от самогонного аппарата соседа, куски древнего самовара, вечно ржавый котёл — всё пошло в дело. Выглядело как декорации к фильму про безумного учёного.

Рат расположился на балке, посмеиваясь над моими потугами.

— Совсем сбрендил, шеф? — язвил он, морщась от запаха. — От этого порошка у меня усы в трубочку свернулись!

— Вот и проверим, что это за гадость, — буркнул я, поджигая самодельную горелку. — Магия или банальная химия с чем-то в добавку.

Я осторожно насыпал щепотку серого порошка в колбу, добавил дистиллированной воды, поставил на огонь. Процесс шёл муторно: сначала пар, потом какой-то мутный осадок, следом жёлтый дым с запахом тухлых яиц. Я пытался разделить фракции, как когда-то учил старый Петрович — учитель химии из техникума.

Но час ночи, усталость навалилась, руки дрожали от напряжения. Отвлёкся на секунду — и случайно плеснул в колбу гораздо больше реагента, чем планировал.

Реакция оказалась мгновенной и впечатляющей. Содержимое колбы яростно зашипело, вздулось огромным пузырём, как тесто на дрожжах. Из горлышка вырвался столб едкого, вонючего дыма — будто сам дьявол решил покурить. Колба треснула с оглушительным звоном, жгучая жидкость хлынула на деревянный верстак и мгновенно вспыхнула синим пламенем.

Огонь перекинулся на тряпки, старые газеты, стружки. За секунды весь сарай заполнился дымом.

— Пожар! — дико пискнул Рат, мигом исчезая в ближайшей щели. — Я предупреждал!

Я бросился тушить огонь руками, ногами, чем попало. Хватал песок, воду из ведра, но дым валил из всех щелей сарая, словно из трубы паровоза. Через пару минут услышал грохот сапог и сердитые голоса. Дверь сарая с треском распахнулась, в проёме появились двое здоровенных стражников с дубинками наготове.

— А ну стоять! Руки за голову! — рявкнул старший, рыжий детина с усами-кустами.

Я замер, как вкопанный. Обожжённые руки тряслись, вокруг — странная конструкция из колб и трубок, гарь, разлитая химия, обугленные тряпки. Выглядело подозрительно.

— Так-так-так, — протянул второй стражник, молодой и злобный, обходя развалины моей лаборатории. — Что это мы тут делаем ночами? Бомбы клепаем? Яды варим для соседей?

— Кулинарный эксперимент, — хрипло ответил я, стараясь не кашлять от дыма. — Изучаю состав приправ.

— Кулинарный? — старший стражник расхохотался так, что усы затряслись. — Ну да, ну да! А я балерина! Всё расскажешь сержанту, дружок. Может, поверит.

— Слушайте, я действительно…

— Пошли, химик доморощенный!

Меня грубо схватили за локти и потащили к участку, не слушая никаких объяснений. За спиной догорал сарай, а в голове крутилась забавные мысли:

Это мой сарай, так какого чёрта вы меня арестовали? Они даже не обращалии внимания на мои слова… Нет, я понимаю, что пожар — это угроза соседям, но ведь никто даже пожарных не вызвал! Да ещё и появились копы так неожиданно, будто «проходили» рядышком случайно. Их явно кто-то подослал. И если это так (а я смею предположить, что это Кабан), то спорить смысла нет, поколотят дубинками, но всё равно отвезут в кутузку. Что ж, остаётся только рассчитывать на сержанта. Надеюсь, он более адекватный, чем эти идиоты…

В участке меня засунули в камеру, которая больше напоминала морозильник для непослушных граждан. Холодный воздух больно кусал щёки, а единственная лавка была ледяной, словно её только что достали из холодильника. Дежурный — толстяк с усами размером с два дохлых шмеля — проводил меня взглядом полным осуждения.

— Я могу хотя бы узнать, за что меня сюда упекли? — поинтересовался я, глядя в маленькие глазки дежурному.

— Издеваешься? — чуть ли не хрюкнул он от моего вопроса (можно подумать, что это какая-то наглость — чистая логика). — Ты устроил пожар, а огонь, как ты понимаешь, мог перекинуться на соседей. Нам оно надо?