Новый горизонт (СИ) - Хай Алекс - Страница 19

Маркетинговый ход был действительно толковым, хотя и не новым. Молодая аудитория Самойловой оценит современный формат, а имя Фаберже добавит веса и престижа.

— Мне нравится, — признал я. — «Samoylova x Fabergé». Звучит свежо.

— И мне нравится! — Алла захлопала в ладоши. — Катя, ты гений! Александр Васильевич, давайте так и сделаем!

Мы обсудили детали. Коллекция будет включать тридцать шесть уникальных элементов — для каждого металла и стихии. Дизайн разработает Алла совместно с матерью, художницей дома Фаберже. Лимитированный тираж — по тысяче экземпляров каждого элемента. Цена выше базовой линейки на пятьдесят процентов.

— Когда начнём работу над дизайном? — спросила Алла.

— Как только подпишем соглашение с заводом и запустим массовое производство, — ответил я. — Через месяц можем приступать.

— Отлично!

Катерина взялась за планшет:

— Я подготовлю план продвижения и внесу ключевые этапы в график Аллы Михайловны. — Она посмотрела на часы и поднялась. — Прошу прощения, мне нужно бежать. Встреча с типографией по поводу рекламных материалов. Алла Михайловна, вы справитесь без меня?

— Конечно, Катюш, — махнула рукой графиня. — Беги, не опаздывай.

Мы попрощались с помощницей, и она стремительно покинула кафе, прижимая к груди ноутбук и планшет. Энергичная девушка — таких помощников надо беречь.

Повисла недолгая пауза. Алла нервно теребила салфетку, явно собираясь с духом. Я подождал, потягивая уже остывший американо.

— Александр Васильевич, — наконец начала она, — у меня есть к вам личная просьба. Понимаю, что это… не совсем в рамках нашего делового сотрудничества, но…

Она замолчала, подбирая слова. Я ободряюще кивнул:

— Слушаю вас.

— Я хочу поднять четвёртый ранг, — выпалила она. — Официально, без помощи артефактов. И мне нужна ваша помощь.

Неожиданный поворот.

— Разве у вас нет инструктора? — спросил я.

— Есть, — кивнула Алла. — Двое, если точно. Один по огненной магии, второй по воздушной. Оба хорошие специалисты и крутые маги, не спорю. Но… — она помолчала, — с вами всё по-другому.

— В каком смысле?

— Помните, как вы тогда объясняли мне про контроль пламени? — Алла посмотрела мне в глаза. — Вы не просто показали технику. Вы помогли мне почувствовать магию изнутри. Понять её природу. После ваших советов я действительно достигла некоторого прогресса. Пламя стало стабильнее, контроль улучшился. Мои инструкторы даже удивились.

Я вспомнил ту сцену в мастерской. А Самойлова, кажется, немного покраснела.

— Это хорошо, но…

— Я понимаю, что прошу многого, — перебила она. — Вы очень занятый человек. Бизнес, семья, куча дел. И наше… — она запнулась, — сближение может породить ненужные слухи. Люди любят сплетничать, особенно про меня.

— Это важно, — признал я. — И рискованно.

— Поэтому я обещаю — тренировки будут проходить в присутствии моих слуг и инструкторов, — торопливо продолжила Алла. — Никаких приватных встреч, всё максимально корректно.

Она замолчала, пряча взгляд. В её глазах читались надежда и тревога одновременно.

— С вами мне… спокойнее, — тихо добавила она. — Не знаю, как объяснить. Просто рядом с вами магия как будто течёт легче. Словно вы убираете какой-то внутренний блок.

— Я подумаю над вашей просьбой, — сказал я наконец. — Но обещать ничего не могу. Действительно, времени катастрофически не хватает.

— Я понимаю, — кивнула Алла. — Просто… подумайте, пожалуйста. Это очень важно для меня.

Она допила капучино и посмотрела на телефон. Лицо её вдруг изменилось — глаза расширились, румянец сошёл со щёк.

— Что-то случилось? — насторожился я.

Алла молча протянула мне телефон.

Глава 9

Я взял телефон из рук Аллы и уставился на экран.

Заголовок бил наотмашь: «Модульная система Фаберже оказалась бракованной: первые жертвы маркетинга».

Подзаголовок добивал: «Пользователи сети массово жалуются на развалившиеся артефакты. Скандал с графиней Самойловой».

Я пролистал статью. Текст был написан в лучших традициях жёлтой прессы — много эмоций, минимум фактов, максимум инсинуаций. «Шокирующие подробности», «разочарованные покупатели», «обман доверчивых клиентов». Стандартный набор громких высказываний.

Но главное — фотографии.

Шесть снимков сломанных браслетов. Замки элементов крепления были погнуты, защёлки сорваны, металл деформирован. На первый взгляд выглядело убедительно — типичный брак производства.

Но мастера провести не так-то просто. Особенно мастера, который создал эту систему.

Я увеличил первое фото, внимательно изучая повреждение. Потом второе. Третье. Механизм поломки был идентичен на всех снимках — защёлка сорвана в одном и том же месте, металл погнут под одинаковым углом, царапины расположены в похожих местах.

Слишком однотипно. Слишком «правильно».

Брак и износ не дают такой картины. При нормальной эксплуатации замки ломаются по-разному — где-то пружина устаёт, где-то стирается зацеп, где-то трескается основание. Но чтобы шесть браслетов сломались совершенно одинаково?

Это не брак производства. Это намеренная порча.

— Александр Васильевич, — тихо позвала Алла, — это… правда? Браслеты действительно такие ненадёжные?

В её голосе звучала тревога. Ещё бы — её репутация как амбассадора бренда тоже летела в тартарары.

— Нет, — твёрдо ответил я, возвращая ей телефон. — Это фальсификация.

— Откуда вы знаете?

— Видите повреждения? — я ткнул пальцем в экран. — Все совершенно идентичные. Это значит, что кто-то взял несколько браслетов и сломал их одним и тем же способом. Специально.

Алла всмотрелась в снимки, хмурясь:

— Действительно… Но почему… кому это нужно?

— Вопрос риторический, — усмехнулся я. — Завтра мы подписываем важное соглашение. А сегодня выходит «компромат». Совпадение? Не думаю.

Я открыл комментарии под статьёй. Уже набежало штук двести, причём тоже довольно однотипных. Но самое неприятное — под огонь попала и Самойлова.

«Продалась за деньги», «обманывает фанатов», «лицо бракованного товара» — комментарии пестрели обвинениями в адрес графини.

Вот это меня по-настоящему разозлило.

Бить по бизнесу — пожалуйста, это часть игры. Но целенаправленно топить женщину, которая просто рекламировала продукт? Низко. Даже для недобросовестной конкуренции.

— Мои подписчики… — Алла листала свой профиль, и я видел, что ей с трудом удавалось сдерживать слёзы. — Они пишут такие ужасные вещи…

— Не читайте это, — перебил я. — Сейчас там работают боты и провокаторы. Настоящие подписчики вас знают и не поверят пасквилю.

— Но репутация…

— Ещё не испорчена, — заверил я. — Алла Михайловна, послушайте меня внимательно.

Она подняла на меня покрасневшие глаза.

— За всё время со старта продаж к нам не поступило ни одного возврата, — сказал я медленно и чётко. — Ни одной претензии от покупателей. Вообще ни одной. На все изделия предоставляется гарантия, у нас работает служба контроля качества, мы отслеживаем каждый проданный экземпляр. Но официальных обращений не было.

— То есть… — Алла вытерла глаза салфеткой, — люди на фотографиях — не настоящие покупатели?

— Вряд ли они вообще покупали наши браслеты, — подтвердил я. — Скорее всего, кто-то просто купил несколько штук, сломал их для красивой картинки и передал блогерам. Классическая схема чёрного пиара.

Я ещё раз пролистал статью, проверяя источник. Портал «Городской обозреватель» — небольшое, но активное издание с репутацией жёлтой прессы. Автор статьи — некая Марина Соколова.

Плюс материал перепостили несколько блогеров. Скоординированная атака, без сомнений.

— Что будем делать? — спросила Алла, взяв себя в руки.

— Разбираться, — коротко ответил я. — Но мне нужно, чтобы вы пока ничего не комментировали публично. Никаких постов, никаких заявлений. Молчание — лучшая тактика на данном этапе.