Смерть на рыболовном крючке. Горячие дозы. Тяжкие преступления - Гоуф Лоуренс - Страница 76

— В чем дело, офицер? — спросил Патерсон.

Вместо ответа полицейский спросил его, кто он такой и что ему здесь нужно. Патерсона осенило, и он сказал:

— Мое имя Энтони Морган. Я адвокат мистера Силка.

Патерсон снял с правой руки водительскую перчатку свиной кожи и полез за бумажником. Он передал полицейскому карточку, которую взял со стола в офисе Моргана. Коп долго изучал карточку, а потом что–то сказал по портативной радиостанции. Последовала продолжительная пауза, после которой он получил указание.

— Вам нельзя пройти в дом. Если хотите видеть его, придется ждать.

Патерсон кивнул, но потом, прокашлявшись, сказал:

— Эй, разве не видно, что я спешу?

Он протянул руку. Коп вернул ему карточку. Патерсон повернулся и на непослушных ногах пошел от дома. Миновал большие чугунные ворота. Достиг дороги, сделал еще несколько шагов и подошел к почтовому ящику.

Героин стоимостью восемьдесят миллионов долларов и пистолет двадцать второго калибра, гильзу от которого Джек Уиллоус нашел возле мертвого тела в отеле «Вэнс», с глухим стуком упали на землю.

Патерсон быстро сел в «порше» и завел мотор. Было самое время отправиться в долгий путь домой.

Спустя четверть часа Уиллоус и Паркер в сопровождении дюжины полицейских вели Гэри Силка и его людей к патрульным автомобилям.

Они были уже на наружной лестнице, когда Уиллоус заметил Трейси Пил, идущую к ним через газон. В темноте сначала он принял ее за девушку, которую они нашли спящей на веранде, когда входили в дом.

Пэт Нэш оцепенел и остановился как вкопанный. Когда Трейси спросила его, куда он пойдет сегодня вечером, он оказался таким дураком, что сказал ей! Коп, идущий за ним, споткнулся, потом крепко схватил его за руку и толкнул вперед.

Трейси пересекла подъездную дорогу, где стояли патрульные машины и «кадиллак» Гэри, и открыла свою сумочку.

Уиллоус увидел в ее руке пистолет, закричал, чтобы предупредить ее, и выхватил свой револьвер. Оторванная от пиджака пуговица тихо покатилась вниз по ступеням.

Трейси была совсем близко, не более чем в дюжине шагов. Пэт Нэш ударил Гэри ногой, столкнув его вниз по ступеням. Трейси Пил выстрелила в первый раз. Грязно–оранжевое пламя вырвалось из дула пистолета сорок пятого калибра, который принадлежал ее покойному мужу. Отдача чуть не заставила ее выронить оружие.

Фрэнк застонал, схватился за живот и опустился на одно колено.

— Не его! — закричал Нэш.

Его руки были скованы наручниками за спиной, и он подбородком указывал на Гэри, еще не понимая, в кого она стреляла первым выстрелом.

Один из копов побежал вниз по ступеням, прямо на линию огня. Он кричал ей, но все, что она могла слышать, это гром своего выстрела и глухие удары собственного сердца. Вторая пуля врезалась в каменную стену.

Уиллоус прицелился в нее. Он еще никогда не стрелял в женщин. До нее было около десяти футов. Время будто остановилось. Он вспомнил ее на диване, с ребенком на руках, припавшим к ее груди. Ствол пистолета сорок пятого калибра повернулся в его сторону. Она не смотрела на него и, может быть, вовсе не видела его. Уиллоус понял, что она хотела убить Гэри. Время снова ускорилось. Уиллоус закричал.

Выстрел пистолета сорок пятого калибра прогремел прямо перед его лицом, она стреляла в Гэри, но промахнулась.

Тогда Уиллоус выстрелил Трейси Пил прямо в грудь.

Паркер, стоящая рядом с Уиллоусом так близко, что они касались друг друга, тоже выстрелила дважды. Трейси Пил пошатнулась. Уиллоус не мог заставить себя выстрелить еще раз. Оикава вышел вперед. Паркер выстрелила в третий раз. Трейси Пил, получив четыре пули, упала на колени. Но, падая, она успела нажать спусковой крючок еще раз.

Гэри Силк стоял пораженный, глядя, как копы раз за разом стреляют в девушку, которая хотела его убить.

Он видел все, но последняя пуля, которую выпустила Трейси Пил, уже падая, достала его.

Кровь хлынула из ушей, ноздрей и рта. Он вытянул правую руку и упал на гранитные ступени.

Во всяком случае, теория Гэри об огнестрельных ранах подтвердилась. В некоторых случаях получить пулю не означало быть просто раненным.

Оикава первым подскочил к Трейси Пил и выхватил из ее рук пистолет.

Фрэнк сидел на ступенях, скрестив ноги и сжимая живот. Кровь сочилась сквозь пальцы. Сиамская кошка лизала ему лицо. У него был такой вид, будто он сейчас расплачется.

Пэт Нэш смотрел в пустоту. Он понимал, что Гэри получил пулю в голову и теперь уже мертв. Почему он, падая, протянул правую руку, будто для рукопожатия? Если Гэри направился прямо в ад, то успел ли он туда прежде, чем его тело упало на землю? Не протянул ли он руку, чтобы поздороваться с Оскаром Пилом? Нэш видел, как Уиллоус делает Трейси искусственное дыхание по системе рот в рот. Гэри Силк лежал на боку. Пуля попала ему в лоб над правым глазом. Кровь стекала по ступеням. Нэш ботинком размазал ее по шикарным белым брюкам Гэри. Но этого ему показалось мало. Он толкнул Гэри ногой, и тот покатился в куст азалии. Ветви закачались, и с них осыпался рой красных лепестков. Лысый человек, делавший съемку, что–то закричал ему. Кошка, облизывавшая лицо Фрэнку, встрепенулась и исчезла в доме. Кто–то толкнул Нэша в спину, он споткнулся, потом восстановил равновесие и начал спускаться.

Трейси смотрела в темный купол неба, ее лицо, насколько он мог видеть, было бледным. Он прокричал ей, чтобы она держалась. Коп, который держал Нэша за наручники, сказал:

— Ну ты, дерьмо, заткнись! Разбудишь соседей.

Нэш осклабился. Трейси крепкая девочка, он был уверен, что она выживет. Фрэнк убил ее мужа по приказу Гэри. Она найдет себе классного адвоката, и если жюри присяжных будет состоять из мужчин, она получит восемнадцать месяцев, максимум два года.

Коп подтолкнул его в полицейский фургон. Он опустился на металлическую скамью, дверь с грохотом закрылась, сталь прогремела о сталь, и он погрузился в темноту.

Патрульный автомобиль отъехал от дома, давая дорогу машине «Скорой помощи».

Паркер увела Уиллоуса от Трейси. Один из ассистентов «Скорой помощи» наложил на ее лицо кислородную маску. Расстегнул блузку. Она получила четыре раны, и каждая могла оказаться смертельной. Он проверил ее пульс. Едва ли случится чудо.

А на просторном заднем сиденье черного «олдсмобила» образца 1943 года инспектор Гомер Бредли с ненужным уже револьвером в руках, закрыв усталые глаза, мечтал о ясных весенних днях.

Глава 25

Вечер вторника, шестого сентября.

Джек Уиллоус сидел скрестив ноги на полу в своей гостиной и разбирал лежащую перед ним на старой газете катушку от удочки. Он сматывал леску, и она ложилась на ковер кругами.

Айзек Уолтон использовал леску из сплетенного конского волоса, преимущественно из хвостов жеребцов. К концу восемнадцатого века леску начали делать из шелка, пропитанного маслом в слабом вакууме, и, чтобы получить совершенную поверхность, прогревали при ста пятидесяти градусах по Фаренгейту в течение десяти часов.

Сейчас леску делают из синтетических волокон с пластиковым покрытием и приспособленной к соленой воде. Уиллоус планировал пару дней половить рыбу в устье рек на побережье.

Зазвучал вызов домофона. Он отпил виски и продолжал чистить и смазывать катушку. Зуммер прозвучал снова. Он поднялся и подошел к микрофону.

Клер!

Он просигналил ей, отпер входную дверь и вернулся к катушке и виски. Несколько мгновений спустя он услышал звук лифта, рокот его дверей и шаги Клер в коридоре.

На ней были черные брюки, белая блузка, поверх которой был надет черный жилет. Она повернулась, словно в пируэте, и спросила:

— Ну как, идет мне?

— Очень.

— А тебе не кажется, что брюки чересчур в обтяжку?

— Может быть, немного.

— Благодарю.

Он продолжал разбирать катушку. Клер нагнулась над ним. Он ощутил пьянящий запах духов. А она уловила запах виски. Он соединил половинки катушки и повернул ручку. Зазвучала трещотка.