Чертов менталист (СИ) - "Тин Тиныч" - Страница 36

В общем, взвесив за и против, я решил сегодня из усадьбы никуда носа не казать. У меня оставалась еще неделя до поездки на собеседование в Академию, и я имел твердое намерение как можно лучше отдохнуть за это время. В конце концов, с моего побега из дома еще даже полутора недель толком не прошло, а я уже внезапно полный сирота с кучей непонятного народу поблизости, желающего припрячь меня подкалымить с непонятными перспективами по запрещенной статье. Нет-нет, я вас не знаю и знать не хочу, идите к лешему. Тем более я уже числюсь абитуриентом государственной Академии, хе-хе. И отзывать своё заявление не намерен.

Богдан прямо с утра порадовал нас солянкой. А-аа, дайте мне большую тарелку, добавку и еще одну добавку! Оно того, безусловно, стоило. Готовить слуга моего деда умел, любил, практиковал. И его явно порадовал мой безудержный аппетит. Ну а кто бы устоял на моем месте? Богдан ведь даже каперсы в компании оливок и маслин добавить не забыл, всё как в лучших домах Петербурга!

Через пару часов дедуля порадовал меня известием, что куракинские посланцы внезапно и без лишнего шума убрались восвояси, даже не сделав очередной попытки выйти на контакт. Скорее всего, прочли мое сообщение о том, что я стал абитуриентом, хотя… возможны и прочие варианты. В любом случае, пани с брички — пони легче.

Прямо подумать страшно. А вдруг… жизнь налаживается? Ведь может быть такое? Ну правда же?

Я по старой памяти прикинул, что мне потребуется для спокойной жизни в общежитии. Даже список не поленился составить. Потом изрядно его подсократил, памятуя вольный нрав подобных заведений и то, насколько наплевательски там относятся к чужому имуществу. Лучше лишняя пара трусов и носок в загашнике, чем дополнительная сковородка, которой уже через неделю приделают ноги.

В целом я вполне мог снять квартиру вместо того, чтобы ютиться в казенном учреждении. Мои финансы это с легкостью позволяли. Но… не стоит самому себе обрезать возможность манипуляции новым статусом. Стану ночевать за периметром студенческого городка — предоставлю безвозбранный доступ к себе тем, кто желал бы меня припрячь к делам, которыми я заниматься не желаю. А так — вот он я как на ладони. Классический студент! Питаюсь в столовой, живу в общаге, ищу знаний в библиотеке. Исследуйте, хоть с рентгеном просматривайте. Ничего крамольного не найдете, хоть обыщитесь.

Да и мне будет попроще в плане моей основной миссии. Ориентируясь на элементарную статистику, могу предположить, что Иных среди моих однокурсников и преподавателей будет… некоторое количество. Которого вполне хватит для того, чтобы вести первичные наблюдения. А там уже разберусь, что к чему: не всё сразу, как говорится.

О том, что у нас гости, Богдан сообщил мне с изрядным запозданием. Видимо, чтобы дать время Карпу Матвеевичу пообщаться с Семенычем с глазу на глаз. У них и без меня нашлись темы для беседы. Видимо, обсуждали ширину будущих погон дедули. Подумав, я решил к ним не лезть. Вот сами позовут — тогда да. А иначе какой смысл? По доброй воле подставляться под вопросы и проверки, к которым я не готов?

К моему огромному удивлению — прокатило! Давыдов в итоге свинтил из усадьбы, даже не затребовав моего явления пред свои гадючьи очи. Чтобы обезопаситься, я, выждав еще полчаса, подкатил к деду с написанным на листке вопросом из одной буквы: «И?»

— Всё замечательно, — ухмыльнулся Семеныч, черкнув глазами по листку. — Глобально всё уже устаканили, по мелочам ещё бодаемся, и это займет некоторое время. В целом — можешь смело ехать в Академию. За девками твоими присмотрим, в обиду не дадим.

— Надеюсь, ты помнишь, что я всего лишь начинающий воздушник и никто более? — осведомился я на всякий случай.

— Я тебе уже об этом говорил, повторю и сейчас. Твоя маскировка для Карпа пустой звук. Да, он делает вид, что верит в нашу с тобой легенду, но это до поры до времени. Сейчас он пытается мою фигуру с наибольшим прибытком для себя разыграть. А за тебя возьмется чуть позже. Просто время еще не настало. И поверь: он о себе обязательно напомнит.

Честно сказать, меня безумно раздражал этот дедовский «оптимизм наоборот», когда он с широкой улыбкой на лице предвещал мне всякие гадости. Ну вот реально, с чего он взял, что Карп Матвеевич меня раскусил? Скорее уж, ему самому хочется в это верить, что я где-то налажал, и теперь Давыдов точно осведомлен, что я действующий менталист. И всё ради того, чтобы потом назидательно выдать: мол, я же говорил! А ты вот не верил.

Уж не знаю, что на меня нашло, но я буквально за пять минут собрался и отправился в Свидожск, не забыв прихватить список всего необходимого для студенческого жития-бытия. В итоге к ужину я объявился в усадьбе уже на такси с кучей сумок в багажнике. Мне насущно требовалось почувствовать себя свободным, и я ни в чем себя не ограничивал. Даже позволил легкий флирт с двумя продавщицами в одежных магазинах. А что такого? Мне безумно надоело притворство, и я отрывался как мог. Нет, до почасовых гостиниц дело не дошло, да и не планировалось в общем-то, но словесные поединки у нас получились славными к удовольствию обеих сторон.

Но нет. Как выяснилось, радость моя была всё же преждевременной. На сей раз Глафира решила позвонить лично…

Глава 19

— Леван здесь! Я сама видела из окна, как он въезжал в соседний дом со своей свитой. Он меня нашел!

— Не вижу повода для паники. Просто не выходи из своего дома. Закажи совместный молебен в его стенах, чтобы служители сами отгоняли от тебя тех, кто захочет по какой-то причине этот молебен прервать. И помни на будущее про мои предложения: всегда можешь донести до него, что ты ослабла здоровьем и не можешь повторно родить, а Емельян не некромант. Всё, в таком ракурсе ловить Асатиани нечего, поскольку единственное, чем ты после этого сможешь его привлечь — это финансы, а денег у него самого гораздо больше, чем у Изюмова было.

— А вдруг он жадный до любой копеечки? — резонно заметила мачеха.

— Но хочет-то он от тебя сына-некроманта, а всё остальное уже во вторую очередь. И вообще не демонстрируй, будто ты знаешь, что он уже рядом. Не до того тебе. Барыня утомлены и желают вознести молитву Всесоздателю за то, что оставил в живых её и сына. Всё остальное по понятным причинам её не интересует. Пусть сначала проявится, а там уже и будешь думать по ситуации, как лучше поступить. И то, что он находится с тобой на одной территории, отнюдь не означает, что ты в опасности. Иначе за что ты такие деньги платишь служителям Всесоздателя? Тебе нужен покой и молитва. Вот их ты в данном месте и получаешь. А от всего остального пусть они тебя избавят своими силами.

— Может, ты всё-таки приедешь к нам?

— Зачем? Чтобы привлечь к вам повышенное внимание и изрядно разрушить созданную легенду? Тем более у меня сейчас Академия на повестке дня.

— Ого! Ты же вроде туда не собирался? — Глафира, оказывается, мой блог не читает, а жаль.

— Подумав хорошенько, решил, что мне надо изучить стихию воздуха, которой владела моя мать, а сделать я это могу только в стенах проверенного учебного заведения.

— В Ипатьевский филиал поступишь?

— А какой смысл? Проще уж сразу в центральный идти. Больше шансов, что там окажутся нужные мне преподаватели. Да и хочется мир посмотреть, чего уж скрывать. Я из нашего поместья дальше Ипатьевска толком и не выезжал никогда.

— Понимаю, — вздохнула Глафира. — У меня в последнее время со светской жизнью тоже было так себе.

— В скором времени сможешь исправить ситуацию. Было бы желание, как говорится, а возможности у тебя есть.

— Из-за этого Асатиани я чувствую себя загнанной ланью, — пожалилась мачеха.

— А зря. На этом выезде ты такая же охотница, как и он сам, а никак не дичь. И ты сама выбираешь, в кого стрелять, а кого пощадить. Тебя его мнение вообще волновать не должно. Мало ли что там себе насочинял мужчина средних лет с кучей дочек на выданье.

— Я посмотрела, они еще маленькие все, — отчего-то смутилась Глафира. — Старшей всего одиннадцать будет.