Повелитель дронов – 3 - Сапфир Олег - Страница 27

– Панда, значит, да? – я потёр подбородок. – Благодарю за содействие.

Я повернулся и громко крикнул в пустоту комнаты:

– Сириус, есть срочная задача!

Дрон тут же появился рядом.

– Повелитель. Что нужно сделать?

– Укради панду.

– Мы же не воруем, – тут же напомнил Сириус о моих же принципах.

– Ну да, – поправился я. – Купи панду у Китая.

– За сколько? – деловито уточнил дрон.

Я посмотрел на Ольгу. Та растерянно пожала плечами и быстро застучала по клавиатуре своего ноутбука.

– Нашла! – воскликнула она через минуту. – Тут есть одна байка. Когда-то у австрийского императора с китайским был какой-то конфликт. И китайцы, в качестве издевательства, предложили ему купить панду. Официально, со всеми документами. За сто юаней.

– И в чём юмор?

– В том, что все понимали – это ловушка. Провокация. Если бы он согласился, они бы тут же обвинили его в попытке унизить их национальный символ и, скорее всего, объявили бы войну. Поэтому они вроде как продают, но никто никогда не покупает.

– Отлично. Сколько там сто юаней в рублях?

– Примерно один рубль.

– Мы покупаем.

– Понял, – качнул корпусом Сириус. – Купить панду за рубль.

– СТОЯТЬ! – вдруг заорала Ольга.

Мы с Сириусом застыли.

– Что не так?

– Я понимаю, что вы взрослые люди, – она на секунду запнулась, – один человек, второй – механизм. Но я должна уточнить. Маргарита – девушка. Она живёт в квартире. Панда – это, на минуточку, дикое и довольно крупное животное. Ей нужен детёныш. Маленькая панда. Вы же это поняли?

Мы с Сириусом переглянулись.

– Да-да-да, конечно, – хором заверили мы её.

– Перестраиваю протокол, – тут же отрапортовал Сириус. – Купить детёныша панды.

Ольга приложила ладонь ко лбу.

– Удивительно… Кто правит этим миром?

– Не знаю, – честно ответил я. – Пока точно не я. И это меня сильно печалит.

Ольга усмехнулась.

– Ага. С твоими амбициями и методами, у меня такое чувство, что я только что заглянула в будущее.

Глава 11

Чанчунь, Китайская Технократическая Республика

Исследовательский центр по разведению больших панд

Профессор Дин Дон, светило мировой зоологии и главный по пандам во всей Технократической Республике, был абсолютно счастлив. Он сидел на огромных, специально построенных для его питомцев качелях, и с отеческой нежностью наблюдал за разворачивающейся перед ним картиной.

Его гордость, самка Мао Юнь, что в переводе означало «Пушистое Облачко», устало развалилась на деревянной скамейке, пытаясь хоть на минуту скрыться от своих неугомонных детей. А те, два крохотных чёрно-белых комочка, отчаянно пытались забраться к ней, неуклюже карабкаясь по ножкам скамейки, кувыркаясь и смешно фыркая.

Полтора месяца назад Мао Юнь совершила почти невозможное – родила двойню. Событие редкое и, как правило, трагическое. В дикой природе, из-за низкокалорийной бамбуковой диеты, самка почти всегда выбирает одного, более сильного детёныша, обрекая второго на гибель.

Но здесь, в Исследовательском центре, выжили оба. Правда, родились они слабыми и недоношенными, и профессору со всей его командой пришлось буквально жить в вольере, выхаживая малышей. И вот теперь они были в полном порядке. Неуклюжие, забавные и абсолютно здоровые.

Дин Дон был не только учёным, но ещё и дипломатом. «Панда-дипломатия» – так это называли в большом мире. Каждая из этих очаровательных зверушек была не просто редким животным, а мощнейшим политическим инструментом. Их не продавали, а давали в аренду, как символ высшего расположения и дружбы. И если страну выбирало руководство Республики, то лично он, профессор Дин Дон, решал, какая какая панда уедет из Китая. Он влиял на мировой порядок. И чертовски этим гордился.

Внезапно освещение моргнуло. Лампы, имитирующие солнце, на мгновение погасли, а потом вспыхнули снова, но уже тусклее, переключившись на аварийное питание. Телефон в кармане профессора пиликнул и затих – пропала связь.

Дин Дон нахмурился, собираясь вызвать охрану, но не успел.

С неба, как хищная птица, спикировал тёмный жужжащий объект, похожий на дрон. Он завис в паре метров над землёй, и из его корпуса выдвинулись два тонких манипулятора.

Мао Юнь встревоженно зарычала, пытаясь прикрыть собой детей. Но было поздно. Дрон метнулся вперёд, ловко подхватил одного из малышей и тут же полетел вверх.

На землю со звоном упала монетка и, прокатившись по бетонной плитке, остановилась у самых ног ошарашенного профессора.

Это был один российский рубль.

Ужас сковал профессора. Но не от дерзости похищения. А от осознания хрупкости жизни этих малышей. Он, как никто другой, знал, что оторванный от матери детёныш, особенно такой слабый, без специального ухода и питания просто умрёт!

– Что вы делаете?! Остановитесь! – в отчаянии закричал он, вскакивая с качелей. – Его нельзя забирать! Он болен! Ему нужен особый уход и специальное питание! Без всего этого он умрёт!

Дрон, уже набиравший высоту, вдруг замер. Из динамика донеслось механическое бормотание:

– Ввод новых данных… Пересчёт вероятностей… Анализ… Подтверждение… Информация подтверждена! Смена протокола.

Дрон плавно опустился и аккуратно положил пищащего малыша на траву рядом с матерью.

Профессор почти выдохнул с облегчением, но тут же снова замер в ужасе. Рядом с первым дроном из ниоткуда появились ещё несколько. Первый снова схватил того же самого малыша. А новые, более крупные, без всяких церемоний подхватили в свои захваты Мао Юнь и начали поднимать её в воздух!

На землю упала вторая монетка.

– А-А-А-А!!! – снова заорал китаец, окончательно теряя самообладание. – Вы оставили второго малыша! Одного! Без матери и брата! Он тоже погибнет!

Дроны снова замерли. Снова та же процедура – анализ и смена протокола…

Появился ещё один дрон, который тут же подхватил оставшегося на земле детёныша. Третий рубль звякнул об пол.

Профессор схватился за голову. Он понимал, что имеет дело с какими-то абсолютно бездушными, но до абсурда логичными машинами.

– Так нельзя! – он подбежал ближе, тыча пальцем в улетающее семейство. – За ними требуется уход! Специальное питание! Лекарства! Они не выживут без меня!

Дроны снова зависли. Один из них отделился от группы и подлетел к китайцу. Его оптический сенсор несколько раз мигнул.

– Простите, – раздался из динамика вежливый синтезированный голос. – Но мы будем вынуждены пригласить вас в гости на некоторое время. Приоритет – жизни питомцев. Простите ещё раз, но мы берём вас в плен.

Не успел Дин Дон и слова сказать, как сразу четыре не самых крупных дрона ухватили его за шкирку и, как котёнка, подняли в небо.

– Бамбук! – успел крикнуть Дин Дон, болтая ногами в воздухе. – Возьмите бамбук! И мою сумку! Там лекарства!

Дроны послушно выполнили и эту его просьбу, подхватив несколько связок свежего бамбука и забытую на качелях сумку.

Последнее, что увидел профессор, прежде чем его унесли в небо, – как самый большой из дронов опустился к одной из камер видеонаблюдения, которая как раз снова включилась вместе с основным освещением, и уронил на землю бумажную купюру.

– Сдачи не нужно, – произнёс дрон прямо в объектив. – Князь Трофимов может себе это позволить!

И все они, жужжа, полетели в небо, унося с собой национальное достояние Китайской Технократической Республики и человека, который знал, как за ним ухаживать.

– Пу-пу-пу…

Я яростно потёр лицо ладонями, пытаясь стереть с него выражение искреннего недоумения. Не получалось.

– Сириус! Вот скажи мне, ну какого хрена?! – наконец прорычал я, глядя на своего помощника, который виновато завис в углу. – Задача ведь была простейшая! Принести одного. Маленького. Панду! Одного маленького панду! А у нас теперь что? Целая панда-семья и, чтоб его, живой китаец в придачу!