Этюд на холме - Хилл Сьюзен "Susan Hil" - Страница 101

Он отпер дверь в дальней стене. Внутри тихо гудели машины, и этот гул успокаивал, подбадривал его. Он проверил циферблаты. Они все показывали правильно, как всегда.

Он мог начать. Ему придется как следует поработать, но здесь ему никогда не было тяжело. Он снял свой пиджак и повесил его на крючок, достал с полки свежий костюм и вставил руки в рукава. Он слегка улыбнулся, представив, что сейчас, должно быть, происходит во внешнем мире.

Час спустя он стоял в центре главного рабочего помещения. Они все были здесь, расставлены вокруг него на каталках. Его друзья. Он подошел к каждому из них и нежно потрогал. Он говорил с ними. Сейчас они были ему нужны. Они больше не были просто объектами, с которыми он работал, они изменились. Они имели для него ценность несравненно большую, чем оригиналы.

– Дебби, – сказал он, прикоснувшись к ее бледному, окоченевшему лицу, прежде чем подойти к каждому по очереди. А потом он взял стул и просто спокойно сел в тишине, окруженный теми, кого любил.

Ровно в девять тридцать машина старшего инспектора Саймона Серрэйлера повернула на въезд к дому Эйдана Шарпа. Когда он вышел, входная дверь открылась, и навстречу ему выбежала женщина средних лет.

– Вы приехали, чтобы сообщить плохие новости?

Серрэйлер быстро показал удостоверение.

– Я так и знала, я так и знала… Просто скажите мне, что случилось.

– Извините, а вы?..

– Я Джули Купер, я заведую лечебной практикой мистера Шарпа… Пожалуйста, скажите мне, что случилось.

– Мы можем пройти внутрь, миссис Купер?

Она засомневалась, потом развернулась и, продолжая говорить в слегка истеричной манере, провела его в комнату ожидания.

– Пожалуйста, просто скажите мне.

– Я пришел к мистеру Эйдану Шарпу. Как я понял, его здесь нет?

– Ну конечно же нет, об этом я и говорю.

– Я приехал не сообщать новости. Я здесь, чтобы побеседовать с мистером Шарпом.

– Когда я приехала, все было абсолютно нормально… Только он всегда был первым, уже начинал готовиться, а его не было, так что я прошла в дом… Там его тоже не было, и не думаю, что он был здесь ночью, его машины тоже нет. Что-то не так, он никогда ничего подобного не делал.

– Когда вы последний раз видели мистера Шарпа?

– Вчера днем. Я ушла в пять, как обычно. Тогда он еще был здесь.

– Он сообщил, что куда-то собирается?

– Нет. Конечно же нет, я бы запомнила, естественно.

– Он вел себя нормально? Было ли в нем что-нибудь необычное, вы не заметили?

– Нет. Ничего такого. Ничего… Я надеюсь, что вы разберетесь, что происходит и где мистер Шарп, я…

– Я, с вашего позволения, хотел бы остаться здесь на тот случай, если мистер Шарп вернется. Я полагаю, у вас есть работа, которой вы могли бы заняться?

– Мне нужно связаться с его сегодняшними пациентами… Я уже хотела начинать.

– Хорошо, если вам будет удобно, занимайтесь. Здесь будет полиция, на тот случай, если мистер Шарп вернется. Только не волнуйтесь.

– Что вы имеете в виду?

– Нам нужно пообщаться с мистером Шарпом.

К тому времени как Саймон приехал, команда, которая буквально под микроскопом рассматривала каждый дюйм жилища Фреи, все еще работала, превращая то, что когда-то было домом, в место преступления, вторгаясь, роясь, выискивая, снимая отпечатки и фотографируя. То, что патологоанатом делал с телом, криминалисты делали с домом, выворачивая все наизнанку, – ему всегда казалось именно так, несмотря на уважение, с которым профессионалы были приучены относиться к своему объекту.

Он медленно прошел в дом Фреи, и ее образ мгновенно возник перед ним, так ярко, как никогда до этого момента. Ее изящная фигурка, копна ее волос, ее острый профиль. Дом был ее, именно ее, он сразу это увидел. Уютный, простой, чистый… он посмотрел на книги, на папку нот, оставленную на столе, – вчерашний концерт, в котором участвовала и его мать; ему сразу здесь понравилось, атмосфера здесь была гостеприимная и приятная, совершенно не строгая, очень индивидуальная.

– Доброе утро, сэр.

Офицер в белом защитном комбинезоне поднял глаза от кусочка ковра под низким столиком, из которого он извлекал щипцами мельчайшие катышки и складывал в полиэтиленовый пакетик.

– Что-нибудь есть?

– Много следов. Впрочем, необязательно его. Несколько темных волос на спинке стула, следы от ботинок в саду… Вам должно хватить, чтобы двигаться дальше. Как только проведем экспертизу, конечно.

– Результаты нужны вчера.

– У вас всегда так.

– В этот раз все по-другому.

– Я знаю, сэр. Я не знал сержанта лично, но я знаю, что это всегда самое худшее – терять кого-то из своих. Какие-нибудь мысли по поводу всего этого?

– Да.

Саймон Серрэйлер вышел из открытой двери на кухне и посмотрел на небольшой сад. Газон, сирень, пара розовых кустов. Стена. Забор. Значит, садоводом она не была, просто хотела иметь маленький кусочек земли.

Он сделал несколько шагов по траве. Двое в белых костюмах работали на четвереньках, роясь руками в почве в дальнем конце сада. Он оставил их за этим занятием. Сейчас он просто продолжит работать, даст ребятам сделать свое дело, взять Шарпа – а они возьмут Шарпа, это будет несложно. Закроют его надолго. А потом он сможет пойти домой, закрыть двери своей квартиры и попытаться разобраться в том, что он чувствовал по поводу Фреи Грэффхам.

К пяти пришли отчеты.

– Нейтан?

– Сэр?

– Шарп оставил свою машину на улице Фреи. Далеко он не уйдет, мы всем разослали его описание. Лучше всего сейчас тебе пойти к нему домой. Я оставил там пару патрульных на тот случай, если он объявится.

– Чего он, конечно, не сделает.

– Скорее всего, нет. Но добудь его фото, ладно? Отправь фотографию в прессу, вместе с описанием. Когда сделаешь это, можешь отправляться домой.

– Ни за что. Я буду здесь, пока мы не возьмем его.

– Не говори глупостей, это может занять несколько дней.

– Этой ночью в любом случае. Я никуда не уйду, босс. Ну а вы что, собираетесь пойти домой и поднять лапки кверху?

Никто, кроме Нейтана, как понял Саймон Серрэйлер, кладя трубку на место, не смог бы заставить его улыбнуться в такой момент.

Эйдан Шарп явно не любил попадать в кадр. Они перевернули его дом вверх дном, к невероятному ужасу миссис Купер, но не нашли абсолютно ничего.

– Тут нет ни одной фотографии, ничьей, – сказал Нейтан, когда они рылись в его вещах. – Как будто чертов фотоаппарат еще не изобрели.

– Я знаю, что одна была в газете, – внезапно сказала девушка с ресепшен, – это было несколько лет назад, на официальном ужине. Я бы не сказала, что она была хорошего качества. Но если она поможет вам найти его… – Никто не объяснил ей, почему ее работодателя разыскивают. «Я надеюсь, это не связано с теми, остальными, – сказала она, когда приехал Нейтан. – С теми пропавшими женщинами. Вы думаете, связано?»

Нейтану стало ее жалко.

– Что это была за газета?

– «Эхо», но, как я уже сказала, это было несколько лет назад.

– Не думаю, что он сильно изменился.

Он не изменился. В редакции газеты отсканировали снимок и выслали по электронной почте в полицейский участок Лаффертона. Эйдан Шарп был запечатлен стоя, в смокинге, с фужером шампанского в руке и с еле уловимой надменностью во взгляде в компании шестерых мужчин.

Саймон Серрэйлер внимательно посмотрел на это лицо, на маленькую бородку, аккуратно зачесанные назад волосы, черный галстук, странные глаза. Он редко испытывал подобные ощущения. Он не мог себе это позволить. Его работой было обнаружение, а не возмездие, не приговор, даже не наказание, но, глядя на самодовольный вид Эйдана Шарпа, ему очень хотелось исполнить их все, причем желание это имело библейские масштабы.

Он поднял трубку и вызвал Нейтана к себе.

– Пусть это размножат, заставь их сделать все как можно качественнее, пусть они отделят его от других и сделают изображение предельно четким. Я хочу, чтобы это было в завтрашней утренней газете, а ты первым делом съезди в бизнес-парк и покажи ее там всем, посмотрим, что будет…