Тень на краю империи (СИ) - Бадевский Ян - Страница 52

— Нам известно, что вы могли, — перебил дознатчик. — И что не могли — тоже известно. Значит, вы утверждаете, что не пользовались Расширителем.

— Будет проще, — улыбаюсь в ответ, — если вы мне поведаете, о чём идёт речь.

Джан на секунду появилась за окном, чтобы подмигнуть мне и показать большой палец.

— Сферическое устройство, — терпеливо пояснил спящий дознатчик, — благодаря которому одарённый получает доступ в многомерность.

— Впервые слышу, — на моём лице отражается недоумение. — Домоморф, которым я владею, умеет перемещаться в иных измерениях. Это быстрая и удобная технология. Зачем мне ещё что-то?

Взгляд собеседника погрузился в себя.

А это означало, что отец Донат ведёт вымышленный телепатический диалог.

— Хорошо, я отмечу это в протоколе, — инквизитор сделал вид, что записывает важные сведения в ежедневник. Хитрый жук. Я-то понимаю, что у него где-то припрятан компьютер. Вероятно, за одной из сдвижных деревянных панелей в дальнем углу кабинета. — Вернёмся к Ахмету Чемиру. Вы знали, что он с группой своих друзей добыл Расширитель и продал его по нелегальным каналам?

— Я не был знаком с упомянутым господином.

— Но с его отцом вы были знакомы.

— Пересекались пару раз.

— Он не просил вас оказать помощь сыну? — взгляд инквизитора, наверное, мог бы просверлить во мне дырку. — Вытащить его из затруднительной ситуации.

Предсказуемый ход.

Наверняка, в доме Чемира уже побывал провидец.

— Да, я получал просьбу с его стороны.

— И как отреагировали? — дознатчик скрестил пальцы и наклонился вперёд.

— Никак, — пожимаю плечами. — Обещал подумать. Я должен Мамуке услугу за одно старое дельце, но идти против инквизиции — не лучшая идея.

Пауза.

— Вы ушли и больше не связывались с отцом Ахмета?

— Именно так.

— Вы знали, что он покинул Фазис?

— Нет.

— Он пытался с вами поговорить после этого?

— Нет.

— Быть может, Ахмет Чемир искал вашего покровительства?

— Нет.

Вопросы мне совершенно не нравились. Больше всего бесило, что допрос ведётся по людям, информация о которых мной уничтожена собственноручно. Зачем я вообще полез в Стамбул, если следствие продолжается, и никто не забыл о Расширителе? Борьба с ветряными мельницами.

— При каких обстоятельствах вы познакомились с отцом Симеоном?

Мне стоило больших усилий сохранить невозмутимое выражение лица.

— Ко мне приходили разные инквизиторы. Я не помню конкретно отца Симеона.

— Вы не общались с ним в последнее время?

— Только с отцом Иеронимом.

— Вы сумели запатентовать несколько изобретений за минувшие два года. Для человека, недавно получившего жетон самостоятельности, это необычно.

— У нас запрещено изобретать?

— Насколько я помню, у вас нет специального технического образования, барон.

— Я самородок.

— А где вы научились так хорошо драться? Мы наводили справки. Ваш уровень без учёта Дара оценивается крайне высоко. Даже по меркам бесов.

— Ну, я способный ученик. Хочу поблагодарить за науку мастера Мергена, моего школьного преподавателя.

— Барон, давайте не будем. В четырнадцать вы творили такое, о чём не смеют мечтать многие и в шестьдесят-семьдесят. Ни силы крови, ни могучего Рода за плечами, ни боевого опыта. Сирота из ПСП. И внезапно — один из сильнейших бойцов юга империи.

— Польщён. Я себя таковым не считаю.

— Хотите свидетельские показания?

— В этом нет нужды.

— Так что вы можете сказать по сути вопроса?

— Ничего.

— Совсем?

— Совсем ничего. Где бы я ни научился размахивать клинками, это не касается инквизиторов. Владение холодным оружием — основа выживания в мире, где…

— Договаривайте, — Донат опасно прищурился.

— Где все подчиняются Закону Меча, — я выдержал взгляд собеседника. — Разве ваш Кодекс не поощряет путь, который я избрал?

— Поощряет, — нехотя признал дознатчик.

— Вот и прекрасно, — я откинулся на спинку стула с безмятежной улыбкой. — Если вам больше нечего спросить, я бы хотел откланяться.

Повисла гробовая тишина.

— Вы прибыли в столицу на домоморфе? — уточнил Донат.

— Конечно.

— Что ж, тогда ещё успеете погулять по городу, — передо мной вновь сидел добродушный чиновник, снисходительно относящийся к провинциалам. — Не смею вас больше задерживать.

Признаться, я офигел.

Так просто?

Дознатчик не просто верил, что находится в реальном мире, он на серьёзных щах допрашивал меня в связке с несуществующим телепатом. И продолжал думать, что всё происходит на самом деле. Оставалось лишь молча аплодировать работе Ярика, Джан и парней из Чёрного Ока.

— Господин Иванов.

Я обернулся, взявшись за ручку двери.

— У нас могут появиться дополнительные вопросы, — холодно произнёс дознатчик. — Не исчезайте с радаров.

— О, меня всегда легко найти в Красной Поляне.

— Чудесно. До новых встреч.

Последняя фраза мне совсем не понравилась.

Но кабинет я покинул с королевским выражением лица.

Тонкость была в том, чтобы сразу не исчезнуть из конструкта. Технически этим уровнем сна управляла наша жертва, поэтому нельзя допускать сбоев программы.

Прошагав по длинному коридору, я спустился на первый этаж, воспользовавшись лестницей. Больше ничем воспользоваться и не получилось бы — инквизиторы на дух не переносят лифты.

В вестибюле я сдал пропуск, распрощался с девушкой в светло-коричневой рясе и, забрав из бокса ключи от машины, вышел на улицу.

«Ирбис» дожидался меня на общей парковке.

Тщательно прорисованный, неотличимый от настоящего.

Обернувшись, я бросил последний взгляд на Московскую консисторию. Новое здание в духе имперского модернизма. Панорамные окна, выдвинутые фрагменты, неожиданные скосы. Полёт архитектурной мысли завораживал. Как хорошо, что я увижу эту достопримечательность только во сне…

Сев за руль, я неспешно выехал с парковки, миновал раздвижные каббалистические ворота и влился в поток машин на оживлённой магистрали. Через минуту я выпаду из этой иллюзии. А Ярик со своей командой проведёт дознатчика через остаток рабочего дня, вернёт домой и уложит спать. Для наших морфистов пройдёт минут сорок, для их жертвы — девять субъективных часов.

Реальность за окнами «Ирбиса» смазалась, и я приготовился к провалу в благословенную тьму.

Но тьма отступила.

А в следующую секунду я понял, что продолжаю ехать по улицам Москвы, и рядом со мной сидит человек.

Незнакомый человек, которого я прежде не встречал.

Глава 31

— У тебя пальцы к рулю приросли, — заметил человек.

Голос у моего спутника бесцветный, невыразительный.

Я уже и сам это видел.

И чувствовал.

Ладони намертво прилипли к «баранке», дёргаться бесполезно. Пытаюсь резко вильнуть вправо — не помогает. Тачка больше не слушается. Пробую выйти из конструкта, проснуться — тоже по нолям. Мысленное обращение к Ярику остаётся без ответа. Опять же, само присутствие морфистов больше не ощущается.

— Ты переместился в наш сон, — качает головой человек. — Здесь другие законы.

Рассматриваю его.

Обычный мужик лет тридцати. Модная причёска флэттоп, которую в моей реальности называли «стрижкой Терминатора». Я помню, как Шварц впервые появился с ней в «Красной жаре». Идеально ровный верх, по бокам и на затылке всё выбрито. При этом незваный пассажир предпочитает дорогие костюмы, явно сшитые на заказ.

— Что нужно? — грубо поинтересовался я.

— Не угадаешь, — уверенно ответил «терминатор».

Подумав, я решил отказаться от любых версий. Против меня явно играет опытный морфист. Любые образы и реплики будут использованы против меня.

Молчание затянулось.

А вот ландшафт снаружи изменился.

Машина ехала уже не по московским улицам, а по бесконечной, идеально ровной серой равнине под таким же серым, безликим небом. Исчезли здания, другие автомобили, звуки города. Остались только мы, «Ирбис» и эта пустота.